Ирландия. Тёмные века 1 (СИ) - Сокол Артем - Страница 14

— Значит, чем сильнее натянем, тем дальше полетит? — уточнил он, проводя рукой по рычагу.

— Да, но, если перетянем — жилы лопнут, — предупредил я. — Здесь важна точность.

Руарк подошёл к нам, его тень легла на траву, длинная и узкая, как клинок.

— Ну что, монах, сегодня мы увидим, стоит ли твоя голова потраченного железа? — усмехнулся он, но в голосе слышалось напряжение.

— Увидите, — ответил я, стараясь сохранить уверенность.

Мишень — щит из дубовых досок, скреплённых железными полосами, размером с половину ворот замка, — уже установили в полумиле от нас. Он казался крошечным на фоне бескрайнего поля, но для первой попытки его было достаточно.

— Начинаем, — объявил Руарк, хлопнув в ладоши.

Десяток воинов, подобранных им лично, занял свои места. Это были крепкие парни, но не самые умелые в бою — те, кого обычно ставили в задние ряды. Здесь же, у катапульты, они чувствовали себя важными.

Первый камень — гладкий, размером с голову быка, — уложили в ложку. Финтан лично проверил крепления, затем дал команду:

— Натягивай!

Во́рот заскрипел, жилы напряглись, издавая низкий, дрожащий звук. Рычаг медленно прогнулся, словно готовясь к прыжку.

— Пли!

Раздался глухой удар — рычаг ударил по отбойнику, камень взмыл в небо, оставляя за собой едва заметный след. Все замерли, следя за его полётом.

Камень упал в двухстах шагах от мишени, подняв облако пыли.

— Недостаточно натяжения, — пробормотал я, подходя к торсиону. — Добавим ещё пять оборотов.

Финтан кивнул и передал команду. Второй выстрел — снова недолёт. Третий — перелёт. Четвёртый — в сторону.

Руарк начал постукивать пальцами по рукояти меча, но молчал. Его воины перешёптывались, некоторые уже усмехались.

— Они думают, что это игрушка, — прошептал мне Финтан.

— Пусть думают, — ответил я. — За двадцать снарядов мы должны разнести этот чертов щит вдребезги.

Он удивлённо взглянул на меня, но промолчал.

К пятому выстрелу мы скорректировали угол, к десятому — силу натяжения. Камни ложились всё ближе к мишени, но щит всё ещё стоял невредимым.

— Может, хватит? — крикнул кто-то из толпы. — Если бы я так своей жене попадал, она бы давно меня прогнала!

Раздался смех. Даже Финтан сжал кулаки, но я лишь улыбнулся.

— Готовь семнадцатый, — сказал я ему.

Камень полетел, описал дугу и… ударил в землю в десятке шагов от цели.

— Близко, — пробормотал Руарк.

— Следующий попадёт, — уверенно заявил я.

Финтан проверил натяжение, поправил угол, затем махнул рукой:

— Пли!

Восемнадцатый камень взмыл в небо. На этот раз его полёт казался идеальным — ровным, стремительным, неумолимым.

Удар раздался, как гром среди ясного неба.

Щит разлетелся на куски. Дубовые доски раскололись, железные скобы слетели, словно соломинки. В воздухе повисло облако пыли, а затем — тишина.

Никто не говорил ни слова. Воины Руарка смотрели то на разрушенную мишень, то на катапульту, будто видя её впервые.

Финтан первым нарушил молчание:

— Попал.

Руарк медленно подошёл к машине, положил руку на дубовую раму и обернулся ко мне.

— Монах, — сказал он, — если через неделю эта штуковина так же разнесёт ворота Уи Энехглайсс, я поставлю тебе памятник при жизни.

— Лучше построй вторую катапульту, — ответил я. — Одной мало и она может сломаться.

Он рассмеялся, а вокруг нас раздались возбуждённые голоса. Воины наперебой обсуждали, как будут крушить стены и ворота врагов, даже не подходя к ним близко. Финтан тем временем уже осматривал механизм, проверяя, не ослабли ли жилы.

— Можно сделать мощнее, — сказал он задумчиво. — Если добавить ещё слоёв...

Я кивнул, глядя на него с одобрением. Он думал, как инженер, а не как солдат.

— Начнём завтра, — предложил я. — Сегодня мы доказали, что это работает.

