"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 98

Впрочем, сам «гость» Иш-Кол сохранял осанку и, невзирая на унизительное, рабское положение ни на мгновение не опускал невидимый взгляд.

— Похоже, его поход увенчался успехом, — преклонив голову, прошептал Алудан. — Оставим вопросы на потом, мой друг. Сейчас «Шасури» должны организовать своему повелителю достойный приём.

Члены совета, некогда избранные Тейном из числа его доверенных соратников, встретили господина в верхней палате Ристаост. Там же последовало скоротечное совещание с отчётами о ситуации в Иш-Кол и его окрестностях за минувшие годы.

Несмотря на радостное приветствие немногие по-настоящему разделяли радость встречи, ибо с возвращением Тейна, геронты утратили былую власть и самоуправство. В стенах подземной крепости каждое слово, произнесённое из уст её повелителя, становилось законом и каждый житель, будь то геронт или владычица ночи, не имел права противиться его воле.

Тейн не любил споры и очень трепетно относился к вопросам собственной чести. Долгие годы существования и пережитые невзгоды оставили на нём свой след, порой заставляя холодного расчётливого прагматиста оборачиваться весьма экспрессивной личностью. Никто и даже геронты клана не рисковали перечить господину в подобный момент. Никто, за исключением одного эльфа, что стал другом Тейна задолго до его становления как лидера «Шасури».

Алудан и Тейн остались на вершине башенного монумента — на балконе верхней палаты наблюдая за переливами аметистовых улиц. Где-то в тени зала, шуршал и телохранитель господина, коего Алудан давно не воспринимал как отдельное лицо.

— Значит, «Талмон» был украден? — скрестив руки на груди, промолвил Алудан и взглянул в спину своего повелителя. — Есть информация, кто эта девчонка?

— Ещё одна предательница, — с ноткой усмешки, промолвил Тейн, продолжая взирать в основание башни. — Не стоит волноваться, лорд Алудан. Илаша уже идёт по её следу.

Геронт коротко кивнул в знак одобрения. Уж кого-кого, а способности госпожи Илаши он и впрямь оценивал по достоинству. Недаром Тейн избрал жрицу тени своей левой рукой и поручал ей самые ответственные задания.

— Как всё прошло на востоке? — прозвучал вопрос, который Алудан хотел задать, но остерегался ответа. Повисло молчание, перебиваемое стуком могучих копыт о каменный пол зала.

— Тарум, — выдохнул Тейн. — Позволь нам насладиться тишиной.

Минотавр повиновался, тут же усевшись на пол. Отныне даже тяжесть его дыханья едва ли могла раздражать тонкий эльфийский слух.

В годы отсутствия Тейн тосковал по атмосфере своего нынешнего дома, его сырому запаху и свежей прохладе на фоне стерильных улиц Листмура далёких от единения с природой и гармонии с землёй. Тосковал почти так же сильно, как по тёмным лесам Тарлада.

— Не считая досадной промашки с «Талмоном», — после очередного глубоко вздоха ответил господин, — всё прошло как нельзя лучше. Мы расширили сферы влияния в Листмуре, заручились поддержкой тамошней аристократии. Теперь у нас есть собственный плацдарм в северо-восточных землях.

— Это добрые вести, господин. Но… боюсь, я имел в виду несколько иное…

— Месть свершилась, лорд Алудан. Предатели кормят червей.

Во взгляде геронта проступила горечь. В отличие от Тейна, Алудан не желал крови «Иль-Вэн». В отличие от господина у него не было почвы для ненависти к этому клану.

— Что до наших союзников? — Алудан предпочёл сменить ход диалога.

— Играют свои роли. Их силы множатся. План остаётся прежним. Вскоре, они соберутся в про́клятом форте Блэкстоун и мы сможем в полной мере заявить о себе.

— Я много думал о нашем договоре, господин. Ты, действительно планируешь доверить столь ценную реликвию в руки людей? Как они собираются использовать «Талмон»?

— Они надеются использовать его как часть неких технологий. Мне не важны их методы, если это приведёт к желаемому результату.

— Не слишком ли это поспешный шаг?

— Ты хочешь что-то предложить, сир Кихал?

