Чудный Нижний (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич - Страница 19

Упырь страдал так искренне, что Валерке его даже жалко стало.

— Ну не переживай, — пытался он утешить упыря. — Ты же в самом деле себя не контролировал. Бывает, что уж. Вон и Баюн тоже постарался! Смотри, как ногу мне располосовал!

Но Демьяна эти аргументы не отвлекали и никак не утешали. Неизвестно, до чего он дошёл бы в своём самобичевании, если бы в этот момент не появилась Мари, которая мигом отвлекла упыря от размышлений о собственной никчёмности.

— Господа, это было поистине восхитительно! — глаза у девушки горели от восторга. — Я так переживала, глядя на этот кошмар! Как же хорошо, что я сама не вступила на территорию этого бога! Он ведь мог и меня поработить! Очень, очень сильная сущность. В наших краях таких уже давно не осталось — всех вывели. И как же вы сражались! Когда мужчины сражаются насмерть — это поистине грандиозное зрелище! Вы — настоящие герои! Победить эту сущность… А ваше, Валерий, сопротивление внушению — это нечто совершенно невероятное, — Птицыну показалось, что в этот момент глаза Мари недовольно сверкнули, но она уже перескочила на другую тему:

— Вам нужно срочно перевязать раны! Вы — явно необычный человек, раз до сих пор не погибли, но помощь всё равно необходима!

Демьян мучительно застонал — он воспринял это как упрёк на свой счёт.

Регенерация у Валерки уже работала. Парень чувствовал, как закрываются раны. Болели они в этот момент ещё сильнее, а ещё безумно хотелось не есть даже — жрать! Он уже готов был отползти к лесу, и попытаться грызть кору на деревьях, но тут как раз прибежал Андрей Иванович с ребятами. И у них с собой был не только бензин!

Бутербродов было не слишком много, но с каким же удовольствием в них вцепился Птицын. Пожалуй, если бы кто-то попытался отобрать — Валерка бы не выдержал, напал. Пока он утолял голод, вурдалаки уже полили принесённым топливом кучу блестящих от времени щепок, оставшихся от божка и подожгли. Старое дерево горело неохотно, будто сопротивлялось. Не прекращая жевать, Валерка смотрел, как сгорает кусок лица. Казалось, что медленно обугливающийся глаз до самого последнего момента смотрел на парня с дикой, бессильной злобой.

Бутербродов, принесённых Андреем Ивановичем, катастрофически не хватало, но Валерка уже не помирал от голода. И даже смог идти. Рядом семенил Демьян — он всё никак не мог отойти от шока после своего «предательства». Даже перестал обращать внимание на Мари, чего с тех пор, как они познакомились с девушкой, с упырём не случалось. Радом брёл Баюн — пешком, потому что тащить его Валерка не мог, а вспрыгнуть на тролля кот стеснялся.

— Вообще ни черта не помню, — жаловался кот. — Как будто даже не спал, а просто — не было этого и всё. Вот только что мы видим поляну, покрытую какой-то гадостью с дурацким стариком в центре, а в следующую секунду у меня болит голова, и я смотрю на Орма. Чем это ты меня, кстати, так приложил, друг сердешный?

— Щелбан дал, — смущённо ответил тролль. — Я осторожно, чтоб мозги не сотрясти.

— Лучше бы просто придушил, как тех хорьков, — проворчал баюн. — Вон, встали и смылись, как ни в чём ни бывало. Как будто ничего и не было!

— В следующий раз придушу, — пообещал Орм.

— А мне больше интересно, что это за гадость такая была, — вставил Валерка.

— Старый кумир, — ответил Демьян. — Посвящённый кому-то из сыновей Чернобога. Может, Карачун, может, Кащей, а может, и вовсе Вий… хотя нет, последний точно отпадает. Я бы поставил на Кащея.

— Я думал, Кащей, как и Яга, давно ушёл на границу, — признался Птицын. — Помнишь, я рассказывал, как с ней встречался? Она говорила, что её больше Земля не держит, поэтому они были вынуждены уйти.

— Всё так, — кивнул Демьян. — И Кащей, Вий и прочие боги и полубоги давно ушли. Кто за грань, кто на границу, а кто и вовсе в неведомые пределы. Но какая-то часть, какие-то воспоминания — остались. Эти частицы смешивались с представлениями о том, какими они были, и вырастали новые личности. Разумные им поклонялись, просили помощи, приносили жертвы. Эти осколки души, если хочешь, тени прежних богов, обретали силы, обрастали новыми личностями — и становились такими, какими их помнят и представляют себе смертные. Вот и Кащей — он ведь никогда не был добрым или злым. Тот чародей, по слухам, вообще мало занимался людскими делами, его больше интересовала наука. А вот этот идол, что остался со старых времён воплотил в себе представления разумных. Потом разумные о нём забыли, забросили, его злоба и обида росла, как и желание новых жертв… в общем, княже, на будущее знай: такие вот старые капища лучше обходить далеко стороной. Здесь оно ещё слабое было, видно, давно забыто. Будь он самую капельку посильнее — пробрался бы и к тебе в голову. И тогда — пиши пропало, появились бы у него новые последователи. Не хотел бы я себе такой участи.

