Удрать от замужа, или Последний шанс императора (СИ) - Амеличева Елена - Страница 31

- Как можно о реверансах судить столь… столь… - Розалинда даже замешкалась, не в силах подобрать слово. – Простонародно!

- Зато жизненно, - отрезала моя юная служанка. – Да и сами-то признайтесь, дамы ваши всю эту ерундовину придумали только для того, чтобы кавалеров цеплять! И то лишь потому, что заняться им больше нечем!

Щеки учительницы покрылись красными пятнами, но спорить она не стала. Взамен принялась с утроенным усердием муштровать меня.

- Может, лучше скажем, что вы ногу сломали и в гипсе не могете все эти кренделя заковыристые выписывать? – предложила Кнопка, наблюдая за моими мучениями.

- Неплохая мысль, - одобрила я, но, памятуя о том, что планировала сегодня вечером кружиться с Маттаром в вальсе, помрачнела и стиснула зубы.

Нет уж, не так страшны все эти премудрости, чтобы я ими не овладела! Всего-то пара десятков движений вычурных, подумаешь. Выучу, отточу и блесну мастерством и изящностью на балу.

Кивнула сама себе и снова подвернула ногу.

Ох, и зачем я это вообще затеяла?..

Глава 43. Знакомство

Упорство покинуло меня на двадцатом реверансе. Упав и больно ударившись коленом, я приуныла. Кажется, еще и голова намерена разболеться. А ко всему прочему во мне крепло желание малодушно притвориться сраженной модной мигренью и вместо бала отбыть в объятия теплого одеяла, дабы не позориться.

- Чего это вы носик-то ваш красивый повесили? Вот еще не дело удумали! – Кнопка, почувствовав полное падение моего боевого духа, подошла к манекену и сдернула с него белую вуаль. – Смотрите, какая красота вас ждет! – ткнула пальцем в наряд. – Самое роскошное, ни у кого такого не будет!

Я посмотрела на это воплощенное изящество и желание выгулять платье все же победило.

- Вот, не зря ж говорю, всегда второе дыхание открыться может, - служанка кивнула, довольная. – А теперича давайте уже ванну примем, миледи, да начнем вас к балу собирать. Водичка как раз с отварами для бедных ваших ножек, чтобы всю усталость как рукой сняло. А то вы напрыгались, как девки в таверне, что клиентов танцами веселят. Все тело, поди, ломит.

Она красноречиво посмотрела на Розалинду, намекая, что той пора удалиться. Повздыхав, та пожелала удачи – в которую, похоже, не очень-то верила, и покинула нас. Оптимизма во мне тут же прибавилось. Ведь впереди были приятности и веселье!

Дворец сиял и переливался, как новогодняя елка. Даже не знаю, чего именно послушными слугами при убранстве было задействовано больше: магии или отличных отделочных материалов. Значение имел только результат – то волшебное дрожание в душе, что рождала прогулка по длинным коридорам, где сиял каждый миллиметр, и украшенным цветами залам с паркетом, что казался озером с зеркальной гладью.

Но сколь бы ни поражало великолепие дворца, мой наряд все-таки был еще прекраснее.

Золотистое кружево фей струилось по телу, мерцало, рассыпало во все стороны искорки, составляющие своеобразный шлейф и даже подсвечивающие кожу. К нему не нужны были украшения, но Кнопка все же уговорила меня надеть золотое ожерелье с двухцветными желто-голубыми топазами и водрузила на голову с высокой прической диадему из того же гарнитура. Не зря же она их надраивала несколько часов, в самом деле!

Покрутившись около зеркала, я отправилась покорять знать. Нет, иллюзий не было. Прекрасно понимала, что вызову у них в лучшем случае недоумение – чем эта фифа взяла императора, вкупе с подобострастием – все же с ней лучше на всякий случай подружиться, а то как станет императрицей, намучаемся. Но это даже хорошо, когда насчет людей не питаешь никаких иллюзий. Тогда возможен вариант, что они сумеют тебя приятно удивить, а не горестно разочаровать, как происходит в обратном случае.

- Ты изумительна! – потрясенно выдохнул Маттар, когда подошла к нему, ждущему в его личной комнате при зале торжеств.

