История "не"решительной аристократки (СИ) - Зимина Юлия - Страница 28

— Думаешь, я слепой, да? — внезапно спросил тот, кто с самого детства был со мной рядом.

Не спешил что-то отвечать.

— Думаешь, я не заметил, как ты смотришь на нее?

— Это ничего не значит, — я отрицательно мотнул головой, пытаясь сказанным убедить не только Нэрона, но и себя самого. К слову, не получилось.

Мимо проходили люди. При виде нас на их лицах наблюдалась растерянность, сменяемая напряженностью. Не обращал внимания, неспешно переставляя ноги.

Куда я шел? Неважно, главное подальше от таверны, в которой сжимал в своих объятиях Алису.

Ладони до сих пор помнили тепло, исходящее от нее, а в носу ощущался чарующий аромат девушки. Такой нежный и едва уловимый, под стать своей хозяйке.

«Будет ли принцесса вызывать у меня такие же эмоции?»

Не требовалось времени на размышления, чтобы дать ответ. Эта девушка была мне неинтересна. Более того, я испытывал к ней отрицательные эмоции, ведь ее эгоизм, высокомерие и заносчивость не делали ей чести. Разве можно с таким человеком быть счастливым? Алексия думает только о себе любимой, и чихать она хотела на других.

«Совместная жизнь с ней — это наказание, которое я получил незаслуженно».

— Сочувствую, — Нэрон тяжко вздохнул. — Поэтому, чтобы тебе не было еще больнее, я не стану подходить к Алисе.

От услышанного я сбился с шага, вскидывая взгляд на друга.

— Вот только давай без твоих нравоучений! — он выставил распахнутые ладони вертикально.

— Я и слова тебе не скажу, если решишь ухаживать за ней.

Его слова больно кольнули мое сердце.

«Не хочу, чтобы из-за меня Нэрон отказывался от своего счастья! Это неправильно! Я не эгоист как Алексия!»

— Она мне интересна, но не настолько, чтобы причинять тебе боль, — на губах друга растянулась теплая, наполненная сочувствием улыбка.

— Не хочу больше слышать это, — стиснув зубы, я недовольно прищурился. — Мое будущее решено, но ты о своем, будь любезен, позаботься. Из Алисы получится прекрасная супруга и любящая мать. И это я молчу о ее даре, Нэрон. От такой девушки откажется только умалишенный…

— Например, такой, как ты?

Заданный вопрос застал врасплох.

— Почему ты так смиренно принял свою не самую легкую участь? Хочешь в жены принцессу? — шагнул ко мне друг.

— Тебе прекрасно известно, что она мне и даром не нужна, — хмыкнул я, отводя взгляд в сторону. — Готов даже заплатить, чтобы Алексия отвязалась от меня. Если я откажусь от нее, вся семья пострадает…

— Семья? — фыркнул Нэр. — О какой семье речь? О наложнице твоего отца и ее пустоголовом сыне, которые спят и видят, как бы подставить тебя? Или о самом герцоге, который даже не стал оплакивать твою мать? Он постоянно бросает тебя в самое пекло, требуя прославлять фамилию! Ты для него не семья, Лерой! Ты для него лишь инструмент, которым он умело пользуется!

— Знаю, — вздохнул я, чувствуя, как в груди давит правдивость сказанных Нэроном слов, — но ты меня неправильно понял. Я говорил не о тех, кто живут в фамильном поместье, а о настоящей семье — о тенях.

— Лерой… — ахнул Нэрон, округляя глаза.

— Если я откажу принцессе, — выставил руку, тем самым показывая, чтобы меня не перебивали, — пострадают все, кто мне дорог. Король от гнева, что обидели и унизили его дочь, никого не пощадит. Ты знаешь его любовь к виселице. Лучшее, что вас ждет, если я пойду против его воли, это разжалование и лишение статуса. Худшее — смерть, причем не только ваша, но и ваших близких, Нэрон. Так что прошу тебя, не нужно больше возвращаться к этой теме. Не давай мне лишних поводов думать об Алисе, это чревато непоправимыми последствиями.

33. Это нужно исправлять и как можно скорее

Алиса

— Погодите… Зачем? — округлила я глаза, когда Эван, отправившийся со мной, вытащил из внутреннего кармана кошель с монетами, протягивая нужную сумму хозяйке швейной лавки, где я присмотрела себе платье. — Не нужно, — оторопела, не зная, как быть.