***

Дорога к замку Уи Энехглайсс оказалась долгой. Слишком долгой. Войско Руарка растянулось по римской мостовой, как пьяная процессия после деревенской ярмарки. Воины шумели, смеялись, бросали друг в друга комья грязи — дисциплины не было и в помине. Я ехал рядом с Финтаном, наблюдая, как он то и дело сверяется с баллистическими таблицами, вырезанными на раме катапульты.

— Ты уверен, что всё запомнил? — спросил я, указывая на цифры.

Финтан кивнул, но в его глазах читалось напряжение.

— Триста шагов — два оборота, четыреста — три. Пятьсот — четыре. Дальше — по таблице.

— Хорошо. Главное — не торопись.

Он сжал губы. Я знал, что он волнуется. За неделю я научил его основам счёта, объяснил, как угол наклона влияет на дальность, как сила ветра меняет траекторию. Но теория — одно, а реальный бой — совсем другое.

Впереди показался замок Энехглайсс. Он стоял на скале, его каменные стены вздымались над долиной, как зубы старого волка. Ворота — массивные, дубовые, обитые железом — были закрыты. На стенах мелькали фигуры защитников. Они уже знали о нашем приближении.

— Разведчики, — пробормотал Руарк, подъезжая ко мне. Его лицо было хмурым. — Кто-то предупредил их.

Я посмотрел на его воинов, на их громкие переговоры, на дым костров, который мы не скрывали.

— Не "кто-то". Мы сами дали им время подготовиться.

Руарк стиснул зубы, но спорить не стал.

— Разворачивай машину. Пусть увидят, с чем имеют дело.

Катапульту установили на ровной площадке в пятистах шагах от ворот. Пока воины возились с креплениями, я подошёл к Финтану.

— Первый выстрел — пристрелочный. Смотри, куда упадёт камень, и корректируй.

Он кивнул. Его пальцы дрожали, когда он проверял натяжение торсиона.

— Готово, — доложил он.

— Пли!

Рычаг дрогнул, камень взмыл в небо. Он пролетел над стенами и рухнул где-то во дворе замка. Раздался глухой удар, потом крики.

— Перелёт, — сказал я. — Убавь пол-оборота.

Финтан скорректировал натяжение, выбрал новый камень — круглый, чуть меньше предыдущего.

— Пли!

Второй снаряд ударил в стену рядом с воротами. Каменная кладка треснула, но выдержала.

— Ближе, — пробормотал Руарк. Его глаза сверкали.

Третий камень лёг идеально. Он врезался в ворота с такой силой, что железные скобы вырвало, как гнилые зубы. Дубовые створки разлетелись вдребезги, открыв тёмный провал входа.

Тишина.

Потом — гул. Сперва тихий, потом нарастающий. Со стен доносились крики, но не боевые — а панические.

— Они сдаются, — сказал Финтан, всматриваясь в замок.

Я увидел, как над стеной поднимается белое полотнище — старая рубаха, насаженная на копьё.

Руарк усмехнулся.

— Как я и думал — без боя.

Ворота были разрушены, защитники — деморализованы. Когда мы вошли в замок, нас встретил седой старик в потрёпанном плаще — видимо, старший из оставшихся воинов.

— Замок ваш, — сказал он, опуская голову. — Пощадите тех, кто сложил оружие.

Руарк оглядел двор. Пятнадцать стариков и пара юнцов стояли с опущенными мечами. Никого больше.

— Где остальные? — спросил он.

— Это все кто остался защищать замок, остальные бежали, — честно ответил старик. — Как только узнали, что вы идёте с... с этой штукой. — Он кивнул в сторону катапульты.

Руарк рассмеялся.

— Значит, моя репутация работает лучше мечей.

Он приказал не трогать пленных, лишь разоружить их и отпустить. Замок был взят без единой капли крови.

Позже, когда мы осматривали разрушенные ворота, Финтан подошёл ко мне.

— Это... многое меняет, — прошептал он.

Я знал, что он прав. Сегодня Руарк взял неприступную крепость за три выстрела. Завтра об этом узнает вся округа. А через неделю — и викинги на побережье.

— Теперь война пойдёт по-другому, — сказал я.

Финтан посмотрел на баллистические таблицы, потом на меня.

— И мы должны быть готовы.

Я кивнул. Готовы — или проиграем. Ведь если мы построили катапульту, кто-то другой уже думает, как её уничтожить.