"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 1077

Когда я пришел, дома была одна бабушка, Светка еще не пришла из школы. И вечно-то ее куда-то тянет пошастать.

– Ты ужасно выглядишь, мой мальчик, - с тревогой во взгляде встретила меня ба. - Что-нибудь случилось?

"Да, меня пытались убить и пообещали прикончить позже".

Понятно, что бабушке я ничего подобного не сказал, хватит с нее переживаний.

– Ничего, - ответил я. - Просто устал.

– Кушать будешь?

– Спасибо, не хочу, - отказался я.

– Денис, ты совсем не ешь, - запричитала моя мнительная паникерше бабуля. - Исхудал совсем. Один скелет.

"Меньше вешу, меньше хоронить, - мрачно подумалось мне. - Хотя, если Брагос меня испепелит, хоронить будет решительно нечего". Впрочем, мысли о Брагосе вызывали не страх, а тоску зеленую.

Я прошел в свою комнату.

– Мне никто не звонил?

– Да, совсем забыла. Лена звонила, просила передать, чтоб ты не беспокоился, она сегодня проведала вашу общую подругу - как там ее? - Кисточку? Краску?

– Акварель, - подсказал я.

– Ну, вот, точно. А еще она спросила, почему тебя нет на занятиях.

Я высунулся из-за двери.

– И что ты сказала?

– Что тебя вызвали с работы.

– Спасибо.

– Не за что. Я же не хочу, чтобы Лена узнала, что не надо, и ее убили.

Я ничего не сказал, закрыл дверь и плюхнулся на кровать.

– Что с тобой? -из-под кровати вылез домовой.

– Депрессия, - буркнул я, - и упадок сил. Дай поспать, ладно?

– Ладно.

Он спрятался, а я заснул, как говорится, мертвым сном.

Мне снился полнейший бред. Огнедышащий дракон, оседланный бабкой Прасковьей, свинья, пикирующая с неба за рулем "Москвича", бабушка, заставляющая меня поесть, Светка, утонувшая в шампуне, Ленка, вышедшая замуж за Сашку Бардакова, а я горланил песни у них на свадьбе дуэтом с Брагосом. Затем была еще Акварель, нарисовавшая яблоко и пытающаяся съесть его вместе с мольбертом, Захар, удавивший Сырина, и Красов, у которого от горя начали расти волосы на голове…

Думаю, не трудно представить себе состояние человека после такого красочного и многолюдного сна. Может, если бы я спал дольше, мне бы приснилось что-нибудь хорошее, но поспать мне не дали.

– Проснись! - бабушка тормошила меня за плечо. - Денис, проснись!

– Его нету, - сонно пробормотал я, натягивая одеяло на голову.

– Денис, вставай! - почти закричала бабушка.

Хочешь спать, а вставай и делай, что положено. Жизнь просто блеск! "Можно я кого-нибудь придушу?"

Я высунул из-под одеяла один глаз и посмотрел на часы: четыре часа утра. И мигом проснулся. Во-первых, я, оказывается, продрых аж восемь часов, а, во-вторых, бабушка просто так поднимать меня среди ночи не станет.

Я резко сел на кровати, даже перед глазами потемнело, и закружились мириады звезд. Когда они унялись, я увидел бледное не выспавшееся лицо бабули с черными кругами под глазами.

– Что случилось? - испугался я.

– Света не пришла домой.

– В смысле? - я еще не до конца проснулся, и соображалось с трудом.

– В прямом. Нет ее.

– Стоп! - попытался я успокоиться. - Подружкам звонила?

– Да, они не гуляли сегодня, а после школы разъехались.

– И они видели, что Светка поехала домой?

– Маша сказала, что они вместе ехали в автобусе.

Я застонал и упал обратно на подушку.

– Охренеть! - простите, но выражаться мягче я не мог.

Ну, если эта глупая девчонка умотала куда-нибудь с пацаном… Я готов был ее за такую выходку собственноручно придушить. Но не настолько же Светка дура, чтобы заставить бабушку так переживать? Если раньше ей хотелось погулять ночами, она врала, что ночует у подруг, но без предупреждения - никогда такого не было.

– В милицию звонила?

Она покачала головой.

– Решила сначала тебя разбудить.

