Жена в наследство, или Трудности драконьего развода (СИ) - Новак Нина - Страница 10

Нет, Натан не позволил себе насилия, но то что он сделал, меня весьма удивило.

Втянул воздух носом и подцепил когтем пуговку на платье так, что оно разошлось на груди.

— Прошу… — просипела Лиз.

Дракон наклонился и провел языком по нежной молочной коже, что-то неразборчиво простонал, а Лиз затряслась от страха. Она никогда не видела драконов в полутрансформации.

Плечи Натана напряглись, словно ему пришлось бороться с собственной дикой сущностью, а Лиз отползла к изголовью и свернулась клубком.

Натан встал и быстро пошел к выходу, врезавшись по дороге в столик. На пол полетели бокалы, графин, тарелки.

Открываю глаза и осторожно приспускаю бретельки ночной рубашки, потому что место между грудями жжет.

Что за безумие творится?

13.

Страх Лиз перед Натаном становится полностью понятен. Но почему-то кажется, что между ними произошло что-то еще, что мне не показали. Хотя к этим воспоминаниям не пробиться, словно их надежно огородили.

Впрочем, адмирал не только пугал Лиз — он ее будоражил. И мне такая зависимость категорически не нравится. Я смотрю на все здраво и не собираюсь растекаться лужицей перед местными альфачами.

Проверяю себя, но на первый взгляд не замечаю ничего подозрительного — просто жжет кожу в том месте, где дракон дотронулся языком.

Решаю убедиться при более ярком освещении и активирую кристаллы, после чего встаю у зеркала. Нет, небольшой след все же есть, еле заметный контур.

Морщу лоб, вглядываясь в отражение. Контур неполный, бледный и походит на лилию.

Даже думать не хочу, что это может значить.

Магия, черт побери. В Дургаре действует магия и Лиз ею также не обделили.

Вот зачем мне подобная обуза? Зачем? Вспомнив, как вырубила Ала, передергиваю плечами. И этот гений все еще намерен жениться на мне?

За завтраком царит обычная уже напряженная атмосфера и я пытаюсь отгадать — помнит ли Натан, что сотворил? Я напоминать точно не стану, пусть держится от меня подальше.

Хотя дракон, кажется, и не думает особенно приближаться. Он почти не смотрит на меня, словно намеренно избегая.

Слежу я и за Алом. Его Айрис не видать уже второй день, а служанка, приходившая утром, не проронила ни слова.

Но жених держится так, будто между нами и впрямь всё в порядке. Лишь иногда бросает мрачные взгляды — тяжелые, цепкие, словно продумывает месть.

Холодок пробегает по спине, но я слишком хорошо осознаю свою беспомощность.

Остаётся лишь надеяться на милость Натана… Которому я, впрочем, тоже не доверяю.

Вожу пальцем по бархату ткани и стараюсь уйти в себя, превратиться в ледяную статую, тем не менее ловящую каждое слово, анализирующую.

Мона щебечет, кокетничает с Натаном и он улыбается ей. Машинально отмечаю, что у него красивая улыбка.

На секунду мы цепляемся взглядами и на дне его зрачков мелькает что-то темное, непонятное.

— Я погуляю в саду, — сухо замечаю я и Ал, наклонившись, берет меня за руку. Прикасается губами и все внутри переворачивается от отвращения.

Выдергиваю пальцы и быстро встаю.

Ловлю цепкий взгляд Натана и снова спрашиваю себя — он помнит?

Мне выгодно, чтобы забыл. Представлять не желаю, куда я вляпаюсь, если след на коже окажется… меткой.

Забрав из комнаты романы, подаренные Алом, я спускаюсь в сад. На мне снова яркий дождевик и резиновые сапоги, так что небольшая моросня не страшна. Устраиваюсь в беседке и листаю романы.

Содержание их вполне стандартно, но дает понимание мира. Мне интересны бытовые мелочи, отношения, драконы.

Ох… уже много веков, как драконы не встречают истинных. Известно лишь несколько случаев, в том числе император Дургара счастливо женат на истинной паре.

Остальные находятся в подвешенном состоянии, так как никто не представляет, как заработала истинность после возвращения крыльев.

Раньше ее определяли при помощи колец-артефактов, теперь же начали появляться метки. Таких случаев немного, но их уже достаточно, чтобы породить целую волну романов о настоящей любви.

