Это сделал Сайман - По Павел - Страница 5

Филиппов успокоил ее:

– Нет, что вы… Но сейчас мы будем собирать все следы, оставленные на месте преступления, чтобы среди них найти необходимые улики, а вы, как вы сообщили моему коллеге, – он показал жестом деловито подключавшего кулер дежурного, – успели пройтись по всему дому… Кстати, почему вы решили заглянуть и в морозильную камеру?

Он сделал вид, что собирался отойти от свидетельницы, когда вспомнил о вопросе. Домоправительница отвела взгляд, поджала окрашенные светло-розовой помадой губы. Тайком покосилась на стоявшего чуть в стороне представительного мужчину в домашнем халате.

– Видите ли… – начала она неуверенно и снова посмотрела на мужчину в халате. Тот выглядел особенно недовольным, буравил женщину взглядом, откровенно прислушиваясь к разговору. – Хозяйка, Анна Аркадьевна, позволяла мне забирать кое-какие обрезки… Ну, знаете, они для кухни заказывали мясо, свежее, фермерское. Но нет-нет, да и попадалось такое, какое им не подходило. Жирное там, или жилистое. Оно оставалось. Ну и косточки всяческие. И хозяйка позволяла мне забирать это все домой. У меня собака, знаете ли… Сеттер… – Женщина нервно теребила волглый платочек, скручивая его уголки и тут же разглаживая. – Я сегодня забыла забрать перед уходом домой. И вернулась. А тут такое… И я подумала, что… Вы не подумайте чего-то такого… Просто, я подумала, что, вероятно, после смерти хозяев дом опечатают… И мне уже не позволят забрать эти… продукты, – она снова оглянулась на мужчину в халате, повторила с нажимом: – Мне Анна Аркадьевна разрешила!

– Но не из дома же с трупами! – не выдержал мужчина в халате. – Что за стервятничество!

Он спохватился, замолчал. Шагнув к Филиппову, протянув руку и деловито представился:

– Злобин, Анастас Григорович, управляющий Северной слободой. – Он пожал руку следователю и, выпустив ее, с яростью запахнул халат – под ним обнаружилась полосатая пижама.

– Как я понимаю, вы и есть наниматель госпожи Тополь? – догадался Филиппов.

Злобин кивнул:

– Совершенно верно. Весь персонал поселка нанимается централизованно, чтобы гарантировать качество и безопасность услуг… И я считаю действия Владиславы Ивановны недопустимыми! Возмутительными!

Женщина покраснела, в одно мгновение выйдя из полуобморочного состояния и превратившись в воинственную фурию.

– Возмутительно лезть не в свое дело, Анастас Григорьевич… Анна Аркадьевна разрешила мне, эти вещи были моими! Я имела право забрать их!

Филиппов остановил перепалку:

– Скажите, Владислава Ивановна, а где сейчас эти вещи… кстати, что это – пакеты, коробки? Какого размера, сколько их?

Женщина снова приобрела траурно-полуобморочный вид, пролепетав:

– Пакеты. Три пакета с логотипом магазина «Магистраль». Они остались в морозильной камере, конечно. Я не смогла бы… там Сашенька. Александр Арсеньевич, то есть, – она снова заплакала. – Такой молоденький… У самой двери. Видимо, до последнего пытался выбраться. Господи, какая беда, какая страшная смерть.

Вопросов к домоправительнице у Филиппова становилось все больше и больше. Переглянувшись с Яблочкиным, он пока отпустил свидетельницу выпить чаю, а сам вернулся к следственной группе – команда специалистов, расставив необходимое оборудование, замерла перед мониторами в ожидании команды начинать. Он окинул замершую перед мониторами, с клавиатурами или джойстиками в руках, группу.

– Готовы? Что ж, начнем.

Он положил жетон на стол рядом с собой, посмотрел на часы и проверил запись протокола.

– Время начала осмотра места преступления двадцать часов двадцать две минуты… Дом номер семнадцать по улице Невской, коттеджный поселок Северная слобода… В осмотре места происшествия участвуют…

Он методично называл бригады и сотрудников, прибывших на место и участвующих в работе. Оперативники, криминалисты, медики, техсопровождение, понятые, упомянул про разъяснение прав и обязанностей последним – за годы выработанная формула позволяла сосредоточиться на главном, на месте совершения преступления и оставленных преступником уликах. Он снова посмотрел на часы – на стандартную преамбулу ушло еще четыре минуты.

