Вкус полыни (СИ) - Осокина Анна - Страница 2

— Конечно, — улыбнулся ей Веренир.

Она еще ни разу не приводила Бо в комнату к некроманту, тот только несколько дней как стал подниматься с постели. Он тяжело восстанавливался, потому что, кроме раны от стрелы, был очень сильно ослаблен магией. Парадокс. Он пропустил через себя столько силы, что сам едва это вынес.

Бо ступал, затравленным зверьком жавшись к ее бедру.

— Не бойся, Бо, иди сюда, — улыбнулся ему Веренир, и от этой улыбки на душе ведьмы чуть посветлело. Десница похлопал по кровати, на которой сейчас сидел сам.

Она боялась того, что Веренир не поймет ее, боялась, что он не примет мальчика, что будет ревновать к нему. У нее было столько страхов из-за их встречи, но Веренир отреагировал на его появление в замке совершенно спокойно. Они уже успели познакомиться в день его приезда несколько седмиц назад, но больше не виделись.

Исха разрывалась между двумя важными в ее жизни мужчинами: маленьким и большим — пытаясь уделять время и тому, и другому.

Бо покосился на Веренира, но все же подошел к нему и вскарабкался на высокую кровать, сев недалеко от него.

— Тебе привиделся плохой сон? — ласково погладила она мальчика по белокурым волосам, которые подстриг княжеский брадобрей.

Он покачал головой.

— Нет, не плохой. Но я видел, что он скоро придет, — ответил Бо.

— Кто придет, солнышко? — погладила его по спине ведьма.

— Человек, который привез меня.

— Куда? — Исха все больше напрягалась.

— В твой дом. Он спрятал меня там, чтобы меня не нашли плохие люди.

Сердце женщины кувыркнулось и забилось быстро и неровно. Она испуганно посмотрела на Веренира.

Он, глядя на нее поверх светлой головы ребенка, чуть пожал плечами. Бо никогда раньше не говорил ей о каких-то «плохих людях», да и того человека, который заботился о нем, пока не пропал, они больше не обсуждали. Мальчик был не слишком разговорчив.

— Бо, это просто сон, никто не придет.

— Придет, я знаю, — малыш вдруг улыбнулся. — Ты ушла, а я грустил.

— Ты злился на меня? — у Исхи сжималось что-то в середине груди, когда она думала о том, что пришлось оставить мальчика почти у чужих людей. Но она не могла взять его с собой на войну! Не могла!

Ребенок серьезно кивнул. Ведьма вздохнула, удивляясь, почему он так свободно говорит в присутствии малознакомого ему Веренира. С другими он вел себя совершенно закрыто.

— Но потом ты пришла ко мне, когда я спал.

— Я тебе приснилась?

Бо снова кивнул.

— И он был с тобой, — малыш вернулся к Верениру.

Десница нахмурился.

— Ты перепутал, радость моя, — нежно погладила его женщина по руке. — Ты ведь не видел Веренира до того, как мы приехали в замок.

— Нет, видел! — запротестовал он. — Он приходил ко мне ночью вместе с тобой. А потом я видел, как вы…

— Что видел? — теперь уже нахмурился Веренир и присел на корточки напротив ребенка, чтобы их лица находились на одном уровне.

Мальчик пожал плечами.

— Там было много людей. И они дрались и падали, — он замолчал, как бы вспоминая. — А потом вставали и шли дальше, только они были уже другие, — он посмотрел на Исху немного испуганно. — Мне они не понравились.

Веренир глянул на ведунью очень красноречиво.

— Я сейчас, — улыбнулась она Бо и поднялась.

Десница тоже встал.

— Исха… — Веренир будто подбирал слова. — Я думаю, что он провидец.

— Он — кто? — нахмурилась она.

— Это очень редкий дар, я о таком только читал. Не уверен, но, думаю, он видит будущее и настоящее.

— Он еще слишком мал для такого яркого проявления дара. Сколько тебе было, когда ты понял, что владеешь магией? — зашептала Исха, они отошли на несколько шагов от мальчика.

— Четырнадцать, — без заминки ответил Веренир.

— Расскажешь подробнее?

— Потом, — Веренир покосился на малыша.

