Теория заговора (СИ) - Ромов Дмитрий - Страница 77

— Ну, во время допроса ты лично не причинял мне боль, — серьёзно кивнул он. — А так, да. Но выбора у тебя нет. Если не пойдёшь, девке капец. Да чего там, сдохнет она. А если пойдёшь, можешь сохранить жизнь. И ей, и даже себе. Просто ответишь на несколько вопросов и всё. Вот, посмотри сам, я не шучу. Кстати, я без оружия…

Он осторожно, буквально двумя пальцами вытащил из внутреннего кармана плаща несколько фотокарточек и протянул мне. Я сделал шаг, протянул руку и взял эти ещё влажные картонки.

Хлопнула дверь и Ивашко, вздрогнул, подорвался, буквально подскочив на месте, будто это был выстрел. Нервы на пределе. Понятно. На карточки я глянул буквально мельком, чтобы не терять контроля за обстановкой в целом. Но достаточно оказалось и беглого взгляда, чтобы узнать героиню этого небольшого, но очень тревожного фоторепортажа.

Гараж или что-то подобное, трактор, сено, скрученные за спиной руки и страдание на лице. Советское село, последняя четверть двадцатого века. Кто бы мог подумать, что такое возможно. Сердце заныло.

— Суки, — прошептал я.

— Ты можешь сделать так, что она не пострадает.

— Поворотись-ка, сынку, и руки подними, — скомандовал я. — Хочу тебя обыскать.

Он подчинился, и я по-быстрому его обхлопал. Оружия действительно не было. Не соврал, козья морда.

— Итак? — спросил я. — Чего надо? Что ты хочешь, для того чтобы девушка осталась невредимой?

— Я уже сказал, поговорить.

— Я не верю. Какие у тебя ко мне вопросы?

— Не у меня, у товарищей, — пояснил он.

— Что за товарищи? Кто такие? Где они?

— Товарищи ждут прямо перед общежитием, но смотри, пока ты тут не можешь решиться, время идёт, и оно не на стороне этой невинной и несчастной девочки.

— Ух ты! Надо же! Мастер слова. Поведай лучше, как ты смог убежать? Дружки пособили? Как узнали, кто слил информацию? Не жадничай, делись.

Думаю, операция была не как в американских боевиках. Везли его не в бронированном автозаке с охраной, а в багажнике очередного москвичонка, чтобы не привлекать внимания. И если кто-то узнал об этом, организовать небольшой налёт было бы не так трудно. Правда, нужно было знать, кто его повезёт, на чём, когда и откуда. Откуда, как я понимаю, вообще практически никто не знал. Львов информацию о бункере держал в строгом секрете.

В любом случае, информацию сливал кто-то из доверенных лиц. Так что под подозрением, скорее всего, были все, включая и меня.

— Я не отвечаю на вопросы, — мотнул головой Ивашко. — Я их задаю…

— Резкий ты чувак, но знаешь, что я сделаю? Ничего. Мне эта девица-красавица не упёрлась вообще никуда. «Ложил» я, как говорят, на неё с прибором, понимаешь меня?

— Да-да, — серьёзно кивнул он, — конечно понимаю. Только прежде, чем ей свернуть голову, знаешь, что с ней сделают? Желающие имеются, еле себя сдерживают.

— А ты прямо человек будущего, — покачал я головой. — Ты часом не из девяностых сюда залетел?

— А? — не понял он.

— Ничего-ничего! Если доживёшь — поймёшь.

Сердце работало в привычном уже темпе, ускоряя бег времени, опережая мысль и пули врагов. Гнало волну адреналина, ничего необычного, всё, как всегда. Только вот решение для этой задачки сердце мне не подсказывало, никак не подсказывало. Вариантов действий было несколько, но рабочих только два.

Первый — идти на встречу с его дружками. Тут преобладали явные минусы. Высокий риск, потеря инициативы и не было гарантии, что заложница реально находилась у них. Теоретически существовал шанс, что они действительно хотят что-то выяснить. В этом случае можно было пойти к ним, узнать, что к чему и устроить им небольшую резню. Но тут тоже без гарантий.

Поэтому идти на встречу с дружками этого Ивашки явно не следовало. Грохнут, отрежут башку и всё, адиос. А то, что им якобы захотелось со мной пообщаться, естественно, полная туфта, рассчитанная непонятно на кого, уж точно не на профессионала. А если даже не туфта, то значит они сами полные идиоты. Зная, на что я способен, они могли вполне просчитать то, что я и собирался сейчас сделать.

