Индульгенция 1. Без права выбора (СИ) - Машуков Тимур - Страница 47

Кстати, во дворце уже знали о покушении, и император очень остро отреагировал на это. В черте города в принципе подобное было запрещено, а тут напали нагло, забив на все правила. И это хорошо, что была глубокая ночь, и никто из обычных людей не пострадал.

Первые отчеты по нападению уже были готовы, но пока ничего конкретного в них не было. Работали наемники из «Руки Смерти» — организации, запрещенной в империи. Славились они тем, что, даже попадая в плен, никогда и ничего не говорили. Поднять труп и допросить его тоже не получалось. После смерти души наемников сразу развеивались. То есть, оказывается, это не я поле боя почистил, а они сами.

В общем, император был рад, что с нами все хорошо, и зол, что было для тех, кто напал на нас, очень плохо. Возможностей у Темной Канцелярии было намного больше, чем у нас, и он обещал, как они что-то раскопают, сразу сообщить.

Так-то император лично в войну родов вмешиваться не мог — но в нашем случае войну никто и не объявлял. Напали они внезапно, вероломно, в духе настоящих темных. Поэтому они-то в принципе красавчики, если бы не были такими уродами.

В общем, мы думали-гадали и ждали отчета нашей службы безопасности. Навка отправилась в город вынюхивать и высматривать. За это ей была обещана возможность сожрать всех причастных. Так что работала она на совесть и за еду.

Ну а я все же решил наведаться к охране и посмотреть записи артефактов наблюдения. Две напряжённые морды усердно таращились в мониторы, я отвлёк их, заставив подробно описать принцип работы артефактов, а затем выгнал на перекур и стал просматривать все записи, начиная с трех утра.

Вот вижу, как мы с отцом вернулись, вот я пошел к себе… И все. Никакого лишнего движения. Понятное дело, что у меня в комнате камер не было, но снаружи, в коридоре, они честно наблюдали за происходящим. Но сколько бы я ни всматривался, никаких признаков появления чужого не обнаружил.

Ну не приснилось же мне это все⁈ Да и некоторые следы на теле говорили, что все произошло в реальности. А кто у нас такой могучий, что может обмануть технику? Да хер его знает.

Наши следящие артефакты были очень мощными, отец к вопросу безопасности относился крайне болезненно и поэтому не экономил на ней. Значит, этот кто-то был очень сильный, но вот кто?

Я задумчиво вышел, дав отмашку охране, и поплелся на арену. Состояние было вполне бодрым и можно было посмотреть, что там у меня открылось во время боя. Потому как я тогда явно перешагнул за пределы возможностей этого тела. Да что там говорить, и своего старого тоже. Более того, я использовал то, чем раньше не владел. Да еще и такой силы. И мог спокойно пережечь неокрепшие каналы, однако этого не произошло.

Нет, я слышал, да и сам неоднократно сталкивался с таким явлением, как прорыв. Ну, это когда находясь на грани, ты перешагиваешь через свои возможности, рывком поднимаясь на ступень выше. Сидя на жопе ровно сильней не станешь. Как бы я не недолюбливал всякие превозмогания, все же признавал их пользу. А у меня тут вся жизнь сплошная боль с поломанным телом.

Я зашел в зал, сел на пол — теперь надо погрузиться в себя и устроить, так сказать, тщательную ревизию внутренних органов, как материальных, так и магических.

Глубокий вдох-выдох. Я — океан, безграничный, бескрайний, спокойный… Я тут, я там, я везде… Глаза сами собой закрылись, и вот уже мой внутренний мир засиял всеми красками.

Источник — увеличился, и существенно. Вот прям хорошо так. Но теперь он не напоминал что-то мрачное, нет. Он был таким же серым, как и прежде, только выглядел как-то веселей, что ли, радостней. Серебряные волны то опадали, то поднимались, искрясь и переливаясь. Не было больше страха в отношении него. Более того, мне хотелось нырнуть в эти воды, дотронуться, слиться с ним. Это и была гармония внутреннего мира и внешнего.

