Перекресток судьбы. Книга одиннадцатая. Пустышка (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 24

Идём по Зимнему. Меня сопровождают. Я же лихорадочно обдумываю сложившуюся ситуацию

— С кем советоваться будем? — задаёт он мне очередной вопрос.

— Советоваться? Ни с кем. — отвечаю я. — Мне и одного советника достаточно… тебя. А вот подготовиться к последствиям принятого решения, нужно уже сейчас. Как выйдем, организуй связь с Салтыковым.

— С Петром Петровичем⁇ — уточняет Боря — Уверен, он на прослушке. — предупреждает меня Искин.

— Уже плевать на это. — говорю я. — Чего таиться, когда всё ясно станет на счёт меня после посещения Собора и принятия клятв. Кольцо появится. И, его уже будет не скрыть. Сам же знаешь.

— Это, да… — соглашается со мной Боря — Его финансиста вызывать?

— Обсужу это с Салтыковым-старшим. — принимаю я решение — Позовём, наверное, может ещё, что умного подскажет.

— Вызывать их сюда будешь? — удивляется моим мыслям Боря.

— Решу во время разговора. — отвечаю я.

— А Лизу в ситуацию вводить будешь? — уточняет Искин.

— А, как по-другому? — удивляюсь уже, глупым вопросам самого Искина, я — Вот в машине всё и начнём обсуждать. Ей, в любом случае, как моему секретарю, и в будущем жене, этим кланом Великих Князей управлять. Думаешь, она откажется быть моей женой в будущем?

— Нет, конечно. — смеётся Боря — Зато будет на кого все дела скинуть. Меня больше, с этической стороны вопрос с Ольгой волнует. Я не живой и вас людей не всегда понимаю, чем вы руководствуетесь в тех, или иных ситуациях. Эмоции, они мне неподвластны. Вот и хочу услышать от тебя, что думаешь по поводу планов императрицы на счёт нас?

— Я пока, ничего не думаю. И меня особо не цепляет тот факт, что у Ольги была связь с моим братом. — отвечаю я честно — Видишь, не только в длине хера счастье у бабы. Что-то в Василии её оттолкнуло от него. А жаль… проблем бы меньше сейчас было. А на счёт её планов стать моей женой? Как ты представляешь отказать наследнице императрицы? Ну-ка, давай, посоветуй! Молчишь? Не знаешь? Вот и я пока не знаю. Но, если предложат… не откажусь. От такого не отказываются. Тем более первой супругой будет Елизавета, а она спуску наследнице, и возможно, будущей императрице не даст.

— Возможно? — удивляется Боря моей, как он посчитал, оговорке.

— Отец, точно Анне, ребёночка заделает. — объясняю я, что имел ввиду — И, кто его знает, может, родится у них мальчик? А, значит, прямой наследник. Сейчас, главное, отцу ритуал пройти. И он его пройдёт. Спланируй посещение Государственного Музея, или просто в том кафе около него посидим, пока ты все нужные дела сделаешь. Потому и говорю на счёт Ольги, что она, всего лишь, возможная императрица. Нам-то лучше с тобой. А сейчас не отвлекай. Мне предстоит разговор с Елизаветой. Она очень обиделась на то, что её-то, как раз сегодня, во дворец и не пустили вместе со мной.

Выходим.

Елизавета ждала меня в машине. Когда я подошёл к нашему лимузину, она с кем-то что-то яро обсуждала по телефону, но стоило мне появиться, как тут же отключила вызов.

— Ты, как? — был первым её вопрос.

Машу рукой Александру, который сегодня у нас за рулём, а сам устало откидываюсь на спинку кресла.

Она заботливо провела ладошкой по моей щеке.

— Сильно устал? — беспокоится она.

— Нормально. — отвечаю я — Но возникли очередные проблемы.

— Да? И какие? — кладёт мне она голову на плечо и прижимается всем телом к моему боку.

Обхватываю её рукой и прижимаю к себе.

А приятно, что не говори…

— На меня хотят скинуть клан Хованских, через посещение Кафедрального Собора. Глава их клана арестован и все главы родов, и те кто вхож был в совет клана. — говорю я — Сейчас, служба безопасности империи под лупой, каждый шаг Хованских, проверяет. Шьют им попытку государственного переворота. Ты сама была на ристалище и всё видела. На лицо попытка устранения императрицы и наследницы. Ну, и меч этот…

Угукают, пригревшись у меня подмышкой, перенервничавшая Лиза.

