Наследник Мудрецов. Том 2 (СИ) - Романович Роман - Страница 18

К обеду добрались до деревни. О том, как будет выглядеть место обучения, Кощей не рассказывал. О процессе тоже мало что упомянул. Что нас ждёт, я не представлял. Тем интереснее было посмотреть, что нам уготовили.

Как и сказал, прибыли мы в самую обычную деревню на несколько десятков домов. Проехали её насквозь, удалились за частокол, проехали ещё немного вдоль поля и притормозили рядом с отдельно стоящими домами. Нам скомандовали выгружаться и строиться, что и было проделано. Как построились, со стороны домов вышел мужчина. Одет он был в охотничий костюм с синим плащом.

— Я старший наставник Грас, — сказал он, остановившись напротив нас. — Обращаться ко мне можно либо наставник Грас, либо старший наставник. Трое мужчин, стоящих рядом со мной, тоже наставники, представлю их позже. Вы все здесь собрались в рамках обучения от Бюро. Следующие четыре месяца мы с вами будем изучать одно мастерство — устранение одарённых.

Мужчина выдержал паузу, обвёл нас всех изучающим взглядом, но дураков болтать или привлекать лишнее внимание не нашлось.

— Изучать вы будете следующие дисциплины. Во-первых, различные техники боя, уместные против разных типов одарённых. За это отвечает наставник Агапий.

Упомянутый Агапий сдержанно кивнул, обозначая, про кого речь.

— Во-вторых, вы будете учиться искусству охоты, так как ваша работа подразумевает выходы за Грань. За это отвечает наставник Лоренс. — Ещё один кивок. — Последнее — изучение психологии одарённых и тактика. За что отвечает наставник Артур. С каждым вы познакомитесь позже. Где будете спать, мыться и есть — вскоре узнаете, а сейчас прошу за мной. Только не разбредайтесь и не ведите себя как стадо баранов, — добавил он, поморщившись.

Строя идеального не получилось, было к чему придраться, поэтому замечание верное.

Наставник Грас увёл нас куда-то дальше от дворов, к трём одиноким берёзам. Точнее, к месту рядом с ними. Оно было заметно издалека и накрыто крышкой. Которая поднялась в воздух и показала, что под ней глубокая яма.

— Рекомендую всем посмотреть внимательно. Это яма. Я человек понимающий и сострадательный, готов дать всем право на одну ошибку. Если вы нарушаете правила, не выполняете приказ, плохо учитесь или создаёте проблемы, отправитесь сюда. Ровно на сутки. Без еды, воды и крыши над головой. По аромату вы могли догадаться, что внутри ямы никогда не убирались, и это дополнительная причина туда не попадать. Но вы вроде как уже считаетесь взрослыми людьми, поэтому в эти детские игры мы с вами долго играть не будем. Права на вторую ошибку у вас нет. Зато у меня есть право отчислить вас. С последующей чёрной меткой в Бюро, как непригодных. На этом вводная часть закончилась, идём заселяться.

Миленькое начало. В прямом и переносном смысле. Пока рано делать выводы, но у тех же Барсов молодых гоняли до седьмого пота со всякими приколами типа дедовщины, карцера и различных наказаний. Яма на фоне этого никак не впечатлила. Не задирать никого, не подставляться, внимательно слушать, что говорят. Обычно с этим нет проблем, если не считать себя самым умным и не чхать на озвученные правила. По закону человеческого общества умники, которые захотят этим пренебречь, обязательно найдутся, но с этим буду отдельно разбираться. Если это в принципе меня коснётся. Если же в целом — пока ничего такого не вижу.

Первый день ничем особым не отметился. Всё прошло в рамках ожиданий. Нас с ходу разделили на группы и заселили в отдельные дома. Возможно, для других кандидатов этот процесс выглядел хаотично, но я-то видел, что разделение по Дарам идёт. Так мы вчетвером, те, кто с Властью, попали в один дом. Дом — это громко сказано. Скорее, барак. Здесь была открытая и закрытая часть. В открытой — пять коек. В закрытой — три. Парней оставили в открытой, девушке отдали на растерзание закрытую. В смысле, дали ей комнату, огороженную дверью со щеколдой. Насколько это разумно, селить нас под одной крышей, и насколько реально поможет щеколда, если кому-то из парней с Властью захочется свести с дамой более тесное общение, вопрос, который остался открытым. Лично я это воспринял скорее как психологический ход, чем реально ориентированный на безопасность девушки.

