Индульгенция 1. Без права выбора (СИ) - Машуков Тимур - Страница 34

— И чего ты хочешь?

— Надо его убедить удалить эти фото. Ну, и чтобы от меня отстал тоже. Не хочу больше с ним. Мразь он. Я еще тогда, когда ты говорил о том, что он и с мужиками, и с бабами может, легко как-то это восприняла. А вот потом, когда все это произошло — подумала. И такая, знаешь ли, брезгливость появилась — сама от себя не ожидала.

— Ты блять серьёзно⁈ — я вскипел, подпрыгнув на постели. — Этот гондон тебя шантажирует голыми фотками? И ты до сих пор не отправила его в реанимацию⁈

Настя потупилась, вертя в пальцах прядь волос:

— Ну, я думала, сама справлюсь… Но он же Кривдин! У него связи, охрана, отец, приближенный к императору! Своему я боюсь рассказывать — тот полумерами не ограничится. А ненужных смертей я не хочу.

— Связи? — Навка фыркнула, устроившись на кровати с другой стороны. — У меня, например, такие связи в Нави, и то они редко отвечают. А этот жалкий аристократишка даже ногтя Кощея не стоит. Но если хочешь, я могу его «связать» по-настоящему. Кишки в узел затянуть — мой конек.

— Навка, ты опять не в тему, — я резко встал, чувствуя, как адреналин перебивает боль в рёбрах. — Насть, слушай сюда. Твой Кривдин — не просто мразь. Он тупая гиена, которая думает, что может гадить в моем дворе. И знаешь, что бывает с гиенами?

— Их едят львы? — неуверенно предположила Настя.

— Их, блять, топят в говне! — рявкнул я. — Ты где фотки хранишь? На его телефоне? В «облаке»? На внешнем носителе?

— Он сказал, что всё загрузил в приватный чат с паролем, — всхлипнула Настя. — И если с ним что случится, его друзья всё выложат.

— О, приватный чат! — Навка закатила глаза. — Как мило. Надеюсь, он там ещё и стишки пишет: «Люблю Настю, она сладкая, как ватрушка…»

— Навка, заткнись, — я уже метался по комнате, строя планы. Быть опозоренным этим ублюдком не хотелось. — Ладно. Вот что мы сделаем. Ты звонишь Кривдину и говоришь, что согласна на его условие. Но только встреча состоится на нейтральной территории. Без свидетелей.

— И… что потом? — Настя округлила глаза.

— Потом я приду вместо тебя, — ухмыльнулся я, хрустнув пальцами. — Под хорошей иллюзией, которую на меня наложит Навка.

— Под моей иллюзией? — дух приподняла бровь. — Ты же в ней как свинья в лифчике. Надо и походку правильную сделать, и голос…

— Зато Кривдин обосрётся, когда «девушка» с грудью третьего размера вырвет ему яйца через глотку, — проворчал я. — Насть, звони. Скажи, что готова. Но только если он удалит всё при тебе.

Пока Настя набирала номер, Навка подошла ко мне вплотную:

— У него там будет охрана и он маг.

— Маг? — я фыркнул. — Этот кретин два месяца учился произносить «темный шар», а в итоге поджёг себе брови.

Кривдин ответил на вызов через секунду. Настя дрожащим голосом выдавила:

— Я… я согласна. Но только если ты всё удалишь при мне. И никаких твоих дружков.

— Умничка, — просипел он в трубку. — Приезжай через час. И оденься… полегче. Гостиницу «Ночной странник» знаешь? Третий этаж, комната тридцать два.

Я уже видел, как Настя бледнеет, но кивнул ей: мол, держись. Как только связь прервалась, Навка взмахнула рукой — и моё тело резко съёжилось, обрастая кружевами и… грудью.

— Блять, Навка! — я зашипел, пытаясь прикрыть декольте. — Ты могла хотя бы трусы нормальные сделать⁈

— А что? — она невинно улыбнулась. — Тебе идёт. Особенно эта родинка на пояснице. Ладно, не ворчи, -и полуголая иллюзия сменилась на одетую иллюзию, точную копию гостьи.

— Так, Настя, сиди тут и делай вид, что ты — это я. Навка за мной в режиме невидимости. Когда вернусь, мы с тобой более предметно поговорим о том, что произошло. И крести зад — сегодня он будет битым.

Через час я стоял у двери Кривдина, чувствуя, как ветерок злости ласкает мои «новые» части тела. Охрана на входе была максимально дружелюбна:

— Ваше темнейшество! Вас с нетерпением ожидают, — чуть склонились они в поклоне

— Идите в жопу, — буркнул я женским голосом, проходя мимо.