– Начинаем осмотр с применением средств удаленной фиксации.

Операторы пришли в движение, коснулись джойстиков. Картинка, занимавшая все это время их рабочие мониторы, сдвинулась и потеряла четкость. Всего на мгновение, пока оптика не настроилась на съемку в движении. За стенами павильона послышалось жужжание. Легкий порыв ветра качнул тентовое покрытие, впустив внутрь прохладный, пахнущий дождем и осенними розами воздух. Мокрая листва осталась позади. На мгновение мониторы операторов окрасились темно-синим с отблесками желтыми отблесками – екатеринодарская ночь уже совсем вступила в свои права, накрыв бархатным покрывалом старинный город.

Высокое мраморное крыльцо приблизилось.

– Бот номер один – детальная съемка с фиксацией масштаба. Бот номер два – панорамная съемка местности. Третий бот – фиксация биологоческих следов, – Филиппов распределил каналы, операторы точным движением сместили свои боты и ввели нужные показатели. Четвертый бот он пока оставил в резерве – им управлял неопытный оператор, вчерашний практикант.

На общий монитор ручейками сливалась первичная информация, которую еще предстояло проанализировать и расшифровать. Картинки стали меняться чаще, щелчки автоматических фотозатворов создавали эффект, будто десятки пластиковых бабочек бьются о поверхность экранов. Операторы один за другим отозвались о завершении фиксации входной группы.

– Боты номер три и четыре, займитесь обследованием периметра, Василий Егорович, возьмите под контроль, – он кивнул Яблочкину. – Первый и второй, приступайте к обследованию внутренних помещений.

В прежние времена всю работу делали бы вручную, аккуратно передвигаясь установленными следователем «коридорами» почти след-в-след, чтобы не затоптать важные следы. Собирали бы данные, описывали обстановку, замеряли расстояния между предметами, фиксировали все на фотопленку и камеры. Сейчас самую кропотливую работу делали удаленно, не боясь испортить картину преступления. Умные боты, начиненные чувствительными датчиками, делали съемку в нужном масштабе, проводили предварительный анализ воздуха и, используя различные фильтры, выявляли места, отмеченные биологическими следами человека. Кровь, слизь, потожировые следы, следы подтертой рвоты или выделений маркировались на местности, чтобы специальные машины их собрали и передали в лабораторию.

Все данные вносились на объемную карту местности. Пустое помещение с условным отражением мебели, предметов интерьера, постепенно, квадрат за квадратом, заполнялась данными. Очень удобно.

– Локация: холл. Бот номер два приступает к осмотру места происшествия концентрическим способом от главного входа в дом к телу номер один. Первый бот, на вас по-прежнему детальная съемка в масштабе.

У Филиппова, наконец, появилось знакомое ощущение, что он «прозревает» – боты фиксировали обстановку и отправляли снимки в павильон, на мониторы операторов. Каждый бот – это сложная машина, парившая сейчас над поверхностью, оснащенная камерами, датчиками, щупами.

Внутри дома Вишняковых было много благородного мрамора и позолоты. Большие зеркальные панно увеличивали и пространство и без того огромного холла, четыре колонны в греческом стиле поддерживали центральный купол, ведший к зимнему саду. Квадратный холл, ограниченный классическими колоннами и затейливыми панно, незаметно перетекал в гостиную, где за густой зеленью оранжереи угадывались другие помещения.

Справа и слева от центрального входа, за колоннами, высились массивные межкомнатные двери от пола до потолка, отделявшие внутренние помещения левого и правого крыла от гостевой зоны. Филиппов сверился с архитектурным планом дома – справа числилась хозяйственная часть: кухня, прачечная, котельная, комнаты для прислуги. Там же значилась морозильная камера и склад. Слева от входа – гостевая зона: удобные диванчики, низкий журнальный столик и большой, во всю стену монитор домашнего кинотеатра, судя по колонкам, с интерактивным функционалом. Такие устройства позволяли «вытащить» картинку из телевизора и добиться эффекта полного погружения в постановку.