"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 237

— Слушаюсь, сэр, — поклонился рыцарь.

— Мастер… Вирим? — наконец послышалось имя гостя из-под стали на лице графа. — У вас была… возможность… схватить девчонку. Почему…?

— Почему не сделал этого? — впервые перебил тот, кто не носил символики ордена, но являлся его неформальным лидером. Вирим, он же Лефорик Мак’Стар пожал плечами. — Не всё так просто, Фридрих. Всегда находился какой-то фактор, препятствующий её вербовке, в том числе и магистр Шеймус. К тому же… — в приятном, доселе убаюкивающем голосе вдруг прозвучала нотка сомнения. — Я не желаю девочке зла.

Глава 3. Названная семья

1

— Что насчёт Хэ́рка или… Кару́ска? — послышался звонкий детский голос среди просторов лесов. — Я про малышку Лиары. Хорошие имена.

Вот уже четвёртый день путники брели по лесным тропам в западном направлении и пока, к счастью, им удавалось избегать встреч с опасной фауной и разномастными преступными элементами. Когда запасы подходили к концу, Шеймус под видом странствующего купца, наведывался в одну из местных деревень, дабы закупить товаров первой необходимости. Благо, беды войны обошли окрестности стороной, а благодаря щедрости командора Фарбрука у путников имелась финансовая база для закупки провианта.

Как и вожак, Кус ни на шаг не отступал от маленькой зеленоглазой девчушки, а волчья спина по-прежнему служила основным транспортом для старого волшебника. Старику было непросто. На протяжении последних дней, ак’рик вёл себя словно щенок, вернувшийся на руки любящей хозяюшки. За столь короткий отрезок пути, зверь услышал больше замечаний со стороны Крога, нежели за два минувших года. Конечно, орк разделял настрой Ку’сиба, но не мог позволить зверю расслабиться. В конец концов, слишком многое в походе зависело от внимательности и чувств Ку’сиба.

Тяжелее всех приходилось Антуану. Кот, привыкший к жизни на замкнутом пространстве фортовых стен, изнемогал от жары, отсутствия отдыха и опаски перед огромным волком. Лишь мягкость фиолетовых ладоней и пьянящий запах мяты не позволяли толстячку останавливаться, заставляя следовать за беловолосой девой и её друзьями.

— Почему Куза думает, что будет малышка? — усмехнулся Шеймус, что ныне брёл пешком бок о бок с девочкой и Ку’сибом.

— Не знаю, — пожала плечами девчушка, сжав в руках объёмный цилиндрически шлем отца, из недр коего тянулась на волю любопытная морда Антуана. — Если будет малыш, то что-то бойкое! Гром или Ро́нго! Может быть Трог?

— Куз, помнишь эльфийский язык? — продолжил улыбаться Шеймус. — Настоящие имена у эльфов очень сложные и длинные. Ни человеку, ни орку такое не выговорить. Лиара — это сильное сокращение, но и оно должно звучать несколько иначе… по-эльфийски. Например, Сильва́на или Малефисе́нта.

— Слишком мягко! — возмутилась девочка. — Такое имя даже злого духа не отпугнёт!

— А я думаю, будет мальчик, — прикоснувшись рукой к будущему животу, промолвила Лиара. На фиолетовом лице расцвела улыбка — добрая и радостная. Улыбка будущей матери.

— И будет таким же сорванцом, как мама, — улыбка на лице Шеймуса обрела свой пик. — Да-да, Древен рассказывал мне о твоих проделках! Хе-хе! Как забралась в погреб друидов и… Крог, а что думаешь ты?

Орк слегка одёрнулся, прервав затянувшуюся задумчивость. Сталь «Кроворуба», как и всегда, дремала на его плече, а мрачный взгляд концентрировался на окружении. Каждая деталь в наружности огромного орка, будь то его взгляд или россыпь воинственных татуировок, вызывала трепет. Даже в состоянии далёком от битвы, он, казалось, оставался её участником. Однако, отныне, подобный воинственный облик дал непоправимую брешь.

— Думаю, будет парень, — пожал плечами орк. — Может и девочка. Главное, чтобы Мать-Земля одарила здоровьем. А имя? Хм! Лорискон.

— Лорискон? — ухмыльнулся Шеймус. — А что, весьма не дурно. Но я всё же думаю, будет девочка. Что насчёт…?

2

— И что?! Дубиной и прямо по рукам?! — слышался восторженный детский голос. — А папа? Больно было? Ха-ха! А большой он был, этот великан?

