Расплата за измену. Изысканный развод графини (СИ) - Семина Дия - Страница 21

Сейчас стоит мне выйти на порог участка, и они тут же начнут фотографировать и задавать омерзительные вопросы.

Дороти неожиданно даже для себя начала горько рыдать. Молодой человек закончил писать, просушил чернила и подал бумаги на подпись Дороти.

— Я могу вас проводить через чёрный ход, на своей машине отвезу в особняк Эресби.

Женщина всхлипнула, замерла, но с дрожащих ресниц всё ещё капают огромные слезинки.

— Правда? Вы так любезны. Этим людям хочется крови, я идеальная жертва на потеху публики. Понимаю и Инес, она бедняжка, страдает от свекрови и мужа. Они оба невероятно жестокие.

Стоило ей произнести фразу: «Идеальная жертва», как у мистера Томаса в глазах вспыхнул огонь интереса, но Дороти этого не заметила, продолжая играть эту незавидную роль, перестаралась.

Инспектор проверил простенькую роспись, слегка кашлянул, и продолжил деловой разговор:

— А в наших кругах появились слухи, что сама королева благоволит леди Гвинет Бэкет, так что сейчас у вас лишь передышка. И вот неприятная новость: подпишите эту бумагу, тут написано, что вы осведомлены о разбирательствах по делу, и обязуетесь оставаться дома в пределах Лондона, по постоянному адресу.

— Это арест?

— Домашний, именно поэтому я сам отвезу вас домой, проверю всё и приеду на следующий день, потрудитесь оставаться дома. Не заставляйте меня пожалеть о том, что я вас выпускаю по требованию суда. Если нарушите правила, вернём вас в камеру. Кстати, круг вашего общения сужен до меня, ваших служащих и адвокатов.

Больше вы ни с кем не имеете право общаться, даже в переписке. Особенно с господином Эндрю Бэкетом. Вы меня поняли, леди Эресби, мне очень не хочется причинять вам страдания.

Молодой инспектор так сладенько улыбнулся, словно мечтает причинить ей что-то такое, о чём в приличном обществе стыдно упоминать. Дороти в ответ вздрогнула, этот парень молод, дерзок и издевается, он намеренно её злит и провоцирует?

Она, наконец, заметила его «акценты», но, как всегда, не поняла, к чему он клонит и решилась пройтись по проверенному сценарию, ведь мужчинам нужно только одно, и она это может предложить:

— Тогда, может быть, вам и спать в моей постели, инспектор Томас, — Дороти тоже умеет делать намёки, с такой интонацией произнесла фамилию, кричащую о простом происхождении полицейского, да ещё и с намёком на отношения, у которых никогда не будет продолжения, ведь она выбилась в знатные круги, а он их только охраняет.

— Инспектор Джонатан Томас! Если придётся ради службы и во имя Её Величества, то я готов и на такие жертвы.

Он не заставил себя ждать, тут же и вернул шпильку, больно уколов самолюбие Дороти.

Бумаги подписаны, узница вздохнула, протёрла платочком влажные глаза и позволила себя вывезти из участка. Всё прошло тихо и мирно. Репортёры действительно толпились у входа, но автомобиль увёз леди Эресби неузнанной.

— Вы же понимаете, Дороти, что если с девочкой, а точнее сказать, с юной графиней что-то случится, то вас могут и укоротить на голову. Гильотина или повешение, а может, расстрел? Это негласное правило для таких, как мы с вами.

Вы незнатная пустышка, которой повезло.

— А с чего такая смена настроений? — в автомобиле ей стало намного легче дышать, чем в участке, но этот монолог инспектора о гильотине заставил пальцы дрожать. Холодный пот выдаёт тревогу.

— Вы написали письмо к своей подруге, той к которой решили сослать Викторию, это письмо нам отдала няня девочки. Там всё безобидно, однако есть одна фраза, на которую я могу указать вполне конкретно, и она моментально сделает из вас преступницу.

Дороти поджала губу, она и сама поняла о чём он:

«Девочка очень ценная для меня. За пару месяцев управлюсь и заберу её сама»

Это было глупо, очень глупо так написать. Но Дороти рассчитывала избавиться от Инес, а потом подчинить себе Эндрю, совершенно забыв о Гвинет. По сути, эта фраза ничего «такого» не говорит, но трактовать ее можно, как угодно.