Даже не знаю, что сильнее сияло в тот момент – мужские глаза или мое платье. Меня затопил восторг. И раньше кавалеры смотрели с восхищением, признаю. Но сейчас, от императора, такое проявление искренних чувств было почему-то особенно приятным и дорогим.

- Повелитель, - присела в церемониальном поклоне, отставив ножку и сделав то самое, отгоняющее мух движение руками, вместе с изящным наклоном головы.

Все получилось без труда, словно в платье я стала уже совсем другой леди – той самой, что легко порхает, приседая то в одном реверансе, то в другом.

- Розалинда тебя совсем, наверное, измучила, - шепнул он, сделав шаг вперед.

- Она старалась изо всех сил, - хихикнула. – Но, похоже, без результата. Я уже позабыла, чем первый реверанс отличается от пятого. Стыд мне и позор.

- Тебе приседать не перед кем. Позволяю, как император, - предложил руку.

- На пару часов бы пораньше столь щедрый дар получить, - я рассмеялась.

- Все возмещу, - поцеловал тыльную сторону кисти и так улыбнулся, что по телу побежали восторженные колкие мурашки. – Идем. Забудь про всех. Сегодня мы с тобой будем просто развлекаться.

Я жаждала танцев. Но для начала пришлось пережить процедуру представления двора. Увидев, как разодетые гости выстроились в очередь, приуныла. Так мы до утра стоять будем! Ведь никто из них мне не знаком. Каждому нужно подойти, представиться, сказать пару слов, дабы выразить, как он рад и прочее.

Однако рядом стояла Одиль. Она подмигнула камергеру Маттара, тот взял все в свои руки, и очередь потекла мимо весьма шустрым ручейком. Подходившему дозволялось лишь поклониться и улыбнуться, а потом тут же уступить место следующему. Маркиза стала суфлером, шепчущим на ухо имена, титулы и краткую характеристику очередного дворянина – обычно не в бровь, а в глаз, что позволяло хорошо запомнить незнакомца.

- А это графиня де Гусине, - представила она красивую моложавую женщину, за которой шли разновозрастные девицы. – Мы ее Гусыней кличем, потому что у нее десять племянниц, и она намерена всех выдать замуж, ведь иначе никто, и сама графиня в том числе, не получит наследства от умершей сестры. Такое та оставила завещание. Вреднющая старая дева была.

Бедняга де Гусине, тяжко ей придется! Я посочувствовала и тепло улыбнулась женщине, пожав руку. Та удивленно воззрилась на меня, явно не ожидая такого внимания.

- Поговорим позже о ваших племянницах? – шепнула я ей. – Может, смогу чем-то помочь.

- О, миледи, вы столь любезны! – она присела в том самом реверансе, который Кнопка называла «не опозориться бы при всем чуднОм народе, шлепнувшись на зад».

Знакомство с двором продолжилось. А потом я заметила на заднем плане…

Тома, брата моего бывшего, предателя Джулса!

Что он здесь делает?..

Глава 44. Пред(по)ложение

Показалось? Или это на самом деле был Том? Я вытянула шею, пытаясь разглядеть его в толпе гостей. Но куда там, тут народу столько в одном зале, сколько в моем родном городишке разве что по главным праздникам на площадь высыпает.

- Что с тобой, Микаэла? – голос Маттара заставил вздрогнуть.

Его рука обвила талию, обжигая кожу сквозь платье.

- Ничего, - пробормотала в ответ.

Даже не знаю, почему не сказала правду. Что такого страшного, что мне померещился Том? Или не померещился?

Взгляд ухватил в толпе коротко стриженый хорошо знакомый затылок. Неужели и в самом деле брат Джулса во дворце? Но как он сюда попал и главное, зачем?

- Микаэла? – император снова попытался завладеть вниманием. – Что случилось?

- Показалось, что заметила знакомого, - сказала почти правду.

- И кого же? – он тут же напрягся, перестав улыбаться.

- Не важно. Идем танцевать.

Вальс закружил нас, когда главной паре вечера освободили место. А мои мысли закружились в такт. Я настолько погрузилась в них, что поняла лишь по глазам Маттара - он в курсе, что мы сейчас летаем отдельно, я и мой разум. Мужчине это явно не пришлось по нраву, он хотел комплектную девушку, а не ту, что мыслями витает где-то совсем в другом месте.