Чародей - Смит Уилбур - Страница 158

Трок приказал связать по рукам и ногам и бросить их с центрального пролета моста в широкую бурую реку, и египетские отряды выстроились вдоль парапета, чтобы полюбоваться на корчи тонущих пленных.

Теперь, через год с небольшим с тех пор как они вышли из Авариса, Вавилон лежал перед ними.

– Ты знаешь укрепления, Иштар. Ты участвовал в проектировании некоторых из них. Сколько пройдет времени, прежде чем город падет? – нетерпеливо спросил Трок. – Сколько времени у меня уйдет, чтобы пробить брешь в стенах?

– Стены неприступны, великий, – ответил Иштар.

– Мы оба знаем, что это не так, – возразил Трок. – Если достаточно времени, людей и решимости, не существует такой возведенной стены, которую нельзя разрушить.

– Год, – задумчиво проговорил Иштар. – Или два, а возможно и три. – Но выражение его татуированного лица было лукаво, и глаза бегали.

Трок засмеялся и шутя зажал в кулаке покрытую лаком остроконечную бороду Иштара. Он стал крутить ее, пока покрытое синими кольцами лицо колдуна не исказилось от боли, а глаза не увлажнились.

– Ты хочешь играть со мной, колдун. Ты знаешь, как я люблю хорошую игру, не так ли?

– Пощадите, могущественный Египет, – захныкал Иштар. Трок оттолкнул его с такой силой, что мидиец чуть не упал с площадки колесницы и был вынужден ухватиться за край переднего щита, чтобы удержаться.

– Ты говоришь год? Два? Три? У меня нет этого времени, чтобы сидеть здесь и рассматривать красоты и чудеса Вавилона. Я спешу, Иштар Мидиец, и ты знаешь, что это значит, верно?

– Знаю, бог, не имеющий равных. Но я всего лишь человек, бедный и склонный ошибаться.

– Бедный? – закричал Трок ему в лицо. – Клянусь Сеуетом, гнусный шарлатан, ты выдоил у меня уже лакх золота, и что я получил за это?

– Город и царство. Самое богатое в мире после Египта. Я положил его к вашим ногам. – К этому времени он хорошо знал Трока, и знал, как далеко тот мог зайти.

– Мне нужен ключ к этому городу. – Трок посмотрел ему в лицо и обрадовался тому, что там увидел. Он знал Иштара почти так же хорошо, как колдун знал его.

– Это наверняка будет ключ из золота, – размышлял Иштар. – Возможно, три лакха золота?

Трок громко захохотал и ударил колдуна в голову бронированным кулаком. Он не собирался причинить ему вред, и Иштар легко увернулся от удара.

– На три лакха я могу купить другое войско. – Трок покачал головой, и ленты в его бороде запорхали, как облако бабочек.

– Вон там, в казне Саргона, лежит сто лакхов. Три из ста – небольшая цена, чтобы заплатить.

– Дай мне город, Иштар. Дай мне его в течение трех полных лун, и ты получишь два лакха золота из казны Саргона, – пообещал он.

– А если я дам вам его до следующей полной луны? – Иштар потер руки, будто торговец коврами.

Когда Трок услышал такое предложение, его усмешка исчезла и он серьезно сказал:

– Тогда ты получишь свои три лакха и повозки, чтобы увезти их.

Войско двух фараонов встало лагерем перед Синими Воротами, и Трок отправил к Саргону посланника с требованием немедленной сдачи города – «чтобы спасти такие чудесные постройки от огня, а вас, вашу семью и народ от меча», как, забавляясь, выразился Трок. В ответ Саргон, уверенный в себе и дерзкий за своими стенами, послал Троку отрубленную голову гонца. Готовясь к штурму, Трок и Наг объехали вокруг стен города, чтобы дать вавилонянам увидеть их полную мощь и великолепие.

Они ехали на золотых колесницах. Колесницу Трока везли шесть черных жеребцов, колесницу Нага шесть белых. Гесерет, блистая драгоценностями, ехала рядом с Нагом. Ее высоко уложенные локоны украшал золотой урей. Вслед за золотыми колесницами шли пятьдесят пленных вавилонянок, захваченных в отдаленных городах и деревнях между двумя реками. Все они были беременные, некоторым почти пришел срок рожать.

Перед ними ехал авангард в пятьсот колесниц, а следом за ними арьергард из еще пятисот. Медленный, величественный объезд города занял весь день, и к Синим Воротам они возвратились на закате. Саргон и его военный совет собрались за парапетом над сверкающими воротами.

Саргон был высок и худ, с копной седых волос. В юности он был могущественным воином и, чтобы расширить свои владения, захватил земли на севере до самого Черного моря. За все свои кампании он потерпел поражение только однажды, а именно от фараона Тамоса, отца Нефера Сети. Теперь другая пара египтян стояла у его ворот, и он не обманывался в отношении того, что эти двое будут так же милосердны, как первый. Чтобы он утвердился в этом, Трок приказал раздеть беременных женщин и выводить вперед по одной. Затем, на глазах всего города, их раздутые животы вспарывали и вырывали оттуда нерожденных младенцев. Крошечные тела бросали в кучу перед Синими Воротами.

– Добавь их к своему войску, Саргон, – ревел Трок внизу. – Тебе понадобятся все люди, каких ты сможешь найти.

Для Гесерет это был долгий и захватывающий день. Она удалилась в свой шатер со всеми своими девушками-рабынями, оставив мужа и Трока внимательно изучать при свете ламп карту города. Она представляла собой произведение искусства. Карта была нарисована на тонко выделанной овечьей коже, стены, дороги и каналы нарисованы в масштабе, каждое из главных зданий изображено с расцвеченными деталями.

– Как она попала к тебе? – спросил Наг.

– Двенадцать лет назад по приказу царя Саргона я осмотрел город и нарисовал эту карту собственными руками, – ответил Иштар. – Никто другой не смог достичь такой точности и красоты.

– Если Саргон приказал сделать ее, почему ты не доставил ее царю?

– Доставил, – кивнул Иштар. – Я отдал ему худший набросок, но тайно сохранил чистовик, который вы видите перед собой. Я знал, что однажды кто-то заплатит мне более щедро, чем когда-то Саргон.

В течение следующего часа они изучили карту, время от времени бормоча замечания, но большей частью молча и сосредоточенно. Закаленные в боях полководцы с профессиональным взглядом на те или иные особенности поля битвы, они были способны восхищаться толщиной и крепостью стен, башен и укреплений, выстроенных слой за слоем в течение столетия.