Даже не думала, что возникнет такая неловкая ситуация.

— Леди Алиса, — посмотрел на меня мужчина, — позвольте, прошу вас?

— Мы получаем приличное жалование, — заговорил Ной, — но тратить его особо некуда, — улыбнулся он, пожав плечами.

— Наши семьи не нуждаются в материальной поддержке, а мы сами редко располагаем временем для прогулок за покупками, так что для меня в радость приобрести для вас подарок.

Стало неловко и я отвела взгляд, нервничая.

В моем понимании, если приму что-то от этого мужчины, значит, дам ему шанс, но все дело в том, что я не видела в нем того, с кем можно было бы сблизиться. Да, Эван высок, хорошо сложен, симпатичен, статен, и я была готова дать голову на отсечение, что благороден. Считала, что прогнивших душой людей главнокомандующий не будет держать рядом с собой, но рядом с ним не екало сердце.

— Я приму ваш подарок, благодарю, лорд, — присела в реверансе, как того требовали правила этикета, — но больше, прошу, так делать не нужно.

Видела, как мои слова ранили мужчину, ведь в его глазах отразилась растерянность, а затем и грусть, но я не собиралась давать ему ложную надежду. Не в моем духе крутить хвостом и раскидываться заигрываниями направо и налево. Не такой я человек.

— Ну что? Зайдем еще в одну лавку? — хитро улыбнулась, пытаясь хоть как-то разрядить повисшее в воздухе напряжение. — Или вы уже устали?

— Нет-нет, — поспешили заверить меня в ответ теньевики.

Хозяйка швейной лавки, наблюдающая за нами, попыталась спрятать улыбку, но я успела заметить ее.

Сначала, когда мы вошли, женщина при виде двух мужчин в черном испугалась, взволнованно дыша, но потом, понимая, что они не несут угрозы, а выполняют роль моих сопровождающих и носильщиков, расслабилась, помогая с выбором наряда.

Эван и Ной подхватили покупки, направляясь следом за мной, словно верные стражи.

Стоит ли говорить, как реагировали на нас люди? Девушка, а по обеим от нее сторонам два теньевика. Некоторые дамы испуганно хватались за сердце, скорее всего, думая, что меня за что-то арестовали. Но потом, когда они продолжали наблюдать за нами, видели совершенно другую картину: мы дружелюбно вели беседу, я смеялась, так как мужчины рассказывали забавные истории из своей жизни. Например, одна из них, как на Нэрона, которого я спасла от яда шагури, напала обезумевшая белка. Грозный теньевик отбивался от нее под хохот своих сослуживцев, не спешащих к нему на помощь.

Мы гуляли по городу около двух часов. Покупок становилось все больше. Эван и Ной перестали вызывать неловкость и скованность, а ведь, если бы я видела в них не только друзей, вела бы себя иначе. А вот они, судя по всему, не теряли надежды стать для меня особенными, и это мучило.

Говорят, что не бывает дружбы между мужчиной и женщиной, ведь кто-то из них обязательно видит в нем или в ней желанного человека. Одни согласны с этим высказыванием, другие же нет. Я отношусь к категории людей, которые придерживаются первого варианта. Другая бы на моем месте гордилась собой, что ей уделяют внимание столько красавцев разом, а я не знала, куда себя деть и как с этим быть. Оттолкнуть их было бы с моей стороны самой настоящей грубостью и неуважением, ведь ничего плохого они мне не сделали, но и переходить рамки дозволенного я не собиралась, как и даже не думала позволять это самим мужчинам. Поэтому приняла решение продолжать общение и строго следить за его границами.

«Они хорошие парни, — думала я, неспешно шагая по улице и слушая, как Ной рассказывает о том, как его конь нацеплял колючек на хвост, который потом пришлось вычищать чуть ли не полдня, — даже обидно, что народ от них шарахается, как от прокаженных».

Становилось спокойнее от того, что самих теньевиков абсолютно не трогало отношение людей к ним.

— Здорово, наверное, скакать на коне, — вырвалось внезапное у меня.

Только потом поняла, что ляпнула, готовая стукнуть себя ладонью по лбу, причем посильнее.