Невольно дотрагиваюсь до груди. Неизвестность тревожит. И самое мерзкое, что сами драконы пока не разобрались, как эта дрянь работает.

Я закрываю книги и убираю их в сумку. Но отвлекаюсь на перестук когтей — ко мне подбегает пес. Тот самый, что мелькнул в день побега. Сейчас он выглядит вполне дружелюбно.

Протягиваю руку, чтобы погладить красивого зверя, но резкий окрик заставляет меня замереть:

— Миледи, не дотрагивайтесь до него!

Ко мне спешит парень в ливрее с гербом Саршаров.

— Пшел отсюда! — раздраженно бросает он, размахивая хлыстом и явно собираясь ударить пса.

— Что вы делаете?! — возмущаюсь я, перехватывая его взгляд. — Собак нужно дрессировать, а не бить!

Но зверь не убегает. Он застывает на месте, опустив хвост, глядит исподлобья, в напряжении, готовый либо отступить, либо броситься вперед. Затем оскаливается, обнажая угрожающе острые зубы.

Парень вздрагивает, желание бить животное, видимо, испарилось.

— Сэм в отъезде и собака распустилась, — бурчит он, будто оправдываясь.

Я прищуриваюсь. Странный зверь. Почти собака, но… не совсем.

— Он опасен, миледи, — осторожно предупреждает слуга и начинает гнать рычащего пса прочь от беседки.

Животное жаль. В прошлом у меня были собаки, и я хорошо знаю, что их можно воспитывать без рукоприкладства.

Современная зоопсихология доказывает, что достаточно грамотной дрессировки — без страха, без боли. Только понимание и терпение.

Перевесив сумку через плечо, я возвращаюсь к замку. К сожалению, будущее видится очень мутным, но одна деталь, вычитанная в романе, цепляет меня. В Дургаре есть разводы. Более того, женщина может развестись и вернуть приданое. Этот роман я отложила, чтобы внимательнео ознакомиться — увы, но денег на юриста у меня нет. Придется разбираться самой.

У парадных дверей стоит Натан и щурится. Эмоции Лиз сошли на нет, но этот здоровый дракон уже и меня вымораживает.

— Я могу получить гарантии того, что меня вернут отцу? — неприязненно смотрю ему в глаза, но в ответ получаю такой же, зеркально отраженный, неприятный взгляд.

— Если я договорюсь с Алом и твоим отцом, то да. А если нет…

Он усмехается.

— Ваш брат уничтожит меня, милорд, — я решаю говорить прямо. — Мне нужно избежать брака.

— А он ведь отослал Айрис. Кажется, ты покорила его, леди Карен.

Натан изучающе смотрит на меня и между нами повисает враждебность.

И снова тревожит вопрос — он вообще знает, что сделал, когда в ту ночь ввалился в комнату девушки?

— Я хочу выжить. Возможно, мы бы могли договориться, — продолжаю я гнуть свою линию.

Он задумывается.

— Посмотрим. Посмотрим, что ты сможешь дать мне за свою свободу, — отвечает он. — После того, как прочтут завещание, поговорим.

Натан улыбается, но не так, как Моне. В этот раз в красивой улыбке адмирала мелькает что-то зловещее. Ну, или у меня разыгралась паранойя.

Черт, это не паранойя. Даже в любовных романах драконов изображают жесткими повелителями неба и земли.

Обойдя Натана, направляюсь в холл.

А Ал, значит, отослал Айрис? Это хорошая новость. Хотя бы не буду бояться, что она ворвется ко мне с ножом.

Время, оставшееся до зачитывания завещания, пробегает спокойно. Как будто все участники затаились и выжидают, не желая конфликтовать раньше времени. Но слуги шепчутся, что Натан намерен требовать замок и кое-какие вещи матери.

Я сомневаюсь, что Ал позволит моему отцу продать Шарлен Натану. Значит спасаться придется как-то иначе и я понятия не имею, какой план может предложить адмирал.

И что самое главное — какую цену он потребует за спасение? Вряд ли в подобной семейке вырос ангел. Скорее всего, Натан Саршар такой же хищник и мерзавец, как и его родичи.

Утром знаменательного дня служанка намекает мне, что отпарила черное платье. Хм, получается, Ал не отказался от первоначального зловещего замысла?