— Хо-хо! Ещё какой! — ухмыльнулся разводящий костёр Шеймус. — Твой папка рядом с ним, что я рядом с орком. С дохлым, правда, но тем не менее.

Лиара широко улыбнулась и положила на землю ираду, что с приходом вечерних часов превратилась в основной источник мягкого синего сияния. Едва девушка присела на землю, место на её коленях тут же занял мурчащий комок, коего ныне не заботило и присутствие за спиной эльфийки Ку’сиба. Как и ранее, вся местная фауна, будь то природные духи или животные, с любопытством тянулись к гостье собственной обители. Как и ранее, «Талмон» молчаливо дремал в мифриловой темнице на эльфийской шее.

— Крог не такой тощий, — оскалился в улыбке орк. — Великаны крепкие, но медленные… и тупые, как пень. Если сноровка есть, бояться нечего. Больше проблем было от той девчонки, которой Шеймус дал по морде.

Лиара подняла бровь и окинула старика недоумевающим взглядом.

— Поверь, она заслужила, — неловко усмехнулся старик и вытянул из недр плаща потрёпанный футляр с любимой курительной трубкой. — Ох! Мы многое прошли, пока искали вас. Разгромили резиденцию одного негодного барона, с великанами пободались, успели побегать от зверолюдов, повстречать старых друзей Крога и даже поучаствовать в сражении под знамёнами орочьего вождя. Хе-хе! Но Кира… уникальная женщина!

— Болотная ведьма! — фыркнул орк и окинул взглядом левую руку, укрытую нарукавьем, что впитало часть магии, пронизывающую почву топей. — Но дар хороший. И Убежище — хорошее место.

— Владычица Топи, — покачала головой эльфийка, продолжая расчёсывать шерсть на загривке кота. Ткань на шее Ку’сиба, что так же стала даром Киры, наполняла эльфийское восприятие силой и спокойствием. — Персонаж детских сказок воплоти. Удивительно! Хал-ан, что же ещё она поведала вам? Неужели, это и правда, было пророчество.

— Не сомневайся, дитя, — затянувшись, ответил старик. — Более того, мы уже успели убедиться в его состоятельности, когда отыскали вас.

Лиара ответила кивком. Она чувствовала висящую в воздухе напряжённость, видела волнение, что так тщательно пытался скрыть старик. Девушка понимала — Шеймус что-то умалчивает и это что-то имело прямое отношение к пророчеству, однако она всё ещё не решалась задавать вопросов.

— Пап, а расскажи ещё раз, как вы убегали через топь? — в глазах ребёнка вспыхнули искры восторга.

В отличие от эльфийки, Крог прекрасно знал об окончании пророчества и то, что Владычица предсказала Шеймусу смерть. Однако поведать об этом Лиаре не собирался ни орк, ни сам Шеймус.

— Рассказать? — на буром лице проступила клыкастая улыбка. — Папа покажет…

«Что?!» — пронеслась единственная мысль в голове волшебника, прежде чем хватка двух могучих рук отправила его в полёт.

Посох и любимая трубка остались лежать на земле. Орк подкинул Шеймуса в воздух на добрых два метра и поймал на руки. Вместе с остатками дыма из уст старика вырвалась лишь буква «Ё…!» в нарицательном контексте. Орк тут же закинул чародея на плечо и под аккомпанемент детского смеха и изумлённый эльфийский взгляд помчался вокруг костра. Шеймус превратился в неподвижный объект, пытаясь выдавить хоть слово, но Крог не отпускал. Кус с любопытством повёл голову. Крог нырнул вперёд и дабы окончательно «развеселить» старика, выполнил затяжной кувырок. Шеймус никогда не отличался привычкой к сквернословию и использовал брань лишь в редких случаях. Но в сей момент, окажись он в силах произнести хоть слово, старый волшебник, вне всяких сомнений, удивил бы окружающих широтой своего словарного запаса.

— Да! — взвизгнула от восторга девочка и бросилась к отцу. — Фраса, Кус! Спасём Шеймуса!

Отныне количество игроков увеличилось вдвое, а правила изменились. Отныне Крог прижимал к себе старика, отбиваясь от нападок парочки, что изначально намеревалась его спасти. Окружение наполнилось звонким смехом и радостным рыком. Кус, как и всегда, прикусывал за ноги и предплечья, норовил сбить с ног и носился кругами, Куза подхватила с земли тростинку, используя её на манер меча. Единственными, кто остался в стороне от игр, был мурчащий кот, что игнорируя происходящее, пускал коготки в плащ Лиары и сама эльфийка, что расплываясь в улыбке, неотрывно взирала за тем, как изменилось её окружение.