Повелитель душ 3 (СИ) - Кретов Владимир Владимирович - Страница 27

И у меня получилось!

Нити душ, что летели сквозь пространство, послушно подчинялись моей воле.

Немного отлегло.

Видимо, я пока что временно не могу управлять лишь своей собственной душой. А вот чужими… могу.

А, что же тогда было с душой Альфрика? Почему его клубок не отреагировал?

Присмотрелся к его клубку повнимательнее в духовном зрении и стало понятно — да он тупо невероятно силён! Я из трёхколодцевых магов-то пока ещё не могу душу вырвать, а тут -такой мастодонт…

У него клубок души был чуть ли не плотнее моего!

Присмотрелся ещё внимательнее и сравнил. Да не чуть ли, а реально плотнее! Вот, я и не смог даже на миллиметр клубок его души сдвинуть с места.

Итого: цепочка-артефакт (а что, если не она?), что висит у меня на шее, блокирует мне возможность управлять лишь собственной душой. Надо просто снять её и тогда можно будет улизнуть…

Попробовал двинуть рукой.

Не, Альфрик к моему сожалению не идиот, и то ли заклинание какое-то на меня кинул, то ли сам телекинезом меня контролирует, но двинуть своими руками я не могу.

Ну что ж, придётся тогда просто взорвать тут всё к чёртовой матери.

Маг я или где⁈

Альфрика вряд ли убью, но моя задача сейчас — это спалить собственное тело, чтобы душа могла улизнуть.

Вынырнул из «себя» во внешний мир, тем более, что краем сознания я ощущал, что меня пытались привести в чувства до этого…

Вроде по щекам били… а может, и по почкам, понять сейчас не могу. Но точно хотели, чтобы я очнулся. И я очнулся. Вот только, как говорится, бойтесь своих желаний — то, что я очнулся, вам очень не понравится.

Большинству — смертельно не понравится!

Англия. Лондон. Машина похитителей. Богоподобный Альфрик Эшдаун.

Богоподобный маг задумчиво смотрел на молодого черномага, полностью ушедшего в себя. Парень никак не среагировал на две пощёчины, чтобы привести его «в сознание».

Наклонившись вперёд, богоподобный снял с Лескова ошейник, а вместо него маг осторожно воткнул Лескову иглу в шею. Сбоку. Снятый же ошейник протянул первому попавшемуся на глаза бойцу. Тот сглотнул, но безропотно взял и надел его на себя.

Вдруг, после сильного удара машина резко затормозила, и народ в фургоне тряхнуло так, что один из бойцов, который стоял, улетел вперёд в зону водителя, а сидящие бойцы послетали с лавок.

Альфрик же стабилизировал своё положение в пространстве телекинезом. Внешне это выглядело, будто он недвижимо завис в нескольких сантиметрах над полом, пока остальные летали по салону.

Опустившись на пол и невозмутимо достав из кармана пульт управления, богоподобный маг нажал на кнопку, и боец с ошейником, встававший в этот момент с пола, выгнулся дугой, рухнул обратно на пол и забился в конвульсиях.

— Значит, работает… — Богоподобный задумчиво смотрел на пульт управления в течении нескольких секунд, а убрав его обратно в карман, перевёл взгляд на молодого черномага, который, валялся на полу с по-прежнему отрешённым видом. — Интересно…

Когда народ повставал с пола и расселся обратно на лавки, Альфрик крикнул в сторону водителя:

— Что там⁉

— Сэр, мы врезались в вынырнувшую из-за угла машину скорой помощи.

Богоподобный маг закатил глаза, и пройдя пару шагов вперёд, выглянул в лобовое стекло.

Фургон упёрся в перегородивший путь вперёд измятый бок кареты скорой помощи.

Альфрик раздражённо взмахнул ладонью в сторону, и весь автомобиль смяло, будто алюминиевую банку из-под пива. Раздавленный металлический блин, из которого тут же начали сочиться кровь вперемежку с бензином, медленно накренился и рухнул на тротуар, освобождая путь…

Затем, богоподобный маг рявкнул на косящегося на него водителя:

— Чего встал⁉ Вперёд! Путь свободен!

Англия. Лондон. Машина похитителей.