И дело тут не в том, что за такое за яйца подвесят. Просто злоупотреблять вниманием в отношении одарённой Властью — это надо быть совсем отмороженным.

Как бы там ни было, мы даже толком познакомиться не успели. На койках нас ждала новая форма. Мы быстро переоделись и через пять минут уже стояли на улице. Построились, нам сказали рассчитаться и назвать имя. Я встал тринадцатым. А имя интереса ради назвал Элай. Это мой позывной со службы, и лучше бы я его придержал, но, видимо, у меня мозги сейчас и правда не самым лучшим образом работают.

Дело в том, что первое правило работы с информацией гласит: не бывает такого, что информация полностью отсутствует. Человек может быть неприметным, сжечь себе отпечатки пальцев, не оставлять следов, идеально контролировать эмоции… Здесь можно привести сколько угодно пунктов, но каждый из них всё равно будет нести какую-то информацию. Если кто-то целенаправленно стёр отпечатки, повредив кожу, то это о многом говорит. Как и то, что нам дали возможность называть ложные имена, прямо об этом не сказав. Не один я такой возможностью воспользовался. Были и те, кто решил придержать часть информации о себе, выдав другую часть. Мелочь, но такие мелочи задают общий тон. Бюро занималось не только физическим устранением, но ещё и расследованиями. Врагов при такой работе нажить проще простого. Ещё и клятва, которая серьёзно ограничивала. Всё это означало, что нам предстоит иметь дело с тайнами. Сколько кандидатов вылетит, куда они потом отправятся, да кто же знает. Если озвучить своё настоящее имя, то это ниточка, за которую неизвестно кто дёрнет. Поэтому и говорю. Мысль не называть настоящее имя в голову пришла, а выдать что-то случайное — об этом уже не подумал. Не характерно для меня.

Хорошо, если причина в усталости. Плохо, если виноваты разные Дары, которые я поглотил. Надеюсь, хотя бы эти четыре месяца обойдутся без происшествий.

Мы рассчитались и назвались. Наставник Грас это зафиксировал и скомандовал бежать. Ну и побежали. А потом ещё бежали. Дальше бежали по полосе препятствий, которая нашлась в ближайшем подлеске. Дрались против друг друга — обычные учебные спарринги с целью оценить наш потенциал. Я поначалу ещё отмечал, кто на что горазд, а потом всё едино стало. Нас постоянно куда-то дёргали, давали новые вводные, заставляли показывать себя во всех направлениях. Не обошлось и без применения Дара. Старший наставник отвёл нашу четвёрку в сторону, и мы ему сдали нормативы. На дальность, силу, скорость, сложность, тонкость манипуляций. Вся наша четвёрка с заданиями справилась плюс-минус одинаково. Замечу, задания были базовые, весь потенциал раскрыть не могли, так что то, кто сильнее и опытнее, осталось неизвестным.

Прибыли мы до обеда. Гоняли нас до темноты. Вымотали так, что я только и мечтал, чтобы завалиться на кровать да ноги вытянуть. Остальные, судя по виду, в этом желании от меня не отставали. Возможно, поэтому никто и не спешил болтать да сближаться. Тупо сил не оставалось.

В конце был общий душ (девушек увели куда-то в другое место, мы же мылись прямо из бочек), переодевание в чистую форму, ужин и отбой. Как и задумывал, я добрался до кровати и завалился, с удовольствием вытянув ноги. Остальные выглядели ещё хуже. Кучерявый парень рухнул лицом вниз на кровать и затих.

А вот у единственной в нашей компании девушки были другие планы.

— Ну что, пацаны, — зашла она в общий зал, то есть нашу спальную зону. — Чего яйца развалили, как беременные тюлени? Так быстро сдулись? Тогда это упрощает дело, — сложила она руки на груди победно.

Небольшое лирическое уточнение. Пятнадцатая назвалась Сергеевной. Никто другой отчество не называл, а значит, это была попытка либо выделиться, либо поставить себя выше. Ведь к кому мы обращаемся по отчеству? К тем, кто старше. Подобные заходы с Даром Власти ожидаемы. Не скажу за двух других парней, но что имя-отчество, что её слова сейчас, что поза и снисходительный взгляд — для меня всё это выглядело очевидно, как элемент борьбы за власть.