— Как я полагаю, вы что-то хотите от меня? Или представляете интересы этой грымзы Гвинет?

— Не имею права раскрывать тонкости дела, но это письмо я пока не добавил в ваше дело, у меня есть еще сутки, скажу, что исследовал его, да мало ли. Суть в самом письме, вы его написали, значит вы в любом случае соучастница всех преступлений, какие лорд Бэкет планировал, а возможно и совершил против жены.

— Что вы хотите?

— Вас! Женщине проще получить богатство через постель, но вам нужен кто-то способный защитить, не так ли?

— Это предложение руки и сердца? А вас не осудят? — леди Эресби сморщилась, словно взяла в рот дольку лимона.

— Осудят, но у вас есть деньги, статус, и я тоже этого хочу. Надоело, что все указывают на моё простое происхождение. Надоело, что меня игнорируют и лишь играются, вам ли не знать, милая Дороти.

— Могу я подумать, мистер Томас? Моё положение слишком шаткое, чтобы вот так выходить замуж за первого встречного.

— Это потому, что вы собирались убить Инес? Выйти замуж за Эндрю Бэкета? Он же станет невероятно богатым, о наследстве его дочери слухи разлетелись.

Адвокатские конторы из Франции наделали шума, разыскивая де Лотреков.

В этот момент Дороти поняла, что автомобиль инспектора ничем не отличается от допросной, этот хитрый поганец решил в приватной обстановке заставить её признаться в намерении избавиться от Инес, всё собрал и мотив, и улики. Но Дороти собралась, на такой мелочи она не прогорит и тут же выдала заученную версию:

— Я никогда бы не вышла замуж за лорда Бэкета, он всего лишь хотел сделать шикарную реновацию моего убогого сада, чтобы попасть в королевский каталог садов. И прекратите свои допросы, я не дура, прекрасно понимаю, к чему вы клоните. Я к воздушному шару даже не прикасалась. Несчастный случай с Инес устроил её муж, — в сотый раз повторила Дороти и отвернулась.

— Вы пробуждаете во мне дикий интерес Дороти, умная женщина, красивая. Когда всё это закончится, я заставлю вас стонать подо мной в постели, уж поверьте, вы сами придёте за этим, и будете умолять повторить и остаться. И вы правы, меня осудят, так что согласиться надо было пять минут назад. Теперь я претендую лишь на откровенные отношения, — его улыбка заставила вздрогнуть Дороти. Он опасен, как зверь. И явно ведёт какую-то игру. С таким противником нужно контролировать, каждое слово, однако тема слишком пикантная:

— Вы слишком преувеличиваете своё достоинство, мой друг — она неожиданно прошептала это таким возбуждающим голоском, что инспектор заёрзал на автомобильном сидении, а Дороти лишь улыбнулась. Знает она таких дерзких жеребцов, это он будет бегать вдоль её забора в ожидании подачки. А она ещё подумает, давать или нет.

Одно огорчает, огромное наследство девочки и радужный план осесть на юге Франции разрушились, как карточный домик. А как было бы чудесно, выйти замуж за Эндрю и жить среди виноградников...

Глава 26. Инес

Особняк герцога в Лондоне.

— Мамочка, а герцог мне эти все платья подарил? И вот этих кукол? Они правда всё-всё для меня?

— Ох! Это действительно слишком щедрый подарок, нам бы хватило несколько комплектов. Но какая ты у меня красавица, каждое платье тебе к лицу.

Обнимаю свою маленькую принцессу. А на сердце неспокойно. Как-то слишком Рэйнард к девочке проникся заботой и вниманием. Догадываюсь, что это не просто так, он через неё пытается ко мне «подкатить»?

Не хочу напоминать, что я замужем! И это не шутки. Мы остались на пару дней, чтобы хоть немного привести свой гардероб в порядок. У меня не все личные документы, а свидетельства дочери у мужа. Он по закону может в любой момент заявиться с полицией и забрать Вику. Сдерживает, наверное, только то, что во дворец герцогов не всякий полицейский осмелится войти. Один всё же прорвался, приехал, некий Томас, долго меня «тестировал» по всем вопросам и пунктам.