– Пошли, - я вылез из кровати. От сна и следа не осталось. Но сонливость была приятнее, потому что теперь в голову лезла всякая дрянь со Светкой в главной роли. Нет, я, конечно, хочу прибить сестру, но, в общем-то, я ее даже люблю. Своя скотинка, как говорится. И терять "скотинку" мне ну совсем не хотелось.

Бабушка включила на телефоне громкую связь и набрала номер.

– Милиция слушает, - "слушатель" даже не назвался.

– Я бы хотела заявить о пропаже ребенка, - дрожащим голосом сказала бабушка.

– Конечно, - раздалось в ответ. - Как зовут ребенка? Сколько лет?

– Ветрова Светлана Андреевна, - ответила ба. - Тринадцать полных лет, без одного месяца четырнадцать.

На другом конце помолчали, а потом таким снисходительным голосом поинтересовались:

– Женщина, вы знаете, чем заняты головы у девочек в четырнадцать лет? Лучше поищите девочку у ее друзей-мальчиков. Вот если через двое суток не объявится, звоните, приходите, пишите заявление. Двое суток еще не прошло?

– Нет, - растерялась бабушка.

– Вот видите, - и раздались гудки.

А бабушка стала оседать на пол. Я поймал ее, не дав упасть.

– Спокойно, спокойно, - я усадил ее на стул. - В России, как известно, две беды: дураки и дороги. Сейчас мы столкнулись с первой. Ничего страшного.

– Я ей слишком мало внимания уделяла, - запричитала бабушка, по щекам которой уже побежали одинокие слезинки. - Все думала, как же ты, а ты уже взрослый, без меня справишься, а она…

– Ба, ну не плачь, все обойдется…

– Ничего не обойдется. Это мне в наказание, что плохо вас воспитывала. Один магом стал, другая пропала…

– Ну, может, она, правда, развлекается? - снова попробовал я.

– Развлекается? - всхлипнула бабушка. - Да что она дура, что ли?

– Не знаю, - признался я. - Хорошо бы, если да.

А бабушка продолжала канючить свое:

– Я за ней плохо присматривала. Вот сегодня утром она шампунь искала, а я ей не помогла, пальцем о палец не ударила.

– Шампунь? - эхом повторил я. И теперь чуть я не свалился на пол от внезапной догадки. Это не Светка дура, а я редкостный дурак! Я ведь разговаривал с Красовым, когда она искала свой проклятый шампунь. "Магия долбанная! Все пропадает!" - кричала Светка, а Красов еще поинтересовался, что там сказала моя сестра. Он решил, что она знает обо мне правду, он собрался ее убрать. - Осел! - простонал я. - Какой же я осел!

– Что? Что такое? - испугалась бабушка.

"Магия - это смерть", - сказанные когда-то слова Людмилы Водуницы громом звенели у меня в ушах. Я чуть не разрыдался от бессильного гнева на самого себя и на магию, смеющую называть себя БЕЛОЙ.

– Ты куда?

Я помчался одеваться.

– Деня, не молчи!

– Куда я? Я - убивать кого-нибудь! Я им покажу новичка! Я им щас белую магию сделаю кроваво-красной!

– Ты хочешь сказать… - в ужасе прошептала ба, у нее вдруг резко закололо сердце.

– Тихо, тихо, - я взял ее за руку, и боль ушла. - Жди меня, ладно?

– Ты ее вернешь?

"Не знаю. Если успею. Если смогу…" Что из этого я мог ей сказать?

– Верну, - пообещал я.

Я отошел от бабушки, прикоснулся к кольцу и представил лицо Захара.

– Слушаю, - тут же раздался знакомый голос.

– Это я. Ты где?

– Денис? - удивился наставник. - Дома. Только что вернулся. А что?

– Ничего, - но это я уже сказал, стоя прямо перед ним посреди комнаты его квартиры.

– Денис, что такое? - испугался Захар. - На тебе лица нет.

Его изумление выглядело искренним. И был уверен, что действительно ничего не знал. Наверное, Захар был единственным магом, кому я по-настоящему доверял.

– Да что стряслось?

– Красов спер Светку.

Глаза моего наставника округлились.

– Какую Светку? - на всякий случай уточнил он.

– Ветрову, - мрачно пояснил я. - Сестру мою.

Захар вскочил с кресла, в котором я его и застал, и заходил по комнате.

– Так, где мне его найти? - нетерпеливо спросил я.

– Давай разберемся, - предложил Захар. - Зачем Петру твоя сестра? Или… - он уставился на меня. - Или ты рассказал ей про себя?