"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 73

Маг расскажет, что битва была выиграна, но не расскажет какой ценой. Не расскажет, сколько жизней простых, пошедших на крайние меры людей, было оставлено в том месте, прямо у обочины северного тракта. Не расскажет, что лучниками, пускающими стрелы в караван, оказались обычные дети. Не расскажет Шеймус и о том, сколько людей погибло в бою прежде, чем он произнёс заклинание и создал грозовую стену, унеся тем самым ещё множество жизней. Он скажет Лиаре, что крестьяне сдались, а караванщики из жалости поделились припасами, но промолчит о том, что по окончанию битвы капитан Ларсон потребовал выдать ему командира налётчиков коим оказался бывший имперский рыцарь — обезумевший старикан. Не расскажет Шеймус сколь безжалостно и демонстративно капитан казнил безумца, за то, что тот обрёк на смерть стольких людей. Не стоило знать девушке и о том, что провизией для крестьян стали убитые лошади, а добычей — низкокачественное снаряжение с тел их павших товарищей.

Кровь и слёзы. Слёзы и кровь.

Когда Лиара окончательно пришла в себя, Форк уже виднелся на горизонте. На улице лил дождь, пытаясь смыть кровь, пролитую на дороге. Обшивка повозки, пробитая парой шальных стрел, дала течь, роняя струйки дождевой воды на шерсть Ку’сиба чьё тело и служило Лиаре лежаком. Окружённый водной элементалией Шеймус продолжал поддерживать ритуал, дабы восстановить повреждённое сознание эльфийки. Укрывшись плащом Генри гнал лошадей всё ещё встревоженных после минувшей бойни. Единственным кто не мог найти себе места, был Крог. Впервые за долгое время орк чувствовал себя беспомощным и виноватым. Он поклялся оберегать жизнь Лиары, но бросился в бой, оставив свою подопечную без защиты. И теперь, всё что он мог — прикрывать плечами струи воды, не позволяя им падать на головы товарищей.

— Так, должно стать лучше. Как думаешь, идти сможешь?

— Думаю, да. Мы уже приехали? Это город… и есть Форк?

— Да, дитя. Форк на Реке — знаменитый имперский город. Город столиц.

Фиолетовая ладонь нащупала висящий на цепи амулет. Девушка не видела «Талмон», но знала, что он находится там. Она не видела сияния, но знала — «Талмон» сияет, как никогда ранее.

— Ты бредила во сне, — всё ещё не убирая рук от висков Лиары, продолжил Шеймус. — Снова видение?

— Не знаю. Похоже… что меня хотели предостеречь. Рилан… и мастер Древен. Они говорили со мной.

— Любопытно. Возможно, образы в твоей голове сами выстроили картину. Подобное имеет место случиться. В любом случае, мы уже убедились в твоих прорицательских способностях, и не будем терять бдительности.

Лицо девушки исказила задумчивость и боль. Лиара закрыла глаза и набрала полную грудь воздуха, потонув воспоминаниях о виде родных фиолетовых лиц.

— А ведь… я хотела остаться там, с ними, Хал-ан. Ведь именно там моё место. Среди моей семьи.

— Каждый из нас сам решает, где его место, дитя. Не забывай, что помимо «Талмона», в твоих руках находиться и будущее клана «Иль-Вэн».

— Рилан сказал то же самое… но я не вижу никакого будущего, Шеймус. Я не знаю, для чего нужно идти на запад… и что делать, если достигну своей цели. Я просто иду куда-то, сама не зная зачем.

Маг затих, пытаясь подобрать слова. Вместе с ним молчал и Крог. Гидромантия продолжала восстанавливать сознание эльфийки, пока та тонула в бездне собственной боли.

— Порой, сам путь куда важнее конечная цели, мадам, — вдруг послышался слегка неуверенный голос пожилого извозчика. — Уж поверьте старику Генри. Я и не помню, сколько раз путешествовал меж городами на своей колымаге. Меня обманывали, грабили, случалось всякое и всё же я сейчас здесь, с вами и дело тут не только в наживе. Единственное, что имеет настоящее значение — это сам путь. То, какие трудности ты встретишь на нём и то, как сумеешь их преодолеть. В этом вся суть.

