Зодчий. Книга II (СИ) - Погуляй Юрий Александрович - Страница 32

Нюра двинулась ему навстречу, стиснув зубы и набычившись.

— Бить бабу грех, конечно, но раз такое дело, — осклабился молочник.

— Если он ей навредит, то я за себя не ручаюсь, — тихо сказал витязь, напряжённо наблюдающий за сходящимися противниками.

— Хм… — многозначительно отреагировал я.

Ивашка атаковал первым. Немного вальяжно, ударом сбоку, левой. Нюра ловко ушла от пудового кулака молочника. Также уклонилась от второго.

— Да чё ты пляшешь, коза? — фыркнул Ивашка. — Вроде же драться должны были, а не танцевать? Давай уже, будь мужиком в душе, а не токма внешне!

Он усмехался в лицо великанше, а та хранила выражение мрачной решимости. Ещё одна неуклюжая атака молочника закончилась ничем. Нюра, держа кулаки перед собой, терпеливо ждала нужного момента. Толстяк запыхался, замахиваясь то слева, то справа, но великанша даже не пыталась ударить противника.

— Скукота! — наконец вздохнул Ивашка, и вдруг резко прыгнул вперёд, намереваясь схватить девушку и повалить на землю. И сразу встретил два коротких удара в лицо. Тук-тук! Нюра била на выдохе, работая всем корпусом и, наверное, меня такая серия прикончила бы на месте. Голова молочника мотнулась назад, руки обмякли. Взгляд стал удивлённым, потом отсутствующим, и толстяк, закатив глаза, плюхнулся на дорогу лицом, но из-за пуза перекатился набок.

Нюра встала над ним, чуть пританцовывая и держа кулаки у лица. Затем разочарованно огляделась, мол, и это всё?

— Оскорбление моего гвардейца равнозначно оскорблению меня, — громко огласил я. Слева от меня захлопал в ладоши витязь, громыхая пластикором. Он не сразу понял, что аплодирует один, а когда осознал, то очень медленно остановился и заложил руки за спину, с видом, будто так и надо было. Нюра смущённо зарделась. Народ молчал.

— Игнат, проследи, чтобы эта груда мяса отчётливо принесла свои извинения, — попросил я своего начальника гвардии. Туров чуть поклонился, едва слышно добавив:

— С удовольствием, ваше благородие.

— И найди мне Боярского. Справишься?

— Конечно, ваше благородие.

— Хорошо. Я буду у Конструкта.

Колодец у Приборово был не такой мощный, как мой. Но всё равно энергия его тратилась отвратительно нерационально. Да, местные Зодчие обеспечили поселение электричеством. Да, на юг уходила зона Конструкта, вытянутая через Распределители и создающая мало-мальски отпугивающую полосу безопасности. Но из-за этих трат энергии не хватало на прокачку самого источника. Бездарное руководство объектом, малая зона действия. Никакого будущего.

На территорию чужого блока управления я заходить не стал. Конструкт стоял совсем без охраны, даже часовых нет.

— Заходи кто хочешь. Бери что можешь, — покачал головой я.

— Имперский гарнизон стоит там, где у земли нет хозяина, ваше благородие, — сказал Снегов. — А также в переходные периоды. Я предполагаю, что приказ на вывод моего подразделения поступит в течение месяца. Поэтому рекомендовал бы вам поспешить с укреплениями и обороной. И на новых территориях тоже. Если появится комиссия и оценит вашу защиту государственного имущества низко, то земли у вас могут и забрать.

— Ты думаешь, она здесь была когда-нибудь? — хмыкнул я.

— Не сомневаюсь, что не была. Но ваши связи и возможности несопоставимы с возможностями графа Игнатьева. Простите за прямоту, ваше благородие.

Витязь посмотрел на Конструкт.

— Уверен, все комиссии, отправленные сюда, доложили о прекрасном состоянии объекта, — добавил он. — Потому вам нужно быть лучше, когда мы вас покинем.

— Мне будет не хватать вас, ваша доблесть, — честно признался я. Начальник гарнизона хмыкнул, а затем неожиданно произнёс:

— Зато я вздохну спокойно. Вряд ли когда-нибудь ещё мне придётся нести ответственность за человека, который так ищет приключений. Поверьте, ваше благородие, я никогда не видел людей, так не берегущих себя.