— Подумай сам, Тейн. Если девчонка смогла унести «Талмон», значит, она выбрана хранителем. Мы знаем, что артефакт можно упокоить в Харасан-Талу. Полагаю, именно эту цель и преследует беглянка. Возможно, нам не стоит препятствовать её миссии? Или даже напротив… оказать помощь?

— Помочь предателям? — в сочувствующей манере усмехнулся Тейн. — Лорд Кихал продолжает страшиться призраков прошлого.

— Я всего-навсего придерживаюсь голоса разума, господин. Люди не заслуживают нашего доверия. Если «Талмону» не суждено исчезнуть, пусть он хранится в Иш-Кол. Мы сумеем спрятать артефакт в тайниках безликих.

— Прятать подобную силу? — продолжал усмехаться Тейн. — Боюсь, ты не понимаешь ситуацию…

— Я всё понимаю, господин! — в обыкновенно невозмутимом голосе проступили искры гнева. — Понимаю, что вы желаете вернуть Тарлад. Понимаю, как далеко готовы пойти ради своих целей и я ценю вашу решительность. Но я пытаюсь отговорить вас от поспешных решений. «Талмон» — не оружие, подобное клинку и не часть людских технологий. Его нельзя контролировать.

— Алудан, не смей перебивать меня, — с привычным прагматизмом промолвил Тейн. На сей раз возмущённый голос товарища не разбудил в нём эмоций.

— Прошу прощения, — склонил голову Алудан. — Я лишь пытаюсь помочь.

— И я ценю твою помощь, старый друг, — эльф опустил закованную в сталь ладонь на плечо геронта и наградил его невидимым взглядом. — Твои советы не раз спасали меня от ошибок и собственных пороков. Ты — моя правая рука, Алудан. Но, на сей раз, поверь, я знаю, что делаю. Мы вернём всё, что было подло отнято у нас столетия назад. Даже если мне придётся пройти все просторы Шио и вернуться сюда.

Сир Кихал покорно склонил голову, принимая ответ. И вновь затянувшееся молчание, сочетающееся с беззвучным шёпотом среди аметистовых улиц города. Внимание эльфийского повелителя приковало к себе растение — обычный цветок, проросший среди уступов башни. Тоненький стебель, удерживающий на себе крохотный, переливающийся тусклым сиянием бутон. Цветок подобный своим многочисленным сородичам, но в то же время совсем иной, совсем одинокий.

Воспоминая вернули Тейна на сотни лет назад. В голове ожили образы отца и матери, ведущих его за руки сквозь луга. Та нежность и любовь с коей его касалась рука матери и та сила, которую он ощущал находясь рядом с отцом. Голоса друзей и образы минувшей жизни, вид одинокой горы и огромного древа, чьи бескрайние ветви укрывали его родной дом. Всё исчезло — испарилось в бесконечной чреде войн и кровопролития, неизменно сопутствующих истории этого мира.

— Наш пленник? — наконец, промолвил Алудан. — Кто он?

Взгляд Тейна всё же коснулся глаз собеседника. Два изумрудных зрачка сверкнули искрами. Казалось, маска Тейна и его лицо в это самое мгновение выразили одну и ту же эмоцию — широкая улыбка, скрывающая глубокую ненависть и холодную злость.

— Тень нашего прошлого, — донёсся голос из его сокрытых уст.

8

— Что это такое?! Какого чёрта произошло?!

— Я… я не знаю. Я помню, как взяла «Талмон», а потом…

— Это была магия камня, Крог, — едва слышно промолвил Шеймус, съежившийся на лежаке в углу пещеры.

Рядом с волшебником лежал исцарапанный когтями волк и эльфийка, поглощённая ритуалами исцеления. Как и Шеймус, Лиара пришла в себя лишь спустя пару часов, узрев последствия собственных действий.

— Крог видел магию шаманов! — продолжал рычать орк. — Земля даёт силы, крушит, исцеляет раны! Но это…!

Раненная острыми когтями орочья рука указала на нынешнее окружение некогда зелёной пещеры. Вся густая растительность иссохла, превратившись в серую пелену стен. Камни, в том числе и расколотые кристаллы святилища, рассыпались в прах, усеяв пол пещеры. Мёртвые тела хтонцев и троглодитов иссохли подобно древним мумиям в чертогах шантирийских руин. Всё, чего коснулась лазурная магия «Талмона» утратило жизнь.