Чародей - Смит Уилбур - Страница 193

Гесерет шагнула назад и посмотрела на своих стражников.

– Кто из вас будет первым?

Они глазели на стройное обнаженное тело на колесе.

Минтака крикнула из клетки:

– Поберегитесь! Нефер Сети будет здесь очень скоро, и это – его сестра.

Гесерет повернулась к ней.

– Закрой свой ядовитый рот. Ты станешь следующей. Там десять тысяч мужчин, и до исхода дня ты доставишь удовольствие многим из них. – Она снова повернулась к солдатам. – Ну, посмотрите на эту сладкую плоть. Не хотите попробовать ее? Я вижу, ваши зубцы под одеждой твердеют.

– Это безумие, – прошептал командир, но не мог оторвать глаз от бледного тела. – Она – принцесса царского Дома Тамоса.

Гесерет выхватила из руки ближайшего солдата длинное копье и ударила его по спине древком.

– Ну, воин, у тебя нет яиц? Дай нам поглядеть, как ты глубоко вонзишься в эту полную меда дырку.

Солдат попятился, потирая след удара на спине.

– Вы сошли с ума. Какую кару обрушит на мою голову Нефер Сети? – Он внезапно повернулся и выбежал из ограды, чтобы присоединиться к потоку идущих по дороге беженцев. Его товарищи колебались лишь мгновение, затем один из них пробормотал: – Она безумна! Я не стану ждать, когда Нефер Сети приедет и найдет свою сестру в таком виде. – Он помчался к воротам; его товарищи побежали следом.

Гесерет метнулась за ними.

– Вернитесь! Я приказываю! – Но они смешались с толпой и исчезли. Гесерет подбежала к высокому лучнику-нубийцу, который спешил мимо, схватила его за руку и попыталась увести в свой лагерь. – Пойдем со мной. Я знаю вас, черных скотов, зубцы у вас большие, как у слона, и вы любите ими пользоваться. У меня есть кое-что, что понравится тебе.

Лучник с силой оттолкнул ее.

– Отстань, шлюха! Сейчас не до тебя.

Она смотрела, как он шагает прочь по длинной запруженной людьми дороге, и крикнула вслед:

– Речь не обо мне, животное. Как ты смеешь оскорблять царицу Египта?

Рыдая и бессвязно бормоча, она побежали обратно в ограду лагеря. Минтака крикнула ей из клетки:

– Все закончилось, Гесерет. Успокойся. Освободи Мерикару, и мы защитим тебя. – Она говорила тихим успокаивающим голосом, поскольку поняла, что Гесерет перешла границы разума и блуждает в пустыне безумия.

– Я – царица Египта, а мой муж – бессмертный бог, – кричала Гесерет. – Смотрите на меня и страшитесь моей красоты и моего величия. – Она была покрыта кровью и грязью и неистово размахивала копьем.

– Пожалуйста, Гесерет, – добавила свою просьбу Мерикара: – Нефер и Мерен будут здесь очень скоро. Они позаботятся о тебе и защитят тебя.

Гесерет впилась в нее взглядом.

– Я не нуждаюсь ни в какой защите. Разве ты не понимаешь, что я тебе говорю? Я – богиня, а ты – солдатская девка.

– Дорогая сестра, ты расстроена. Освободи меня, и я помогу тебе.

Лицо Гесерет приобрело коварное выражение.

– Думаешь, я не смогу найти для тебя мужской зубец? Ошибаешься. У меня найдется. – Она подняла длинное копье и перевернула так, что тупой конец древка был направлен на Мерикару. – Вот идет твой воин-любовник. – Она угрожающе надвинулась на Мерикару.

– Нет, Гесерет! – настойчиво воскликнула Минтака. – Оставь ей жизнь.

– Ты будешь следующей, подлая предательница. Я займусь тобой после того, как обслужу эту.

– Гесерет, нет! – умоляла ее Мерикара, корчась в путах. Но Гесерет, казалось, не слышала ее и вставила древко копья между ее разведенными бедрами.

– Сестра, ты не можешь! Разве ты не помнишь…

Мерикара замолчала, и ее глаза широко открылись от шока и боли.

– Вот так! – сказал Гесерет, глубоко заталкивая в нее древко. – Вот так! – кричала она. – И так! – Древко с каждым толчком входило все глубже, пока не погрузилось почти на длину руки в живот и вышло, покрытое кровью Мерикары.

Теперь обе девушки кричали:

– Прекрати! Пожалуйста прекрати! – но Гесерет продолжала впихивать древко в свою сестру.

– Так! Это утолило твою похоть?

Мерикара истекала кровью, но Гесерет всей своей тяжестью налегла на оружие и втолкнула его в сестру на всю длину. Мерикара пронзительно закричала в последний раз и ослабла в путах. Ее подбородок упал на голую грудь.

Гесерет оставила копье воткнутым в ее стройное бледное тело и отошла. Она ошеломленно смотрела на дело рук своих.

– Ты сама виновата. Я не при чем. Это был мой долг. Ты вела себя как шлюха. Я обошлась с тобой как со шлюхой. – Она снова начала рыдать и ломать руки. – Это не имеет значения. Ничто больше не имеет значения. Наг мертв. Наш нежно любимый муж мертв…

В полубессознательном состоянии, как лунатик, Гесерет пошла в свой шатер, роскошно обставленный, но пустой. Сняв пропитанный кровью и мочой хитон, она уселась посреди пола, затем наугад выбрала из груды в углу другую одежду и натянула на ноги сандалии.

– Пойду искать Нага, – сказала она с внезапной решимостью. Быстро собрав кое-какие вещи, она затолкала их в кожаную заплечную сумку. Затем решительно направилась к двери.

Когда она вышла на ранний солнечный свет, Минтака крикнула ей из клетки:

– Пожалуйста, освободи меня, Гесерет. Я должна позаботиться о твоей младшей сестре. Она страшно ранена. Прошу, будь милосердна, позволь мне пойти к ней.

– Ты не понимаешь. – Гесерет резко замотала головой. – Я должна идти к мужу, фараону всего Египта. Он нуждается во мне. Он послал за мной.

Не взглянув на Минтаку, она поспешила из ограды, качая головой и что-то бессвязно бормоча себе под нос. Она повернула на запад, в направлении, противоположном течению потока испуганных людей, и побежала в сторону Исмаилии и Египта.

Минтака еще раз услышала:

– Жди меня, Наг, моя единственная истинная любовь. Я иду. Жди меня! – и безумные крики Гесерет стихли вдалеке.

Минтака боролась со своими путами, крутила и тянула руки, прижав босые ноги к стойкам клетки, чтобы лучше упереться. Она чувствовала, как кожа слезала с запястий и теплая кровь потекла по ладоням и пальцам, но кожаные ремни были завязаны туго и крепко, и она не могла ни растянуть, ни разорвать их. Ее руки стали неметь от недостатка крови. Всякий раз, когда она отдыхала от этой борьбы, ее взгляд возвращался к обмякшему телу Мерикары на колесе. Она звала ее: