Кодекс Императора III (СИ) - Молотов Виктор - Страница 23

— Рад вас видеть, Лю Цзяньлун, — говорю китайскому императору. — Я же обещал лично к вам приехать чуть позже. Решили не дожидаться визита? — уточнил я.

Лю Цзяньлун был восьмидесятилетним стариком, но выглядел он максимум на пятьдесят. Он был худой и низкий, как и многие представители китайского народа.

— Дмитрий Алексеевич, мне прекрасно известно, что Российская империя сейчас находится не в лучшем состоянии, — ответил он на русском с небольшим акцентом. — Мне не хотелось пользоваться моментом и вытаскивать вас из империи.

Китайский язык я знал хорошо, хоть и не собирался это афишировать. В своей первой жизни мне довелось участвовать в войне с Китаем, там я и узнал очень многое о традициях этого народа, живущего по соседству с нами на восточной стороне.

— И я благодарен вам за это, — кивнул я. — Так позвольте поинтересоваться, зачем вы приехали?

— Хотел бы заключить ряд сделок. О поставках древесины, техники и нефти. Вот здесь можете ознакомиться с предложением, — Лю Цзяньлун протянул мне несколько папок. — Наши страны всегда дружили и торговали. Конечно, были и неудачные года, но у кого их не бывает.

— Вы правы. И самый мудрый путь — это найти способ примириться, — сдержанно кивнул я.

Я принялся изучать документы. Это заняло не больше десяти минут. Я задал несколько уточняющих вопросов, и император Китая любезно пояснил каждый пункт.

Договор был максимально прозрачный и выгодный для обеих сторон, без какого-либо подвоха. Подобные заключались и ранее с прошлыми императорами империи, но поскольку теперь сменился правитель, договора нужно было обновить, как и некоторые условия.

— Хорошо, меня все устраивает, — киваю я и подписываю бумаги.

— Благодарю, — поклонился император. — Приятно видеть, что на троне Российской империи сидит мудрая обезьяна.

В Китая обезьяна считалась мудрым богом. Это выражение считалось у них комплиментом, а не оскорбительным, как могли бы воспринять его большинство моих сородичей.

В Азии очень любят выражения, связанные с животными-богами, которыми они поклоняются. И китайцы очень часто сравнивают их с людьми.

— Приятно видеть своего императора-соседа не только мудрой обезьяной, но и журавлем, которому с высоты виднее истина, — почтительно ответил я.

— Кто умеет ждать, всегда получает награду, — слегка улыбнулся Лю Цзяньлун.

— Истинная мудрость. И я безмерно рад, что у Российской империи еще остались верные друзья.

— Дмитрий Алексеевич, если вы не против, утром я уеду, не хочется задерживаться в столице. Но перед отъездом организуйте мне пресс-конференцию. Стоит выставить все в лучшем свете, чтобы мой ранний отъезд не казался людям вашей неудачей.

— Благодарю, распоряжусь об организации. Вы сегодня сделали много дружеских и интересных жестов, и я это очень ценю.

Еще до моего воцарения на престол, между нашими странами имелись договора и обязательства, и согласно им Российская империя просрочила на полгода поставку древесины и некоторых других товаров. Китайская сторона запросто могла сегодня это стребовать с империи, но вместо этого они сказали, что никаких санкций и штрафов не будет — их устроит, если они просто получат то, что им причитается. А я позабочусь, чтобы эти обязательства были исполнены в самое ближайшее время.

Хотелось бы отплатить за добро той же монетой, поэтому я осторожно обратился к Лю Цзяньлуну:

— А не хотели бы вы стать моим деловым партнером в одной сделке?

— В какой? — прищурился он.

— По этому контракту обе наши страны могут заработать довольно много денег, — я достал заранее заготовленные бумаги и протянул императору. — Я передаю вам долг другой страны, а как только они вернут его вам, вы вернете половину обратно в казну Российской империи.

Лю Цзяньлун внимательно изучил контракт, и его брови взметнулись вверх. Он усмехнулся:

— Фактически вы просто передаете мне такую огромную сумму денег.

— Все верно.

