Чародей - Смит Уилбур - Страница 101

Внезапно Минтака бросилась к краю болота, где они оставили доски, которые помогли им переправиться. Нефер глядел на нее, стараясь понять, что она задумала. Минтака собрала доски и пошла по колено в грязи, таща за собой доски за кожаные ремни.

Нефер вдруг понял, что у нее на уме, но уже не успевал остановить ее. Минтака бросилась плашмя на одну из досок и заскользила по желтой грязи. И была вне его досягаемости, когда он наконец был вынужден остановиться по пояс в грязи.

– Вернитесь, – кричал он ей вслед. – Я пойду сам.

– Я легче и быстрее вас, – крикнула она в ответ, и, несмотря на его мольбы, усиленно дыша, заскользила вперед.

Звук колесниц становился все громче и подталкивал Минтаку к большим усилиям. У глядящего на нее Нефера сердце разрывалось от страха за нее и от гнева из-за ее непреклонности, но еще сильнее он гордился ее храбростью.

– У нее сердце воина и царицы, – прошептал он, когда Минтака приближалась к далекому берегу.

Теперь они слышали голоса преследователей, стук колес и звон оружия, усиленные отражающей поверхностью барханов.

Таита заткнул посох за пояс, чтобы освободить руки, и они с Бэем побрели по грязи навстречу Минтаке. Оба взяли у нее по доске и бросились на ненадежную поверхность. Втроем они поплыли к восточному берегу.

Из-за барханов позади них показалась головные колесницы преследователей. Безошибочно узнаваемая фигура Трока виднелась в ведущей колеснице, и его грубый голос торжествующе заревел, отражаясь эхом от барханов:

– Вперед! В атаку!

Ведущая четверка колесниц перешла на полный галоп и примчалась к краю зыбучих песков. Три беглеца в желтой трясине отчаянно гребли. Позади них вопли колесничих становились все громче.

Вес Трока вдавливал колеса его колесницы в рыхлый песок глубже, чем у других колесниц, и, хотя его лошади напрягли свои силы под кнутом, он отстал от первого ряда атаки.

Три другие ведущие колесницы колонны целиком въехали в зыбучие пески и были поглощены так же быстро, как и предыдущие. Таким образом, Трок получил предупреждение об опасности. Он сумел справиться со своей упряжкой и отвести ее от болота.

Выхватив из стойки короткий выгнутый лук, он спрыгнул вниз. Позади него множество других колесниц устремилось в атаку.

– Луки! – крикнул Трок. – Всем стрелять. Не дайте им уйти. Подстрелите их.

Лучники с полными колчанами на спинах выбежали вперед, встали в четыре ряда у края болота и туго натянули тетивы.

Минтака снова опередила своих спутников. Она проделала половину пути, и хотя Таита и Бэй гребли изо всех сил, они все больше отставали.

Трок расхаживал вдоль рядов солдат, отдавая приказы.

– Лучники, стрелы на тетиву! – Сто пятьдесят солдат положили стрелы на тетиву.

– Лучники, натянуть луки и прицелиться! – Они подняли луки и туго натянули их, целя в низкое желтое небо.

– Стреляйте! – крикнул Трок, и они дали общий залп. Стрелы поднялись темным облаком. Они достигли высшей точки полета и стали падать к трем маленьким фигурам на болоте.

Таита услышал их приближение и поглядел в небо. Смертоносное облако спускалось к ним, тихо свистя, будто крылья диких гусей в полете.

– В грязь! – быстро крикнул Таита, и все трое соскользнули с досок и по шею погрузились в густую грязь. Стрелы осыпали их густо как град. Одна глубоко вонзилась в доску, на которой несколько мгновений назад лежала Минтака.

– Вперед! – приказал Таита, и они взобрались обратно на доски и снова погребли вперед, но успели продвинуться всего на несколько ярдов: воздух снова наполнился гулом падающих стрел, и они опять бросились под защиту желтой грязи.

Еще трижды им пришлось нырять с досок, но с каждым разом расстояние до лучников становилось все больше, а залпы – все менее точными. Минтака продвигалась вперед быстрее прежнего и скоро оказалась вне досягаемости стрел.

Трок ревел от ярости и разочарования, подгоняя своих стрелков. Стрелы сыпались в грязь вокруг беглецов, но все менее кучно.

Таита повернул голову, чтобы посмотреть на Бэя. Огромная, покрытая шрамами голова нубийца блестела от грязи и пота. Налитые кровью глаза лезли их орбит, рот был широко открыт, так что виднелись сточенные, острые как у акулы зубы.

– Крепись, Бэй! – крикнул Таита.

– Мы почти у берега. – Едва сказав это, он понял, что эти слова – прямой вызов богам.

На берегу позади них Трок смотрел, как они медленно выскальзывают из его рук. Его солдаты использовали короткие и не столь мощные луки, предназначенные для стрельбы с едущей колесницы. Двести локтей были пределом дальности их стрельбы. Трок повернулся и поглядел на своего копьеносца, сдерживавшего лошадей его колесницы.

– Принеси мой боевой лук, – крикнул он. Трок единственный в отряде возил в колеснице длинный лук: он решил, что для остальных в его войске длинные боевые луки неудобны, несмотря на бульшую силу и дальнобойность.

Однако огромная сила Трока и величина его длинных рук ставили его выше ограничений, которым были вынуждены подчиняться люди не столь богатырского сложения.

В большинстве случаев он использовал короткий выгнутый лук. Однако приказал сделать сбоку в своей колеснице особую полку, чтобы поместить туда более мощное, но более длинное и громоздкое оружие.

Копьеносец подбежал к нему и подал большой лук. Он принес также колчан, наполненный особыми с рисунком головы леопарда стрелами для длинного лука.

Трок протолкнулся в передний ряд лучников, и его пропустили. Он положил на тетиву длинную стрелу и прищурившись измерил расстояние.

Головы плывущих были двумя крошечными пятнами на желтой поверхности. Солдаты вокруг него продолжали быстро стрелять, но их стрелы не долетали, без пользы падая в грязь. Он мысленно рассчитал угол выстрела и встал в позицию для стрельбы, выдвинув вперед левую ногу. Глубоко вдохнув, он натянул лук до полностью выпрямленной левой руки, и тетива коснулась кончика его крючковатого носа. Лук был тугим даже для него. Мышцы на голых руках Трока вздулись, лицо исказилось от усилий. Мгновение он медлил, прицеливаясь еще точнее, потом отпустил тетиву. Большой лук распрямился, дернувшись в его руках будто живое существо.