— Меч, это аргумент. Не простят. Хованскому всё… кончат и родство не спасёт. — говорит тихим голосом Елизавета. — И, что ты решил?

Вздыхаю и ещё сильнее рукой прижимаю к своему боку податливое женское тело.

— Ответил, что мне посоветоваться надо. И, что принимать решение, такое ответственное, вот так впопыхах, я не намерен. — говорю я.

— Ты отказал императрице? — отталкивается от меня Лиза и усевшись прямо, повернувшись ко мне всем телом, изумлённо смотрит на меня.

Явно ошарашен моим ответом мой секретарь.

— Пока что, не отказал. — отвечаю я. — А взял время на обдумывание. Мне нужно всё хорошенько взвесить, все за и против, чтобы вешать на себя такой большой актив. А, где большие деньги, там большие проблемы. Оно мне надо?

— Нам надо, любимый. — выдаёт Лиза необычное своё поведение.

И вдруг прижимается ко мне, и своим ртом обхватывает мои губы. Глубокий сильный поцелуй, по квалификации — просто целует меня в засос.

— Ну, ничего себе, скромняжка Лиза, что вытворяет! — Смеётся в голове Боря. — И Таю с Сашей не стесняется совсем. Вон, как на тебя накинулась. Чего стесняешься уже ты? Хоть за сиську подержись. Тебе ведь реально она себя предлагает в полное пользование.

— Повременю. — отвечаю я Искину — Успеется. У меня ограничения, не забывай. Хотя не спорю, огонь девка и задница у неё отличная и плотная, как орех. Успел пожамкать и сиськи приличные. Но нет… не сейчас. Давай дозванивайся до Салтыковых. Мне с ним ещё переговорить нужно.

— Стекло опускаем между нами и водителем? — утончает Боря.

— А смысл? Пускай слушают, всё едино, наша тайна явной скоро станет. — говорю я.

А сам продолжаю обнимать, вжимающуюся в меня не целованную девушку Лизу.

Хороша…

Всё, отпустила. А я не удержался от подколки…

— Ты это имела ввиду, когда говорила, что устала быть хорошей девочкой⁇ — улыбаюсь я.

— Не только это. Это так… закваска… — смеётся, вновь прижавшись ко мне Лиза — И я говорила, что хочу побыть «плохой девочкой». Но сегодня, вряд ли прилучится показать, что я на самом деле имела ввиду. У нас аврал?

Киваю.

— Нужно многое обсудить и взвесить. — говорю я.

— Родителям будешь звонить? — спрашивает она.

— Я сам за себя всё давно решаю. — отвечаю я. — Да и зачем нервировать. Всё узнают по факту. Сама-то, что скажешь?

— Шанса у тебя отказаться нет, если честно. — говорит она с задумчивым каким-то видом. Не обескуражена такими новостями, и не удивлена. Обдумывает просто, как всё теперь это переварить… — Ведь реально многих… сотни, если не тысячи, императрице придётся или, в застенках держать или, на плаху. Даже не за то, что они что-то сделали когда-то, а за то, что они могут сделать, в будущем. Тут она права. Не поспоришь… Вон, спроси свою Таю, как в похожем случае поступает их Султан? Узнай. Интересно. Молчишь? Так я сама расскажу. Весь род и клан под нож без разборов. Детей до пяти лет в другие семьи отдают, остальные и декады не проживут. Так-то! Наша императрица ещё слишком милосердна. В Японии, также было бы, как в Афганистане, если не жёстче, в плане казней. А в Китае? Там и вовсе бы, прилюдно всех порешили бы, чтобы больше боялись. Это у нас цацкаются с, по сути, предателями. Столько столетий древнюю реликвию от настоящих её хозяев скрывать…

Мурашки по телу забег делают.

— А мы тогда, что делаем? — шепчу я про себя.

— У нас другая ситуация. Меч тебя признал! — напоминает Боря — И интересно было бы посмотреть, как они бы у тебя смогли теперь его забрать.

— Не будем экспериментировать. — поёжился я.

— Замёрз? — тут же спрашивает меня Лиза, прижимаясь ко мне ещё сильнее.

— Просто представил все эти казни, особенно в Китае и Японии. — отвечаю я.

— Да и англичане с французами в таких случаях, уж точно, человеколюбием не страдали бы. — смеётся она — Поверь. Это Россия ещё о своих гражданах заботится. Её правители не хотят напрасно невинную кровь проливать. А у других, такое сплошь и рядом. У тебя телефон…