— Мсье Генри, в вас пропадает настоящий философ, — улыбнулся Шеймус. — Очень мудрая речь. Однако я бы попросил вас не отвлекаться от дороги. Не хотелось бы встрять в очередную передрягу в шаге от цели.

— Конечно, магистр! Не волнуйтесь. И… рад, что с вами всё в порядке.

На лице Лиары появилась изнеможённая улыбка.

— Вот и хорошо, — Шеймус завершил ритуал и плюхнулся на сено. — Крог, поможешь Лиаре на выходе?

Скрип городских ворот и стук копыт о каменное покрытие улиц сопровождались криками и разговорами снаружи. Капли продолжали барабанить о кожаный навес. Проверка — стандартная процедура для караванов, приходящих в Форк. Удивительно, но в этот раз, наибольшее количество внимания досталось далеко не архи-магу в компании «ученицы» и «телохранителя», а вредному седобородому гному, начавшему бранить первого же имперского солдата, что заглянул в его повозку. Ролти не скупился в выражениях называя солдат разгильдяями, а их командиров — недоучками, неспособными контролировать окрестности собственных городов.

Помимо криков гнома Лиара случайно услышала и отчёт капитана Ларсона. Шеймус не рассказал девушке и о том, какие потери в минувшей схватке понёс отряд «Мечей Ветра». Самоотверженность нападавших в скупе с численным превосходством принесли плоды и в ходе ожесточённой битвы фермерские вилы и колуны не единожды настигли умелых наёмников.

Одним из павших оказался Малыш. Парнишка долго боролся за жизнь, но к сожалению, ни магия Шеймуса, ни целебные зелья не смогли спасти его от встречи с Асхой. Раны оказались слишком серьёзными. Как и подобает кодексу, «Мечи Ветра» забрали тела павших соратников и привезли в Форк, дабы провести похоронные обряды и сопроводить своих названых братьев в последний путь.

Шеймус отдал Генри последнюю часть обговорённой заранее суммы, накинув парочку золотых за добрый путь и молчание извозчика. Бонусом, с помощью волшебных искр колдун убедил караванщика, что тот теперь проклят и превратится в жабу, если нарушит сей договор. Глаза Генри сообщили всё, что хотел знать Шеймус — извозчик поверил.

Для ночлега был выбран небольшой трактир на окраине Форка, со звучным названием «Гордость», давно полюбившийся наёмникам ввиду своего меню и спокойного отношению к чужакам. Держась за руку Крога, Лиара достигла порога комнатушки. Узкое помещение с двумя койками и окном — недостаточно роскошное по меркам «Гордости», но куда более приличное, нежели одноместный чулан или повозка Генри.

Девушка уснула быстро, расположившись на постели близ окна. Наложенная волшебником повязка всё ещё оставалась на её голове, а рубец на лбу успел превратиться в свежий шрам под действием магических потоков. В эту ночь, привычный ход мыслей, наполнявший сознание Лиары, исчез. Его заменила пустая безмолвная тишина.

Вторую койку, предварительно предложив место Крогу, всё же занял Шеймус. Тело и дух старика требовали покоя после ритуала восстановления и практики уже давно позабытой боевой магии. Однако на сей раз в смятении пребывал и разум волшебника.

Образ бойни, казалось, и сейчас находился перед взором Шеймуса. Запах опаленной плоти, пропитавшаяся кровью земля и лица навсегда застывшие в осознании собственной участи. Нет, волшебник знал, что сделал всё верно. Он пожертвовал жизнями единиц, дабы спасти десятки. Но само это событие, сам факт столь ожесточённого и бессмысленного кровопролития, воскрешал в его сознании образы событий иных, давно минувших, но не преданных забвенью.

Крог и Ку’сиб расположились на полу в углу комнаты. И пусть на сей раз, зверь не полностью разделял настрой вожака, будучи удовлетворённым «удачной охотой», ныне и его взгляд отдавал печалью. Минул далёкий раскат грома. Дождь усилился, продолжая барабанить по крыше и окну. В комнате воцарилась тишина.

— Не вини себя, Крог, — тихо произнёс волшебник. — Мы все думали, что Лиара в безопасности. Я и сам не понимаю, откуда там взялись эти люди. Просто появились из-ниоткуда. Это наш общий промах.

— Крог поклялся защищать Лиару. Её кровь, на руках Крога.