Кодекс Императора III (СИ) - Молотов Виктор - Страница 9

— Ваше Императорское Величество, с этим будет проблема, — тревожно подметил князь.

— С моим человеком? — слегка улыбнулся император.

— Нет, Ваше Императорское Величество. Армия на севере не сплочена и разрознена. Каждый действует по своему усмотрению, и единое командование не поможет уладить ситуацию. Меня попросту не станут слушать. Особые проблемы возникнут как раз с самыми боеспособными полками: триста первым кавалерийским, восемьдесят первым танковым «Великий прорыв», семьдесят шестым мотострелковым и пятьсот шестым воздушно-десантным «Светлая ночь».

— За них можете не переживать, — совершенно спокойно ответил император. — Ими сейчас руководят надежные люди.

— Надежные? — переспросил князь, широко раскрыв глаза.

У него были совсем другие сведения. И князь сомневался, что император может быть не в курсе реального положения дел на севере, ведь Эльбрук лично посылал Дмитрию отчеты.

— Да, надежные. Те, кто устал играть роль пьяниц, подлиз и дилетантов. Скоро вы сами в этом убедитесь.

— Хотите сказать, что Горбунов, Пасечник, Стаканов и Дымкин все это время притворялись? — Эльбрук застыл… он попросту не мог скрыть изумления.

Он не раз общался с этими людьми и ни разу не заметил в их поведении и намека на притворство.

— Именно так. Только так они могли сохранить свои должности до сегодняшнего дня.

— Поразительно… — тихо произнес Эльбрук. — В таком случае задача упрощается.

— Уверен, что вы сделаете все как надо.

— Сделаю! Можете не сомневаться, — кивнул Эльбрук.

— В таком случае буду ждать первых отчетов.

Князь Освальд Эльбрук поклонился и вышел из кабинета. Еще не добравшись до своих покоев, чтобы собрать вещи, он получил сообщения. Отправителями были командиры тех самых полков, в надежности которых он сомневался. Все они выразили готовность немедленно выдвигаться в полном боевом составе.

Увидев это, Освальд Эльбрук громко рассмеялся. Так, что проходящие мимо слуги оборачивались на его смех.

Федор и Григорий Романовы мечтали войти в историю Российской империи какие-то десять-двадцать или же тридцать лет своего правления. Дмитрий же сделает это за год. Всего один год! Уму непостижимо!

Старшие цесаревичи совсем не думали о будущем империи — только о борьбе за престол. Дмитрий же никогда не был безынициативным, хоть всем именно так и казалось, но лишь потому что младший наследник сам того хотел.

Но он и не собирался бороться за трон. Он просто пришел и взял его, как и обещал это сделать не один раз. Все эти годы он готовился не к борьбе за власть, а к самому правлению. И сейчас вся эта выстроенная система хорошо работает на него.

Возможно, именно с таким императором у империи и будет шанс… Если, конечно, его не устранят. Слухи о заговорах уже ходили по дворцу — о чем Освальд Эльбрук немедленно доложил государю. На что Дмитрий Алексеевич лишь улыбнулся и ответил, что все давно предусмотрено. А иного Эльбрук от императора и не ожидал. Будь у него более легкомысленный подход, Дмитрий бы и вовсе не дожил до коронации.

Вновь улыбнувшись, князь направился в свои покои.

Ему пора готовиться к предстоящей войне. Ведь Эльбруки еще займут свое место в новой истории Российской империи.

Глава 4

Насир аль-Дин был одним из самых долгоживущих визирей в своем роду. Неделю назад ему перевалил восьмой десяток, а выглядел он максимум на пятьдесят — родовой дар делал свое дело. Но, несмотря на то, что сила визиря скрывала внешние следы старения, обычно она не увеличивала срок жизни правителей Персии.

Однако Насир аль-Дин рассчитывал прожить еще не меньше сорока лет, для чего нанял лучших целителей и велел им разработать новые техники продления жизни — специально для него. Пару лет назад у них получилось.

В кабинет визиря постучались, и Насир аль-Дин разрешил войти.

Трое подчиненных вошли и упали перед визирем на колени.

