Индульгенция 1. Без права выбора (СИ) - Машуков Тимур - Страница 32

— Пусть светлые попробуют вкус своих же ядов. Мои туннели под их городами готовы. Одно слово — и их храмы рухнут в бездну.

— Или подстроим «несчастный случай» с их принцессой Светланой, — встряла графиня Карнаухова, играя кинжалом из черного стекла. — Они дорожат ею больше короны. Представьте, как император Олег запоет, когда ему доставят ее тело. По частям, разумеется. Автомобильные аварии — они такие травмоопасные, -захлопала она ресницами.

— Этого мало! — Князь Раздоров перебил её, глаза метали молнии. — Им нужно показать, что за каждую каплю крови моего сына они заплатят рекой! Я предлагаю сжечь их священную рощу Рода. Пусть их боги смотрят, как гибнет их наследие!

Император Борис встал, и тень за его спиной взметнулась к потолку, приняв форму гигантского дракона.

— Вы все мыслите слишком мелко, — его голос разрезал тишину. — Сожжёте рощу — они назовут нас варварами. Убьёте принцессу — объединят против нас весь континент. Но если мы ударим там, где они не ждут…

Он повёл рукой, и карта империи на столе ожила. Границы светлых земель засветились кровавым.

— Их сила — в торговых путях через горы Кавказа, по границе Пустошей. Без них они потеряют приток артефактов, необходимых для развития магов. Меня вполне устраивает их нынешний уровень и мне бы не хотелось, чтобы они становились сильней. А кто контролирует Пустоши?

В воздухе возник образ человека в плаще с капюшоном — глава теневых контрабандистов, давно тайно подконтрольных Борису.

— Через неделю их караваны превратятся в пепел. Все проходы буду завалены. Не пройдет и пары лет, как они ослабнут и обратятся за помощью к нам, потому что это наша территория, которой мы позволили им пользоваться.

Князь Раздоров замер, сжимая и разжимая кулаки. Разум говорил, что план Бориса безупречен, но ярость требовала немедленной крови.

— А пока мы ждём, они снова нападут на него!

— Пусть попробуют, — император усмехнулся. — Твоя Навка будет вместе с ним, а мой лучший убийца отправится туда же, в академию. Каждая их попытка убить его станет гвоздём в их гроб. Ты получишь свою месть, Григорий. Но не как бешеный пёс… Как хищник, рвущий горло спящей жертве.

На этом совещание предлагаю закончить. Свои обвинения мы выставим завтра, после приема. Григорий, останься.

Подождав, пока остальные выйдут, он поднялся с трона и пересел поближе к другу. С отвращением стянул с себя мантию и швырнул ее на пол.

— Бесит, — пояснил он, поймав вопросительный взгляд Раздорова.

— Традиция, — пожал плечами тот. — Так о чем ты хотел поговорить?

— Да о том, о сем, о разном. Твой сын, Видар — он сильно изменился. Не пойми меня неправильно, но раньше он был, как бы это помягче сказать…

— Вечно ноющей, подлой размазней, -усмехнувшись, подсказал Раздоров.

— Ну как бы да, не в обиду тебе будет сказано. А сейчас я прямо его не узнаю. Видел драку в «Притоне» — воин. Бился как лев, и без магии. Буквально грыз врагов, — хохотнул он, вспомнив откушенные пальцы Романа.

— Сам в шоке, веришь — нет? Смотрю на него и не узнаю своего сына. Видать, последствия проклятья проявились.

— Ах, это… Ну да, возможно. Кстати, ты ж теперь вдовец, как я полагаю?

— Убил гадину, — скрипнув зубами, кивнул он. — Жаль, поторопился. Надо было запытать ее до смерти. Слишком легко отделалась.

— Дети?

— Сбежали.

— Будешь мстить?

— А сам как думаешь? И не просто буду мстить, а показательно, чтобы другим неповадно было. Я вообще не понимаю, как со всем этим Видар еще с ума не сошел. Что ни день, то покушение, да ещё и в стенах родного дома… Знаешь, каково это — увидеть своего сына в крови? Ты, кстати, знаешь, что он проклятье сам у себя вырезал, с помощью осколка камня? На живую причем резал.

— Да ну?