Каналы — тут особых изменений я не увидел. Хорошо развитые — ну, разве что стали крепче, но это надо проверять на практике. И судя по сокращениям, их пропускная способность увеличилась. Было бы что пропускать. И вот это как раз самое сладкое.

Тогда, во время боя, мне показалось, что у меня слетели все ограничения, что были ранее. Нет, сейчас я пока не дотягивал до себя того, но все же… Арсенал у меня был большой и пользоваться я им умел — все-таки боевой маг, если не самый сильный, то около того в империи. Но если сейчас я смогу выдать хотя бы десять процентов от своих старых возможностей, то моя выживаемость резко вырастет. Так что теорию проверили, теперь практика…

Уходил я с арены максимально измученным, но крайне довольным. Все оказалось правдой — барьеров больше не было. Вот только моя магия — она стала иной, с поправкой на этот мир. То есть, я не мог создать обычный стихийный огонь — темный или светлый легко, но не стихийный. Они вообще не отзывались на мой зов, который будто в невидимую стену упирался.

Нет, можно было и темным пламенем разжечь костер, и светлым огнем спалить дом. Но это были все же производные света и тьмы, а не чистый эфир. Тут надо думать, потому что любые ограничения я не любил. Да и пользоваться в бою тем, чего не знаешь, очень чревато. Надо тренироваться.

Кстати, а куда Орк запропастился? Так-то он должен был меня разбудить ещё черт знает когда! Ему-то похер, что я только из боя вышел. А тут тишина — падазрительна… А я как раз настроен ему морду набить. Но увы, его я так и не нашел. Возможно, его куда-то отправил отец — выяснять не хотелось.

А вот Навка уже объявилась, жутко злая и голодная. Бурчала, как вредная жена на пьющего мужа. Причем с конкретными обвинениями она не определилась и била так… В общем. Тут тебе и изменщик, и разгильдяй, и пьяница, и бабник, ну, и все прочее до кучи.

Моя слабая попытка напомнить, что вроде как я ее хозяин, а не наоборот, провалилась с треском, даже толком не начавшись. Как можно в чем-то убедить тысячелетнего духа, если она в этом убеждаться не хочет? И при этом в доказательство своей правоты скрежещет когтями и страшно щелкает ими возле самого драгоценного? Пришлось превозмогать, в спальне доказывая, что она самая-самая, а все остальные так… Несерьезно. Через пару часов мы вполне помирились, и я наконец заснул, надеясь, что незнакомка опять заявится в мою комнату. Но нет, ночь прошла тихо.

А вот утром отец меня огорошил своим решением. И ведь ничто не предвещало беды!

— Как ты относишься к своему деду? –внезапно спросил он за завтраком.

— Эм… Дай-ка подумать… Никак?

— А если еще подумать?

— Ответ будет тот же. Я ж его вообще не знаю.

— Ну, значит, придется тебе с ним познакомиться, потому что я решил отправить тебя к нему, пока тут все не утрясется. Через пару недель тебе предстоит поступление в академию, а до этих пор поживешь у него.

— Я прям так рад, что даже и не знаю, как это выразить, — мой сарказм был настолько густой, что его можно было намазывать на хлеб.

— Вот и потренируйся изображать радость. Твой дед, Афанасий Иванович Моров, не из тех людей, кто потерпит неуважение в свою сторону.

— Есть по нему информация? А то он для меня пока просто набор из трех букв. И эти буквы никак не складываются в приличное слово.

— Ну… По сути, так оно и есть. И ему очень подходят эти твои три буквы. Если кратко — он воевода, давно отошедший от дел, но по-прежнему крепко держащий за яйца весь Север империи. Сам род Моровых живет в Темноярске — крупнейшем городе региона. Логистический центр, самая развитая инфраструктура, куча промышленных компаний, принадлежащих именно им.

По сути, он там правит, потому как все местные чиновники кормятся с его рук. Сказать там против них слово или, упаси боги, напасть — свои же жители под землю закатают. У него в руках абсолютная власть, впрочем, поддерживаемая народом.

Моровы многочисленны, но костяк рода, то есть, главные, всего трое — сам дед, его сын — правая рука и наследник Дмитрий Моров. Слабый, но боярин. И его дочь — твоя тетя Тамара. Эта в ранге темника.