— Хорошо, но ему не больше пяти зим! — тихо возмутилась Исха. — Мне было двенадцать, когда я впервые ощутила силу, а он еще слишком мал! — запротестовала она.

Веренир тихо засмеялся.

— Что? — недовольно буркнула Исха.

— Ты говоришь так, будто что-то можешь с этим поделать. Исха, дар проявляется, и мы можем лишь научить его, как им пользоваться.

Она вздохнула, а потом внимательно глянула в глаза десницы, в неярком освещении огня они казались темно-синими, как полночное небо, хотя при дневном свете были небесно-голубыми.

— Мы?..

— Ну… да, — немного растерялся Веренир. — Он ведь теперь… твой.

Они ни разу еще не затронули тему Бо, будто оба намеренно обходили его стороной в разговорах.

Исха приняла предложение князя и получила официальную должность княжеской целительницы, чем очень обрадовала не только Веренира, но и Медику, которая души в подруге не чаяла.

Теперь Исха жила в бывших покоях Ратиура, распоряжаясь всеми его большими запасами эликсиров и снадобий. И рядом с ней — Бо. Вообще-то князь распорядился, чтобы мальчику выделили собственную комнату недалеко от покоев Исхи, но он обычно не хотел там долго оставаться даже с нянькой, поэтому почти все время вертелся рядом с ведуньей. А она была только рада этому. Когда этот маленький человечек строил из деревянных кубиков замки, пока она готовила отвары и мази, на душе теплело. И поэтому она не могла отказать ему в его настойчивом желании засыпать с ней рядом. Ему слишком много пришлось перенести в его возрасте.

И вот теперь это. Дар открылся. Исха так надеялась, что то взаимодействие с ее медальоном — лишь случайный выброс силы, которая проявится намного позднее, когда он будет больше понимать. Но нет.

— И как ты к этому относишься?.. — с замиранием сердца наконец решилась спросить знахарка.

— А как я могу к этому относиться? — улыбнулся десница. — Если он дорог тебе, то дорог и мне.

— Правда? — не поверила она.

— Мы еще мало знакомы, — вздохнул Веренир. — Но, думаю, мы с ним подружимся.

Исха не смогла сдержать улыбку. Она хотела обнять мужчину, но покосилась на малыша, который занимался тем, что разглядывал резьбу на спинке кровати, и просто взяла мага за руку.

— Спасибо, — выдохнула она.

— Да за что? — кажется, Веренир действительно не понимал, за что она его благодарит.

— Мне очень важно, чтобы вы оба находились рядом, — опустила она ресницы.

Веренир сократил между ними расстояние и легко коснулся ее губ своими. Это было волшебно. Это каждый раз было волшебно. Но она не могла позволить себе такое при мальчике.

— Не сейчас, — мягко отстранилась она, улыбнулась и пошла к Бо.

Веренир притворно вздохнул и поплелся обратно к кровати вслед за ведьмой.

За окном уже почти начинало светать. Небо только-только посерело, но рассвет уже ощущался недалеко.

— Давайте немного поспим? — предложил Веренир.

— Здесь? — сощурилась Исха.

— Кровать большая, места всем хватит, — развел руки в стороны хозяин покоев.

— Исха, — подергал ее за рукав халата малыш. — Можно мы поспим тут?

Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Когда они оба находились рядом, чудовищное чувство вины, которое она испытывала из-за содеянного во время битвы, как будто отступало, а дыра в груди постепенно зарастала.

— Можно. С какой стороны кровати хочешь спать? — серьезно спросила она.

Но ответить он не успел. Дверь распахнулась так, что ударилась о стену.

— Веренир! Она согласилась! Она согласилась!!! — весенним порывом ветра Тройтан влетел в помещение. И резко затормозил, увидев, что десница не один.

Все трое резко обернулись на звук. Князь на миг застыл.

— Прошу меня простить, — смутился он.

Князь смотрел на троицу так, будто никак не ожидал увидеть здесь кого-то, кроме самого десницы. Впрочем, наверное, так и было. Он еще не привык к тому, что у Веренира кто-то появился, и тот мог заниматься и личными делами, а не только государственными.

— Господарь? — Веренир подхватился с кровати и коротко поклонился. Если ты спас страну от иноземного вторжения, это еще не значит, что можно вести себя с правителем непочтительно. Даже когда он заявляется на порог спальни глухой ночью.