Кривдин плавал в бассейне, потягивая коктейль. Увидев меня, он выполз на бортик, мокрый и такой жизнерадостный. Сразу захотелось ему врезать. Так, чтобы кровь и кишки.

— Ну что, дорогая, готова к съёмкам?

— Сначала удали всё, — я скрестил руки на груди.

— Не доверяешь? — он достал телефон, тыкая в экран. — Вот, смотри. Ничего нет.

— А облако? — я сделал шаг вперёд.

— Удалю после… — он потянулся ко мне, но я схватил его за запястье, выкручивая до хруста.

— Сейчас удалишь. Или я тебе эту руку оторву и заставлю ее сожрать!

Кривдин завизжал, поспешно тыкая пальцем в экран. Я дождался, пока все файлы исчезнут, затем размахнулся и врезал ему коленом в пах.

— Это за Настю, — прошипел я, скидывая иллюзию. — А это… За то, что я час ходил в бабском прикиде! — опять удар, что с хрустом ломает ему нос.

Потом двоечка по корпусу, еще в челюсть. Он выл, забыв про то, что может магичить, и орал как будто его режут. А я даже не разогрелся пока.

Охрана ворвалась в комнату, но Навка уже материализовалась за их спинами — пара ударов, и вот они бесформенной массой валяются на полу.

Через пять минут Кривдин лежал в бассейне, привязанный к лестнице, а его телефон плавал рядом в виде обугленного кирпича.

— Научи эту блять этикету, — бросил я Навке. — И максимально доступно объясни: если он ещё хоть раз посмотрит на Настю — вырежу ему глаза и отправлю в конверте папочке…

Позже, на обратном пути Навка хохотала:

— Видар, ты гений! Но в следующий раз выбирай трусы без рюшей. А то у меня фото на память…

— Навка, я тебя убью!

— Обещаешь? — она томно вздохнула.

Настя встретила нас в поместье, нервно кусая губы.

— Спасибо, — подскочила ко мне она и крепко обняла. — Я… передумала. Помолвку не разорву.

— ЧТО⁈ — хором рявкнули мы с духом.

— Ну… Вы же такие крутые в команде! — она заулыбалась. — А ещё… Ты в платье — огонь. Всегда мечтала замутить с девушкой. И ты был такой решительный… Прям мужчина моей мечты. Два в одном и красная ленточка на члене!

Я вздохнул, плюхнувшись на постель. Вот почему мне не сиделось спокойно? Зачем потащился к этому Кривдину и засветил лицо? Что на меня вообще нашло? Ответов на эти вопросы не было. Лишь тихий смех дам, от которого становилось еще хуже.

А ведь завтра прием, который, я жопой чувствую, пройдет непросто. Чуйка выла в ожидании проблем, зад ей тихо поддакивал, а я смотрел на довольных девчонок и думал, что жизнь все-таки дерьмовая штука, как ни крути…

Глава 18

Глава 18

— Так, снимай трусы и ложись жопой кверху! — велел я Насте, после чего принялся снимать с себя ремень.

— Что? Ты хочешь прям сейчас? Так-то я не против, но как-то это неожиданно…

— Пороть тебя буду, самка похотливая, а не то, что ты подумала!

— Ты предпочитаешь пожестче? Странно. Я думала, ты любишь без всяких извращений. Но это будет интересный опыт.

— Настя, не прикидывайся дурой. Я тебя не собираюсь трахать — просто выдеру ремнем, раз родители этого не делали.

— Ремнем? Да за что?!!!

— Да за то, что ты поставила мою репутацию рядом со своими сиськами! За то, что я, уже не знаю сколько раз избитый, потащился спасать свою и твою честь! За то, что мне пришлось выйти из поместья, хотя это может быть чревато для меня. За то, что я вместо того, чтобы готовиться к приему, занимаюсь, сука, твоими делами и решаю ТВОИ, мать их, проблемы!!!

— Но Вида-а-ар!!! — заныла она.

— Или трусы вниз, или мы ходим по разным улицам и друг друга не знаем. Выбирай.

— Тиран. Бей меня, ломай. Только нежно.

— Это уж как получится, — рука поднялась, ремень опустился, оставляя красный след на белоснежных и, признаться, очень волнительных для молодого организма ягодицах. Тем более, что она так их задирала, что я видел вообще все то, что обычно скрывают.

Как я уже и говорил, нормы морали у темных были совсем иные, и к сексу до брака и прочим извращениям они относились… Да никак не относились — всем было плевать, сколько там мужиков было у твоей жены или девушки. Для темных устроить семейный тройничок с подругой или другом семьи или обменяться женами было так же естественно, как попить воды.