— Вы мало общались с бароном Дигриазом, Станислав Сергеевич, — усмехнулся я. Витязь никак не отреагировал на мои слова. Он склонил голову прислушиваясь. Я заметил, что его рука дёрнулась, словно он хотел схватиться за топор, но уже через миг начальник гарнизона снова стал дьявольски спокоен.

— Господа, вы хотели меня видеть? — раздалось позади нас.

Я обернулся. Передо мной стоял высокий кучерявый мужчина в очках без одного из носовых упоров, отчего они смотрелись чуточку неровно. Лет сорок ему, не больше. Вид вроде бы и аккуратный, но с выбивающимися деталями. Одна прядь волос торчала в сторону. Совсем чуть-чуть! Третья сверху пуговица твидового клетчатого пиджака расстёгнута. Одна из штанин заправлена в носок, значит, собирался в спешке. Надеюсь, Туров вёл себя деликатно, когда вытаскивал бывшего управляющего из дома.

— Алексей Боярский? — уточнил я.

Мужчина кивнул. Живые глаза смотрели с интересом.

— Я слышал, что вы были управляющим у барона Фурсова некоторое время, — начал я, наблюдая за его реакцией.

— Был, — не удивился Боярский, едва заметно улыбнувшись. — Но больше таковым не являюсь.

— Не расскажете причину, по которой ваши взаимоотношения закончились?

— Просто я не работаю с мерзавцами, — буднично сказал он.

— И в чём же это выражалось в бароне?

— Вы ведь знакомы с семейством Фурсовых? — уточнил Боярский. Я кивнул, и бывший управляющий развёл рукам, мол, какие тогда вопросы. — Всё очевидно, ваше благородие. Позвольте предположить, что вы новый владелец этих земель и ищете того, кто смог бы вас проконсультировать по всем делам на подчинённой вам территории. Верно?

Я снова кивнул.

— Хочу сказать, что не все стороны дел господина барона мне известны, — он смотрел на меня очень внимательно и говорил осторожно. — Но легальные могу вам обрисовать.

— Были нелегальные? — ухватился я.

— Не могу знать, ваше благородие, — сокрушённо вздохнул Боярский. Опустил взгляд и застегнул так раздражающую меня пуговицу.

Он знал. Всё прекрасно знал. И раз жил спокойно, то значит, как я и предполагал, имел внушительную страховку. Мужик пусть и не очень опрятный, но зато с крепкими тестикулами. Другой бы сбежал подальше, а этот остался. Впрочем, если у него что-то было на Фурсова, то можно было выбить себе максимально комфортные условия. Особенно, если страховка отправится в нужные места при самом невинном несчастном случае.

— Хорошо. Обойдёмся легальными, — согласился я.

— Прежде всего, нужно начать с конюшен. Племенные скакуны известны далеко за пределами нашей области и особенно высоко ценятся у профессий, чья работа связана с Изнанкой, — охотно начал Боярский. — Поэтому данное предприятие имеет свою специфику…

Он не соврал. Конюшни Фурсова больше походили на укреплённый военный лагерь. Огромные заборы с колючей проволокой, вышки через каждые триста метров по периметру. Главный вход был перекрыт массивными воротами, а из башенок над ними в сторону нежелательных гостей смотрели спаренные пулемёты. Причём я почувствовал в эрекерах по бокам ещё и магические оборонительные укрепления.

Однако, когда мы приблизились, ворота дрогнули и медленно раскрылись, выпуская наружу усатого крепыша в синем комбинезоне. Красная шапка на голове была сдвинута набок, в руках мужчина держал карабин, опустив ствол к земле.

— Добрейшего денёчка, ваше благородие, — широко улыбнулся он. — Михаил Баженов, так ведь?

— Михаил Иванович Баженов, — поправил его я.

— Ну, Иванович так Иванович, чего уж там. Кузьма Веткин я, начальник этой драной богадельни, и главный, драть его, конюх, хе-хе, — он кивнул на конюшню. — А вы, стало быть, наше новое начальство?

— Можно и так сказать, — я изучал главное здание.

Магия защитная впечатляла. Здесь поработали Ткачи, не меньше. Интересно, сколько денег потратили? Чары разгадать мне пока не получалось, но сдаётся мне, команду Лапенко при штурме здесь ждала кровавая баня.

— Лёха, ты к делам, что ли, вернулся? — обратился он к сопровождающему меня Боярскому.