Мы немного обсудили сделку, и китайский император удостоверился, что никакого подвоха здесь нет.

— Это очень интересное предложение, Дмитрий Алексеевич. Это будет мой подарок для тех партнеров, которые умеют вести дела честно, — киваю я.

Насколько мне известно, у Греции сейчас очень напряженные отношения с Китаем. Этот ход должен хорошо сработать.

— Пожалуй, я соглашусь, — с улыбкой ответил Лю Цзяньлун. — Деньги лишними не бывают, особенно когда они идут в казну империи.

Мы подписали документы о передаче прав на контракт о государственном долге в пользу Китая. И я остался довольным — Греция точно будет довольна!

Ариадна Мегали вернулась в Грецию, и сразу после прилета направилась на аудиенцию к королеве и королю, которые уже ждали ее с отчетом.

Она заранее отрепетировала то, что скажет, и была уверена в своих словах. Надеялась, что властители оценят, как она смогла провернуть запасной план.

Вот она заходит в большой тронный зал. На лице сияет победная улыбка. Ноги ступают по ковровой дорожке.

В конце зала на постаменте стоит два высоких трона, где сидят король и королева, точь-в-точь похожая на нее. Король выглядел хмурым и серьезным. Сейчас он казался чуть старше своих лет, хотя было ему всего лет сорок.

— Приветствую Вас, Ваше Величество! — кланяется Ариадна. — Разрешите доложить?

— Давай, — коротко отвечает король Николаос.

Ариадна отмечает, что сегодня он явно не в настроении. Но ее новости должны слегка пролить свет на мрак в его душе. За Николаоса Ариадна всегда переживала больше, чем за королеву. Она никогда не признавала этого вслух, но девушка-двойник была тайно влюблена в своего господина. И была на многое готова ради него. Но умом понимала, что по-настоящему она никогда не заменит реальную королеву. За это девушка ненавидела реальную Ариадну Мегали, и ненавидела ее имя, которым ей приходится называться.

— Император Российской империи вел себя как ребенок и тупица. У меня сложилось впечатление, что он в самом деле умственно отсталый. Однако вокруг него много умных советников! Они и подсказали о договоре, который был плохо составлен с нашей стороны. Советую вам наказать тех, кто этим занимался, — с гордо поднятым подбородком закончила Ариадна.

Она была уверена, что король и королева точно не имели отношения к этому договору. Они поручили его составить королевским юристам, а сами, не факт, что вовсе видели его вживую.

— Пришлось действовать по запасному плану. Я заключила эту сделку с Федором и Григорием Романовыми, — продолжила Ариадна. — Поездка прошла достаточно удачно.

— Хорошо, — процедил король, и это девушке не понравилось, но внешне она никак не отреагировала. — Скажи мне, что ты такого сделала в своей удачной поездке, что теперь наша страна должна два миллиарда⁈

Ариадна выпучила глаза. Она ничего не понимала. Какие еще два миллиарда?

— Но как? Я не понимаю, Ваше Величество, — ее голос стал тише.

— Старый долг перед Российской империей за помощь в войне с Испанией, о котором они молчали девяносто лет, — строгим тоном отвечает король.

— Зачем вам платить этому глупому мальчишке? — тихо усмехается Ариадна. — Или вы думаете, что его флот вдруг может оказаться у наших берегов? Уверяю, бояться его не стоит.

— Не стоит? — повел бровью король. — Может ты и права насчет мальчишки. Но в таком случае почему этот долг потребовал от нас Китай⁈

— Что? Как? — Ариадна открыла рот, но не смогла внятно ответить.

— Вот я и спрашиваю, что ты такого сделала, что Российская империя решила отказаться от двух миллиардов и передать их Китаю? — голос короля стал громче, и эхом отразился от стен.

Тело Ариадны задрожало. Давно она не испытывала такого страха. Она не знала, что делать в подобной ситуации и как загладить свою вину.

Надо было вести себя сдержанней. Мальчишка-император оказался не только умным, но и мстительным!

— Глупец просто лишил страну двух миллиардов, — хмыкнула Ариадна, а больше она не знала, что сказать.