Улей 2: Нерест (ЛП) - Каррэн Тим - Страница 90

Шаги.

Норрис развернул свой MP5, свет прорезал темноту. Гипертаты. Сараи. Лед. "Кто бы там ни был... назови себя, или я..."

В окутывающей темноте раздался булькающий, влажный смех, как будто кто-то смеялся через рот из мокрых водорослей. Появился и исчез.

Норрис вспотел в своем полярном костюме.

Пар шел от его головы.

Что-то кружило вокруг него в темноте, и он мог учуять, что бы это ни было. От него исходил грязный, пропитанный мухами запах, как от гниющей растительности. Движение слева. Справа. Шипение прямо за ним. Он развернулся со своим MP5, выпустив очередь из трех патронов, которая безвредно вонзилась в лед.

Холодный, мокрый смех.

Скользящий звук, похожий на шелест лоз.

Он развернулся, и что-то неуловимое ударило в ствол его MP5 с невероятной силой. Оружие вылетело из его рук, и он услышал, как оно покатилось по льду.

Он пнул туда, где, как он думал, что-то было.

Затем рука шлепнула его по рту, рука, которая была влажной и извивающейся. Норрис отвел локоть назад и почувствовал, как он погрузился во что-то мягкое.

Затем что-то пронзило его горло, словно десятки жал ос.

35

ИМПЕРАТОР ДВА

МАККЕР КРИЧАЛ В НАУШНИКАХ, что питание отрубилось.

Что он потерял связь с Норрисом.

Но никто внизу в расщелине не обращал на него внимания. Не сейчас. Не с тем, что они видели в свете ярких галогеновых фонарей... и что видело их. Кошмар, который ждал внизу, в полости во льду. Реджа нашел грот, и именно там капало. Электрический шнур заканчивался здесь, подключенный к обогревателю, который выдувал горячий воздух. Вода капала и собиралась в лужи. Сталактиты кристально чистого льда выросли от потолка до пола и ждали там, в этой утробе тепла и влаги...

Фигура: гротескная, ужасно искаженная.

Что-то гораздо меньшее, чем человек.

Человек или что-то похожее на человека, который шаркал из стороны в сторону походкой раненого животного и был очень похож на какое-то колоссальное насекомое, когда он подошел к ним, шипя и бормоча. Его лицо было бледным, череп под ним ненормально увеличен в коварной ухмылке ненависти. Плоть была оплетена мышечной тканью. И все видели, насколько он был деформирован... опухший и скрюченный, спина была огромным горбом, голова почти лежала плашмя на одном покатом плече.

Что-то ползало под его кожей.

"Это... я думаю, это Пакстон", - сказал Дейтон.

Человек посмотрел на них лишенными век, блестящими черными глазами с узкими зрачками, которые были пурпурно-красными от кровоизлияний. Издал рычащий собачий звук.

Затем он прыгнул.

Бросился на них, выставив длинные и скрюченные пальцы, которые были колючими, как стебли роз.

Реджа выстрелил и промахнулся, когда его отбросило в сторону.

Дейтон выпустил очередь из трех выстрелов, но Лонг, Хорн и Гвен были заблокированы самим Дейтоном.

Койл рванулся вперед, но так и не выстрелил.

Дэйтона отшвырнули, а затем эти когти устремились к Койлу, и он поднял дробовик, защищаясь. Пакстон набросился на него, выбив SPAS-12 из рук. Когти на конце этих костлявых пальцев были ужасно острыми. Они прорезали парку и жилет под ней. Если бы на нем было меньше одежды, они бы его выпотрошили.

Лонг к тому времени, конечно, уже был в деле.

Он взмахнул ледорубом и попал Твари-Пакстону прямо в лицо. Ледоруб не вонзился, но пошел по касательной и рассек это расползающееся лицо и вырвал левое глазное яблоко из глазницы с брызгами ткани и крови, которая была почти зеленоватой, полупрозрачной.

Пакстон издал причитающий вой, поворачиваясь почти крабовым, суетливым движением, спотыкаясь о обогреватель, который нагревал его маленькое укрытие.

Реджа выстрелил, пронзив Пакстона градом пуль. Он издал пронзительный звук и попытался убежать.