— А вот так вот. Сам бы не поверил, если бы разрез на его животе не видел. Мой разгильдяй сын превращается в надежду рода. Кстати, я и об этом хотел поговорить. Думал завтра, но раз мы тут…

Хорошо сидишь, да? Только не падай — у него в покровителях сам Сварог!

— Да ты что? Не врешь?!!!

— Видел его вот так же рядом, как тебя сейчас. Переруг что-то попытался вякнуть против, так тот его просто в портал закинул, как нашкодившего щенка. Но и это еще не все — у него источник серый.

— В каком это смысле — серый? Так не бывает.

— Ага, это ты ему скажи! Представляешь, он после плети тьмы в меня лучом света долбанул! Хорошо, я успел увернуться, да и слабенький он тогда был. Но сам факт!!! Сразу после инициации уровень дружинника показал.

— Считаешь, что Сварог вмешался?

— Тут не понятно. Он или кто другой — так ли это важно? А вот то, что Видар после покушения изменился, это факт. И стал сильней — тоже факт. Но сила его — она будто дремлет в нем. Будто зреет в коконе, не позволяя пока себе выйти наружу. На тренировке я следил за ним — есть у меня один умелец, что даже из мертвого бойца может сделать. Так вот, когда он обстукивал сыном стены, я внимательно наблюдал за Видаром. И знаешь что? Он не плакал, не принимал смиренно побои — нет. Он злился, и очень сильно. Причём не на обидчика, а на самого себя. Будто чувствовал, что его тело не успевает реагировать как должно. Будто знал, что может гораздо больше, но пока не получается. Не знаю, что произойдет, когда у него все получится, но очень хочу узнать.

— Озадачил ты меня, что сказать. И что дальше думаешь делать?

— А вот ты мне и скажи. Не зря же я тут перед тобой целый час распинаюсь и все рассказываю.

— Настолько доверяешь?

— Если не тебе, то кому? Меня ты на троне полностью устраиваешь, как устраивают и наши отношения. Поэтому я лично менять ничего не хочу. Но и оставаться в стороне, когда все начнется, тоже не собираюсь. Кстати, мой-то на твою Кристину глаз положил. Что думаешь?

— А что? Это дело, — император задумался. — Породниться с тобой не зазорно, Раздоровы — древний, всеми уважаемый род. И, как ни крути, к императору приближен, — усмехнулся он. — Все логично, с какой стороны ни посмотри. Но вот дочь…

— Кстати, мой просил ей вообще ничего не говорить. Мол, сам справится.

— Да? Очень интересно, как это у него получится. Кристина — девушка… Скажем так, очень своевольная.

— Но в целом ты не против?

— Заполучить в семью перспективного мага и породниться с родом старого друга? Глупый вопрос.

— Ну, тогда — за молодых? — усмехнулся Раздоров и чокнулся бокалом с императором. После чего они переглянулись и дружно рассмеялись.

Глава 17

Глава 17

Стук в дверь отдался в голове набатом и заставил приоткрыть глаза. События ночи тут же встали перед моими глазами, и я нервно огляделся, дабы убедиться, что все это мне не не снится.

— Вставай, у нас тренировка! — дверь сотряслась от ударов. Тупой Орк вообще ничему не учится. Вроде вчера только валялся у стеночки окровавленным куском мяса, а сегодня опять за старое.

— Навка, ты есть хочешь? — обратился я к лежащей рядом девушке. — А то тут как раз есть желающий тебя покормить. Вон как требует, чтобы его сожрали. Пошел на хер, педик! Я сегодня не в форме! — заорал я в сторону двери.

Но меня неблагородно проигнорировали, продолжая в нее колотить.

— Уверен? — дух потянулась так, что у меня все напряглось. И во всех местах тоже. — Так-то я, конечно, не откажусь, но кто потом тебе по голове бить будет?

— Да по ней постоянно бьют всё, кому не лень! А потом ещё жалуются, что я туплю…

— Судьба у тебя такая — получать. Так что вставай и дуй на тренировку. В здоровом тебе здоровый друг.

— Он у меня и так здоровый, что вызывает зависть у того, кто бьет в дверь. Орк, ты мне завидуешь, падаль? Тому, что у меня член больше, и поэтому мстишь?

Пара секунд тишины, а затем по двери ударили с такой силой, что я подумал, сломается.

— Хватит лупить. Иду я, иду!!! Еще раз стукнешь, и прикажу Навке тебя сожрать. Достал — сил нет!