"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 1015

Маршал был представителем «новых» реформаторов, только их по рукам и ногам связывали старые властные круги, опиравшиеся на церковь — они действительно жили прошлым и бредили величием Испании. Их политика привела к тому, что в первой четверти этого века от Испании отпали почти все колонии в «Новом Свете». Вроде бы можно было извлечь опыт, но нет — в шестидесятые годы было допущено ошибок еще больше, в результате вроде бы даже лояльные к Испании страны стали к ней враждебны. И королева все прекрасно понимала — она была австрийкой, и на нее не довлела тяжким грузом дань величию прошлого. А потому с маршалом стали политическими союзниками, и теперь им двоим надо принимать решения, которые определят судьбу «испанского мира». Перспективы оного детально описаны в «синей» тетради, на которую сейчас Мария Кристина положила свою ладонь.

— Хорошо, дон Рамон — я всецело доверяю альмиранте Рамосу, и даю ему «карт бланш» на ведение переговоров с президентом Диасом об унии. И мы примем все его условия, ради нашего общего будущего…

Глава 39

— Вам, адмирал Рамос, удалось проделать то, о чем долго мечтали многие джентльмены в моей стране. Но пока я могу только смотреть на это зрелище и рукоплескать. Однако многие влиятельные люди считают, что продолжение войны несет больше вреда, чем пользы, так как затронуты их интересы, что являются жизненно важными.

— Я рад за оценку такого человека и моряка, каким являетесь вы, адмирал Фишер, — Серхио приветливо улыбнулся, понимая, что ему придется сейчас быть как можно более искренним в своем лицедействе. Перед ним в кресле сидела сейчас персона, один из значимых представителей Ройял Нэви, из той когорты политиков и военных, которая определяет, что считать жизненно важными интересами для Британии, а что нет. Именно эти люди являлись истинными властителями мира, и если ни прямо определяли его судьбу, то опосредованно, уже как разумный инструмент в руках настоящих владык огромного пространства на всех континентах, вернее океанах, за исключением, пожалуй, полярного, и то потому, что тот практически круглогодично закрыт непроходимыми для нынешних пароходов льдами.

Сейчас Британская империя имела флот, равный флотам всех остальных стран мира, если считать броненосцы и крупные крейсера. И противостоять этой мощи никто не может, лишь Германия отважится бросить вызов, и то с появлением дредноутов и наступившей за ними новой эпохи. Она и принесет миру страшные потрясения в виде двух мировых войн, которые нельзя допустить — именно с них человечество стало скатываться в ту пропасть, размеры которой даже в его времени толком не осознали.

— Мы пока смотрим на события, но скоро вмешаемся в них — наши бывшие колонисты слишком много возомнили про себя, и пора указать им их настоящее место, которого они и заслуживают. Нужен мир — и мы найдем способ усадить за стол переговоров враждующие стороны. Если не могут жить вместе, то пусть пребывают в раздельности — такое положение вещей, я думаю, устроит многих, кто прямо участвует в этой войне.

От негромко сказанных слов вице-адмирала Джона Арбенота Фишера повеяло принятым решением, и Серхио едва сдержал вздох облегчения. Англия решила занять излюбленную позицию «третейского судьи», что выслушивает все стороны с одинаковой любезной улыбкой, но выносит приговор, руководствуясь именно своими интересами. И протестовать никто не будет — связываться с «владычицей морей» себе дороже обойдется. Голландия, Испания и Франция пробовали на протяжении последних трех с половиной веков, даже когда у них появлялись армады, как по отдельности, так и совокупной силой пытались воевать, однако были безжалостно побиты. И последний «урок», данный у Трафальгара в 1805 году, очень хорошо усвоен.

Ройял Нэви сейчас имеет «двух державный стандарт», равный совокупному составу флотов двух самых сильнейших держав мира. Однако то лишь провозглашенный принцип, на самом деле сейчас броненосцев и крупных броненосных и бронепалубных крейсеров, бороздящих моря и океаны под «Юнион Джеком» не меньше, чем могут выставить все европейские державы вместе взятые, к которым вполне могут присоединиться и другие страны мира, имеющие подобные корабли.