Открыв глаза, я обвёл взглядом внутренности фургона. Трое «уплотнённых» почему-то валялись на полу в уголочке. У четверых похитителей — даже несмотря на балаклавы, были видны травмы — у кого разбитые губы, а у кого бровь. Третий держался за затылок, а четвёртый тёр колено.

Мне даже как-то жалко стало этих похитителей. В поездке с Альфриком они таким темпом могут до конца этой поездки и без моей помощи не дожить.

Я, кстати, тоже отчего-то на полу лежу, но меня в данный момент поднимают сзади под мышки.

Так, а где сам Альфрик?

Стоит рядом с водилой и что-то ему там говорит.

Пора!

Я зачерпнул из своих колодцев столько «маны», чтобы с гарантией спалить нафиг этот фургон, но так, чтобы ближайшие здание не разнесло заодно, и пустил эти нити в руку.

Вот только… духовные нити дёрнулись и отказались мне подчиняться.

В этот момент, на груди у Альфрика, прямо сквозь пиджак пробилось золотистое свечение, и тот мгновенно обернулся в мою сторону:

— О! Владимир очнулся! — Затем, опустил взгляд вниз, к себе на грудь, откуда продолжало светить золотым. — Одно из преимуществ того, что тебе более двух тысячь лет — то, что кроме роста личной силы, ещё и обрастаешь полезными артефактами.

Движение рукой, и на свет появилась цепочка с золотым кулоном в виде шестилистного цветка.

Что за цветок — не знаю, но точно не ромашка — не похоже. Причём, кулон явно… женский.

Я криво усмехнулся:

— Что? У какой-то женщины своровал?

На что, Альфрик лишь лучезарно улыбнулся в ответ:

— Более того, перед этим самолично придушил. — Затем, развёл руки в стороны. — Клеопатра отчего-то добровольно не хотела отдавать мне свою главную жемчужину. Но теперь, она у меня, и никто находящийся рядом со мной не может использовать магию. — В глазах мага сверкнуло что-то нехорошее. — Кроме самого меня, естественно…

Не, этот Альфрик реально больной какой-то…

Впрочем, ничего удивительного.

Когда у кого-то бесконечная сила, а оттого и бесконечная или почти бесконечная власть, когда он тысячелетиями чувствует себя безнаказанным, тогда мало кто способен оставаться человеком.

Кстати, я думал, что этому Эшдауну как нашему черномагу — лет восемьсот. Ан нет, он минимум две тысячи лет коптит это небо, раз застал Клеопатру.

И теперь, кстати, понятно, чего это у англичан такой паршивый характер!

Две тысячи лет терпеть вот, такое вот говно у себя под боком — у кого угодно характер испортится…

Альфрик ещё что-то там вещал мне, но я снова сделал вид, что ушёл вглубь себя, и он быстро заткнулся.

Ну, а я хоть и не уходил внутрь себя, но продолжал размышлять.

В итоге, всё не настолько плохо, как мне казалось в начале — да, временно моё тело стало мне тюрьмой, но, главное, что сами силы никуда не делись.

И да, рядом с Альфриком обычная магия мне тоже не под силу из-за его кулона, но не будет же он караулить рядом со мной вечно! В общем, что-нибудь — да придумаю.

Пока думал, фургон приехал к месту назначения, так как, распахнув боковую дверь, народ повалил наружу, а парочка похитителей, подхватив меня на руки, вынесла вместе с собой.

А ничего так, миленько — зелёный парк укрывал собой от внешнего мира небольшой особнячок в готическом стиле. А вот башню, что торчала колом недалеко от особняка никакой лес бы не укрыл — башня возвышалась над деревьями — как лошадь над пони. То есть, была выше раза в два, а то, и в три.

Меня быстренько оттащили в башню и начали поднимать по винтовой лестнице наверх. Уже на третьем этаже мои носильщики запыхтели как паровозы. На шестом начали материться себе под нос и спотыкаться, а к девятому отчего-то разозлились на меня, а не на того, кто заставил их тащить, и впечатали пару раз моей головой в косяк.

Ну ничего, один носильщик приподнимал балаклаву, чтобы стереть пот, так что я запомнил его физиономию.

Сочтёмся!

На девятом этаже к нашей компании присоединился Альфрик, поколдовал надо мной полчаса, тыкая в меня разными иголками и сливая кровь, в результате чего я заметил, что мои магические колодцы опустели.