А именно выбрать второй вариант, то есть вырубить Ивашку и зафиксировать таким способом, чтобы второй раз он уже никуда не исчез. И у нас сразу возник бы паритет по заложникам — у них девушка-красавица, у меня боец-молодец. А дальше можно было бы уже вступать в переговоры либо с ТТ в руке, либо с лавровой ветвью. По обстоятельствам. Раз они его уже один раз освободили, значит, он имел определённую ценность в их глазах.

— Ладно, повернись, — опять отдал я команду. — Если что пойдёт не так, ты у меня первым пойдёшь в расход, ясно?

— Договорились, — хмуро согласился он. — Только без самодеятельности. Девушка твоя на волоске от мучительной смерти.

— Это не моя девушка, — сохраняя видимое спокойствие, ответил я. — Просто постороннее гражданское лицо. Идём, ладно. Без глупостей смотри. Я тебе ответственно заверяю, если что, успею тебя с собой утащить, даже не сомневайся.

— Если ты всё сделаешь правильно, — ответил он, — никто не умрёт.

Ну-ну, сказочник. Никто не умрёт. Вообще-то все мы рождены, чтобы умереть. Мы двинули по коридору в сторону выхода. Снова открылась дверь и раздались громкие голоса. На этот раз Ивашко не среагировал. Адоптировался уже.

— Так, — тихо сказал он, когда мы подходили к фойе. — Сейчас выйдем, спустимся по ступеням и…

— Конечно, — не дослушав, перебил я. — Как скажешь, Вова.

Одновременно с этим я коротко, но очень сильно врубил ему по почкам. Он охнул, обмяк, ноги у него подкосились.

— Вов, Вова, ты как? Что случилось?

Не давая опомниться, резким рывком я повернул его к себе и успел заметить растерянный и отчаянный взгляд. Впрочем, в глаза ему смотреть было некогда. Я сложил два пальца и хорошенько ткнул в поросшую щетиной складку между носом и губой. Тык. Получилось чуть сильнее, чем планировал, но что поделать. Крепче спать будет.

Он поплыл, глаза закатились, в уголках губ появилась пена, и связь с миром живых на время прервалась. Я быстро подхватил падающее тело, положил его руку себе на плечи и метнулся в сторону.

— Дорогу, дорогу, братцы! — воскликнул я. — Перебрал человек, имейте сочувствие.

Ребята были увлечены разговором и, не обратив на нас никакого внимания, прошли мимо, а я шарахнул ногой по двери медпункта. Дверь с грохотом распахнулась, и испуганная фельдшерица Аля пружиной взвилась со вращающегося стула.

— Ты чего! — почти закричала она. — Стучать не…

— Тихо, — оборвал её я. — Закрой дверь. Закрой говорю. На ключ.

Я доволок Ивашку до середины комнаты и опустил на покрытую коричневой клеёнкой кушетку. Тяжёлый кабанище.

— Что происходит⁈

— Аля, давай жгуты, человека спасать надо.

Я выдернул ремень из брюк пострадавшего и перевернул тело на бок.

— Аля, да не стой же, как истукан! Жгуты давай! Поторапливайся!

— А-а-а… что с ним… Что ты делаешь?..

— Не хочу, чтобы он причинил себе вред.

Руки я стянул ремнём, а жгутами начал перехватывать лодыжки.

— Слушай внимательно. Аля, твою мать! На меня смотри!

Алевтина выглядела совершенно очумело, хлопала ресницами и даже челюсть уронила. Прямо, как в мультиках.

— Сейчас ты выйдешь в фойе. Наберёшь номер. Запоминай. Вызовешь скорую.

Я продиктовал несколько цифр.

— Но это не скорая, — покачала она головой.

— Это специализированная бригада, для подобных жутких случаев эпилепсии. У парня чудовищная эпилепсия, я его знаю. Повтори номер.

Она заволновалась и перепутала, отличный кандидат на роль Плейшнера. Я ещё несколько раз повторил, а потом схватил химический карандаш.

— Оближи!

Она послушно исполнила команду и я вывел жирные фиолетовые цифры у неё на ладони. Здесь номер продержится недолго, но чтобы позвонить времени хватит.

— Слушай внимательно. Скажешь, что звонишь от Стрельца. Нужна бригада скорой помощи. Запоминай слово в слово. Владимиру Ивашко стало плохо, нужна срочная реанимация. Назовёшь адрес медпункта. И ещё. Это самое важное! Самое-пресамое! В округе находится стая диких котов. Нужна усиленная ветеринарная бригада. Всё поняла? Повтори.