Остальные кружили вокруг со своим оружием.

У Пакстона не было шансов, и он это знал.

Зеленый сок тек по его лицу, он смотрел на них с ненавистью, которая была почти неописуема. Его когтистые руки были сцеплены для боя, губы разошлись, открывая желтые зубы. Все они чувствовали его горячее и червивое дыхание... как будто он жевал падаль.

"Пакстон", - сказал ему Дейтон.

Этот сморщенный рот открылся в воющем визге ярости, и он прыгнул на них, и Койл нажал на курок. Пуля 12-го калибра попала ему прямо в грудь и отбросила к стене. Хорн последовал его примеру и чуть не снес ему голову. Лонг и Реджа пронзили его пулями. Он сполз на пол и тут же начал лопаться, из него выплескивалась желеобразная зеленая эмульсия, паря и брызгая.

Что-то двигалось под его кожей.

Что-то живое.

На их глазах Пакстон раскрылся, как слизистый родовой канал, с мясным рвущимся звуком.

Гвен издала рвотный звук.

Из этой утробы вышло что-то призрачно-белое и мясистое. Оно было похоже на человеческий палец, палец трупа. Покачалось в воздухе и зацепилось за край отверстия. Еще один палец выдвинулся вперед, за ним еще один и еще, пока не показалось не менее семи таких отростков, которые тянулись, как белые червивые пальцы, и сгибались, вытаскивая то, с чем они были связаны.

"Рука", - подумал Койл с зарождающимся безумием. "Ебанная рука".

Но это была не рука.

Просто какой-то белый, маслянистый паразит, который выпал на свободу. Он был похож на сегментированного и безволосого паука, длинноногое существо с удлиненным каплевидным телом. Он тащил за собой мясистый мешок, как сдутый воздушный шар... или плаценту. Крошечные розовые нити соединяли его с родовыми путями, останками Пакстона.

Еще один выполз на свободу.

Затем еще один.

И еще один.

Койл, пытаясь не блевануть, думая о том паучьем существе между лопатками тела в яме.

- Что, блять, это? - снова и снова повторяла Гвен, наблюдая, как оно дышит. - Что, блять, это?

Койл не знал, и Хорн тоже.

Пока они все безмолвно наблюдали, все больше и больше паукообразных паразитов оказывались на свободе, пока их не стало около двух десятков, они все еще были связаны с матками розовыми нитями, как стропами парашютов. Паразиты собирались там, постоянно появляясь и расставляя свои длинные сочлененные ноги с отвратительным щелкающим звуком. Они карабкались друг на друга, блестящие и липкие. У них не было глаз, но несколько присели, вытянув перед собой передние ноги, словно в нерешительности.

Кто-то закричал.

Паразиты начали торопливо двигаться вперед... в их направлении.

Длинноногая, ползучая масса.

И Койл знал, что, если один из этих монстров коснется его, он полностью сойдет с ума. Они удалялись от пульсирующего трупа Пакстона с этим шуршащим шумом и постоянным тик-тик-тик их ног.

- На хуй это, - сказал Лонг и открыл огонь из огнемета.

Там должно было быть не менее двух десятков паразитов, похожих на костяных клещей, и десятки все еще рождались. Но хлынувший огонь поглотил их, распространяясь и облизывая, пламя освещало грот желтым и оранжевым мерцанием. Дымящиеся сгустки черного дыма поднимались над этими столбами чистого льда. Паукообразные существа извивались и взрывались, поджариваясь.

Все застыли и наблюдали, как они горят, пламя мерцало и заставляло грот светиться.

Когда они окончательно умерли через несколько минут, не осталось ничего, кроме почерневших комков и сгоревшей, дымящейся оболочки Пакстона. Некрасиво, но бесконечно лучше того, на что они смотрели до того, как Лонг открыл огонь.

Никто не двигался.

Никто ничего не сделал.

Они просто смотрели, завороженные и полные отвращения, но неспособные отвернуться от того, что они видели сквозь дымку дурно пахнущего дыма.

Чуть дальше был хребет, разделявший грот на две части. Дейтон осветил его своим фонарем. - Давайте посмотрим, что там.

Остальные нерешительно последовали за ним.

36