"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ледова Анна - Страница 66

— Вот оно! Поймали! — весело рассмеялся вампир, шутливо поднимая руки вверх. — Сдаюсь, виновен!

Ронард хмурился все сильнее, не понимая причин для такого веселья. В своем ли он уме вообще после нескольких недель голодовки и одиночества? Или это такая хитрая игра? Нарушен был один-единственный пункт договора, но его хватало, чтобы лет на десять задержать вампира в этой камере. Впрочем, что ему эти десять лет. Но чему он радуется, только что признав вину, и избавив Ронарда от дальнейшего расследования?

— Так Вы не станете отрицать…

Вампир стер улыбку с лица и перегнулся через стол, обнажив клыки. Такие белые ровные зубы на высохшем дряблом лице.

— Отрицать?.. Я сделал бы то же самое еще сотни раз. Вы, глупые слепые людишки, не видите ничего. Играетесь с осколками магии, замечая лишь поверхностные, очевидные ее проявления. С-сангинем магике видит все, — с присвистом прошипел он последние слова. — Такая с-сладкая… такая вкус-сная… как же я мог отпустить такое с-сокровище.

Ронард с омерзением отпрянул.

— Что в ней такого? Почему именно она?

Воракис расхохотался.

— Слепец! Ты снял одни кандалы, освободив дар, и не заметил другие… Эта печать много-много глубже. Сдерживает, не дает вырваться силе, а та бурлит в крови, делая ее такой восхитительной на вкус… Кровь никогда не врет. Это очень, очень забавный и старый эксперимент… И единственный удачный, насколько мне известно.

Ронард лихорадочно соображал. Он все еще говорит об Ардине?

— У нее практически нет магии, Вы бредите. Что за эксперимент, что Вам известно?

— Она была бы только моя, — вампир будто не слышал вопроса. — О, я пил бы ее много-много лет, потягивая как изысканное вино, если бы не ты, щенок…

Ронард схватил эту развалину за грудки, встряхнув.

— Говори, тварь! Все, что знаешь!

Вампир обмяк и Ронард с отвращением отпустил дряхлое тело. Воракис опустился на стул и поднял на Шентию свои жуткие глаза. Выдержал долгую томительную паузу и снова улыбнулся.

— Полная амнистия. И лицензия на двух… нет, трех человечков в месяц, — облизнулся он. — Ваш ход.

Мэтр Ксавия никак не прокомментировал мое признание. Но мне он казался человеком чести, насколько я смогла его узнать, пусть даже его отношение ко мне оставляло желать лучшего. Шар-безделицу он забрал с собой, а значит, согласился на необычную расплату. Не то, чтобы я рассчитывала на незамедлительное оправдание и возвращение в Академию. Скорее всего, это знание так и останется при нем, но мне стало легче уже от одной возможности высказаться.

Он вскользь упомянул о несчастных случаях в Академии и мне это тоже показалось странным. Будто это под неусыпным взором его светлости даже не смело происходить ничего плохого, а стоило главе попечителей покинуть свой пост, так пожалуйста. А может и нет никакой связи.

— Диночка, ты себя хорошо чувствуешь? Бледная совсем. А ты этого типа знаешь, да?

— Да, один из моих преподавателей. Бывших. Я в порядке, спала что-то плохо. Я, наверно, пойду прилягу ненадолго. Справишься тут одна? Но, если что, зови сразу.

Беата заверила меня, что беспокоиться не о чем. Завтра, надеюсь, приедут Анхельм с Мексой, заодно и выясню, как там дела в Академии. А пока поваляюсь с книжкой, устрою себе ленивый день. Книжная лавка, где Беата пачками скупала дешевые издания романов с кричащими обложками, конечно, ни в какое сравнение не шла с академической библиотекой. Но и там нашлись довольно подробные труды по истории Империи, хроники Ровеля-а-Сенны и еще много хорошего. История мне была интересна, и внезапное завершение учебы совсем не повод отказываться от образования.

История городка Ровеля началась немногим ранее основания Академии. Прежде тут было несколько малых деревушек — землепашцы, ремесленники, охотники, все как везде. Хозяин этих земель, величайший маг тех времен Интальд Премудрый, жителей не притеснял, налоги взимал умеренные, за что в хрониках неизменно удостаивался хвалебных од. А уж с основанием Ровельхейма неподалеку население на него чуть не молиться стало.