— О, Великий! В Российской Империи выбрали нового императора! — сообщил один из них.

Тон у человека был такой, словно его сейчас казнят за принесенные дурные вести.

— И полагаю, это не Григорий? — со вздохом спросил Насир аль-Дин.

— Нет, Великий! Это не он! — ответил помощник, продолжая смотреть в пол — он опасался смотреть в глаза своему правителю.

Ведь Насир аль-Дин был известен не только как старый и мудрый визирь, но и как довольно жестокий человек, который всегда добивается своего.

— Логика мне подсказывает, что это Федор Романов. Но почему-то у меня есть сомнения, что это он, — проговорил визирь и задумчиво продолжил. — Не может быть всё так просто в этой треклятой империи.

— Так и есть, о, Великий! Это Дмитрий Романов!

— Дмитрий? — удивился Насир аль-Дин.

Подобного поворота событий он не ожидал.

— Да, Великий! Ошибки быть не может.

Насир аль-Дин скорее ожидал, что на престол Российской империи сядет женщина… Ведь империи умеют удивлять. И подставлять.

А еще империя понимает, что она слаба, как никогда. И поставить на место императрицы женщину было бы логично и грамотно для того, чтобы сразу после коронации началась прямая конфронтация с персами. У Насир аль-Дин есть определенная репутация, и он не посмеет объявить войну женщине, согласно законам и традициям его собственной страны.

Визирь был великим политиком и понимал, что объявление войны женщине напрочь бы уничтожило его репутацию. А ее не выкупишь за золото, не выкупишь на заводах, не сможешь украсть.

Если бы во главе Российской империи встала женщина, то война бы отложилась на долгое время. Потом бы императрица вышла замуж, и у визиря развязались бы руки.

Насир аль-Дин усмехнулся. Ему самому было смешно от этой причины не начинать войну с Российской империей, но с традициями не поспоришь. В Персии есть свои порядки, обычаи, нравы, и с этим ничего не поделать.

Но империя упустила свой шанс отложить нападение. А потому нужно действовать здесь и сейчас.

— Свободны! — бросил Насир аль-Дин помощникам и вышел из кабинета.

В сопровождении стражи он отправился в свой координационный центр, который находился в пяти минутах ходьбы от кабинета.

Стоило визирю зайти, как все начали кланяться.

— Покажите мне фотографии с коронации Дмитрия Романова, — жестким тоном приказал Насир аль-Дин.

— Конечно, о, Великий! — ответил один из работников, и на большом экране показалась фотография нового императора Российской империи. Сразу после того, как на него надели корону Первого императора.

Насир аль-Дин всмотрелся в изображение и сомнения отпали. Удивительно, что на совете империи выбрали самого младшего из наследников.

Визирь хорошо помнил информацию о цесаревиче Дмитрии из предоставляемых отчетов. Там он представлялся как тихий, смирный, без амбиций, а тут вдруг резко становится императором.

Но этот взгляд… Каждый раз, когда Насир аль-Дин смотрел на фотографии Дмитрия, он останавливался на взгляде. Так и сейчас зацепился. Но визирь не мог даже сам себе объяснить, что именно он там увидел. Словно это не взгляд двадцатилетнего парня… Словно он смотрит в глаза своему ровеснику, но подобного в принципе быть не может.

Насир аль-Дин выбросил эти мысли из головы и строго обратился к одному из доверенных аналитиков:

— Подготовьте приглашение для нового императора Российской империи. Сообщите ему, что я хочу видеть его на своем приеме в следующие выходные. Нашим странам есть о чем поговорить.

Мужчина поправил очки на носу и осторожно ответил визирю:

— Судя по нашим предположениям, император не прибудет.

— А мне это и не нужно, — ухмыльнулся Насир аль-Дин. — Чем больше поводов для войны, тем лучше для нас. Если он не приедет к нам, то мы приедем к нему. Вот только с нами будет целая армия.

Сергей Буравочкин сидел в номере одного из самых дорогих отелей столицы и смотрел новости на большом экране телевизора. Сейчас там в прямом эфире показывали коронацию нового императора Российской империи.