Так что лорд Фишер вполне четко дал понять, что прибыл не для переговоров, а для передачи условий, которые он, как главнокомандующий «армадой» и генерал-капитан Вест-Индии, должен принять. В том, чтобы их отвергнуть и речи быть не могло — слишком несопоставимы силы, и вмешательство Лондона на стороне Вашингтона позитивный ход войны для союзников могло превратить за несколько недель в катастрофический. К тому же и незачем — цели и стремления на данном этапе полностью совпадали, а как будет в будущем, то покажет время.

— Думаю, что Конфедерация и САСШ, да-да, именно как североамериканские, без притязаний отныне на всю Америку, вполне могут существовать по отдельности, особенно если не будут иметь выхода к Тихому океану — это касается не конфедератов, у них его нет, а «федералов», которые захватили принадлежащие нам владения совсем недавно — прошло всего полвека. Я имею в виду территорию «Новой Испании», которая триста лет находилась под властью испанской короны, и была отторгнута силой. Мы здесь с Мексикой выступаем заедино в этой войне, будучи союзниками.

Серхио предпочел сразу же очертить тот круг, в который англичане не должны были заступать. Но в тоже время, следовало поторопиться, и дать самому дать Британии то, что она легко может вырвать. Но в этом случае это будет выглядеть как признание прав Лондона и вроде добровольной уступки, отчего позиции «высоких договаривающихся сторон» будут выровнены. Так как между просящим и дающим всегда есть разница.

— Однако считаю, что те обширные земли Орегона, а отнюдь не трех штатов, которые Британская империя уступила полвека тому назад Вашингтону, должны быть возвращены под власть короны. Это твердая позиция нашего альянса — населения на так называемом «диком западе» немного, что говорит о насильственном характере присоединения с истреблением местного населения, как индейцев, и к сожалению, испанцев. Последних, к тому же нещадно ограбили, а ведь они жили тут веками.

— О да, вы тут правы, адмирал. Мне довелось слышать грустную историю о том, как янки обошлись с вашей семьей. И, несомненно, должны понести за это справедливое наказание. К тому же индейские территории, на так называемом «диком западе» находящиеся, находились под защитой британской короны тоже, и тяготятся властью наших бывших колонистов. Их западная граница должна быть ограничена северной частью так называемой «луизианской покупки», и не более того.

Рамос сохранил приветливое выражение лица, моментально поняв, что Лондон жаждет «ободрать» янки так, чтобы потом им сделать предложение из разряда тех, от которых не принято отказываться. Проще говоря, не только ликвидировать конкурента, но постараться поставить его под свой контроль, превратив в послушного доминиона…

Глава 40

— «Испанское содружество», или «альянс», как угодно его именовать, не имеет своей целью создание империи, подобной вашей, сэр. Да и как можно сплотить множество стран, пусть даже говорящих на одном языке, но друг друга ненавидящих. Нет, интересы Испании распространяются только на Карибский регион, и ничего более, речи о воссоздание единой государственности не ведется. Поверьте, но мы не намерены в чем-либо ущемлять Британскую империю — наши территории разделяет Атлантика, а на ней полностью властвует Королевский Флот.

Рамос говорил невозмутимо, так обычно ведет себя человек, полностью осознающий уязвимость собственных позиций и силу собеседника. Необходимо выиграть время, достичь всех возможных результатов и кропотливо воспользоваться плодами победы. Противостоять Англии сейчас безумие, наоборот, нужно «умиротворение» этого «хищника», а там все можно обернуть к лучшему — стравить с Германией, на которую филиппинские победы уже подействовали как допинг. Слабые могут не только выжить, когда останутся в стороне от драки сильных, но и обрести могущество. Ведь противники хорошо обескровят себя, главное, чтобы дрались подольше.