Чем меня увлекли хроники Ровеля, так это подробным описанием повседневной жизни города. Близость к Академии с годами объединила деревушки в единый центр. Спустя каких-то десять лет земляные дороги покрылись каменной брусчаткой, отстроились новые крепкие дома, открылись первые постоялые дворы и харчевни. Интальд Премудрый, исполняя обязанности первого ректора, о своем народе, тем не менее, не забывал, и активно способствовал развитию городка. В Хрониках очередной летописец с провинциальным простодушием и бесхитростностью так и писал: «Год 326-ой от основания Империи, на третий день весны. Благодушный наш покровитель и всеотец народный его светлейшество Интальд Премудрый великой силою своей возвел каменный мост через речку Сенну, соединив разрозненные земли наши и многажды преумножив как благородие свое, так и славу города нашего. А посему городничий велел наречь отныне град Ровелем-а-Сенна».

А уж когда именитый маг взял за себя не знатную уроженку столицы, а местную красавицу, ликованию горожан не было предела. Хронист подробно описывал и саму свадьбу, и веселые гулянья. Было очень интересно читать, я словно бы погрузилась в события тех времен. Это в Академии рассказывали о великом основателе скупо и сухо: жил, основал, да со временем помер. А тут все по-человечески — где был, что ел, да сколько бочонков вина в честь свадьбы на улицы выставил (много, много в тот день было выпито).

Из тех же хроник я узнала, что кроткая молодая жена за мужем в Академию не последовала, да и что ей там было делать. Но осталась в Ровеле, исправно рожая Интальду Премудрому наследников и занимаясь благотворительностью, окруженная любящей семьей и уважением горожан. Сам же великий маг отныне жил на два дома: как ответственный и авторитетный глава в Академии и как любящий муж в Ровеле. Род его умножился, разросся, потомки частью остались здесь же, частью разъехались по Империи — дальше я не смогла узнать, так как осилила всего лет пятьдесят хроники, прежде чем меня все же сморил сон.

Сон был легкий, приятный. Мне виделось, будто бы я сама живу сотни лет назад, гуляю беззаботным ребенком по строящимся улочкам, здороваюсь с соседями и радуюсь жизни. Вот и мой дом, большой, красивый. Внутри визги, смех, топот бесчисленных маленьких ножек — моих братьев и сестер. Вот ласково кивает мне мать, самая красивая и самая добрая на свете, вот отец со смехом нападает из-за угла, кружит на руках, целует в лоб, и отец мой сам — Интальд Премудрый. Братья и сестры уже уселись за обеденный стол и громко тарабанят ложками, смеясь и подначивая друг дружку…

Грохот от ложек все усиливался, вырывая меня из сна в реальность. Стучали в дверь, громко, настойчиво. Кто бы это? У Беаты свой ключ, Мекса с Хельме только завтра приедут. Поплелась открывать, зевая спросонья. Едва я щелкнула замком, дверь распахнулась наружу сама. Его светлость арн Шентия стоял на пороге, глаза его пылали гневом. Позади маячила перепуганная Беата.

Остаток дня и всю ночь Ронард провел в размышлениях. Первой реакцией на нахальное предложение Воракиса было желание незамедлительно стереть с его лица мерзкую самодовольную ухмылку, попутно пересчитав клыки. Опасаясь поддаться такому соблазну, Ронард без слов вышел прочь из допросной. Но, успокоившись, задумался.

То, что древняя и практически бессмертная тварь знает все о магии крови, несомненно. То, что ему известны многие тайны мироздания, весьма возможно. То, что он знает разгадку одной отдельно взятой девушки, тоже не исключено. Без всяких сомнений, он всеми правдами и неправдами будет выбивать себе помилование. Соврет все что угодно. Но что, если нет?..

Что-то же действительно затуманило ему разум настолько, что он сознательно пошел на нарушение договора. Сорок лет сидел в Академии паинькой, а в один миг как с цепи сорвался. Пусть и сидел на искусственной кормежке, но не зря избрал Академию своим пристанищем. Вольная охота на землях Империи продлилась бы недолго и при поимке людские маги церемониться бы не стали. В Лесу же поди еще выживи, там все и сами с зубами. И насколько арну было известно, вампир предпочитал именно людскую кровь. Поэтому как Академия ценила его уникальные знания, так и сам он нуждался в теплом сытном месте. И враз это все порушить…