Возвращение вышло совсем не триумфальным. Народ тут же принялся расспрашивать вернувшихся, что произошло, и почему все такие побитые, но Валерка даже не думал что-то объяснять — он прямым ходом проследовал на кухню и принялся насыщаться. Оставшийся с утра плов зашёл на ура! В теле вновь проснулась бодрость.

— Нет, нафиг. Всё равно надо выспаться, констатировал Птицын, и побрёл в спальню. Бодрость оказалась какой-то неестественной — вроде горы готов свернуть, а ноги еле двигаются.

Заснуть парень не успел. Мысли начали путаться, он вот-вот готов был провалиться в сон, но тут дверь скрипнула. Сон слетел, как будто и не было. На пороге стояла Мари. Свет свечи, которую она держала в руках, очень выгодно обрисовывал изгибы женщины под прозрачным пеньюаром. Валерка тяжело сглотнул. Девушка плавно скользнула в спальню, подошла к Валерке, поставила свечу на прикроватный столик, скользнула к Валерке под одеяло.

Птицын почувствовал, что теряет голову.

«Нет, нет. Как же так⁈ А как же Алиса?» — мелькнуло в голове, а потом Валерка вдруг обмер от ужаса. Алиса! Как он мог о ней забыть⁈ За эти дни ни разу не вспомнил, а ведь обещал вернуться сразу же, как только вытащит тролля из кабака!

Мари была мгновенно забыта. Парень перешёл в верхний мир, даже не сдвинувшись, и оказался в другой своей спальне. Алиса была здесь, но не одна — на кресле возле двери сидел Лёха.

— Валера! Куда ты пропал⁈ — восклицание было произнесено почти хором, только старлей ещё добавил матерное окончание.

— У меня сестру с племянницей похитили, а ты пропадаешь неизвестно где!

Глава 9

Радей Тихославович удивляет всех своей дедукцией

В первый момент Птицын вообще ничего не понял. Спросил ошеломлённо:

— Какая сестра⁈ Какая племянница⁈

— Валер, ты тупой⁈ Моя сестра, Ленка! Ну, не сестра, жена брата, не знаю я как это правильно называется. И её дочка — Ольга! Моя племянница! — Старлей едва сдерживался, чтобы не заорать.

Птицын ошеломлённо тряхнул головой. В голове всё ещё плавал туман, соображать получалось с трудом. Но с каждой минутой парень приходил в себя всё быстрее.

— Стоп, подожди! Кто похитил⁈ — Валерка вскочил на ноги, и пошатнулся. Алиса испуганно ахнула, увидев раны.

— Твою-то дивизию, ты что, в блендер попал⁈ Что с тобой такое?

— Да нет, это Демьян, — отмахнулся проводник. — Что там с твоими родными, скажи, а?

— Ммать, да тебе не про родных надо, тебе лечиться!

— Почему Демьян? — Алиса тоже никак не могла взять в толк, что произошло. В общем, разговор грозил скатиться в откровенный бред. Кто-то должен был это остановить. Валерка глубоко вздохнул, и чётко сказал:

— Так, всё. Давайте будем говорить по очереди. Мои раны оставим на потом, тем более, они уже заживают. Лёш, рассказывай, что произошло, почему похитил, кто… вообще всю историю, пожалуйста. А то я пока ничего не понимаю.

Лёха и рассказал:

— Они мне ещё несколько раз звонили. Те фсбшники, о которых ты говорил, Весельчак У с Глотом, блин. «Алексей Романович, мы ведь с вами обоюдно понимаем, что просто обязаны будем сотрудничать. И, естественно, вы тоже не окажетесь в накладе. Я решительно не понимаю, отчего вы так упрямитесь!», — Лёха передразнил вкрадчивый голос Весельчака У. — А я не понимаю, чёрт побери! Ну, и уточнять, что за сотрудничество им нужно, тоже не стал, просто не хотел в это дело влезать. Думал, либо отстанут, либо сами объяснят, чего им нужно. Да блин, ну кто мог подумать, что они настолько отбитые⁈ Охреневшие от безнаказанности москвичи!