Падение Валькирии (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 58

На лице офицера отразилась сложная гамма чувств, но высказывать он свои мысли не стал.

— Транспорт заканчивает предполётную подготовку.

Валькирия вернулась в ангар к остальным в тот момент, когда туда же заходил Доппельгангер, по очевидным причинам броню не носивший, ограничившись армейской формой. Патриоты встретили его неприязненными взглядами, расположившаяся в стороне от остальных Бестия никак не отреагировала, Негатив, сидевший среди патриотов, наблюдал. Вопреки ожиданиям Доппель пошёл не к Бестии, а к патриотам.

— Товарищи! Коллеги! Напарники! До того, как мы ради торжества американской демократии вероломно вторгнемся в суверенное государство и, неся террор и разрушения, свергнем неугодную власть ради установления угодной, нужно разрешить одну важную дилемму.

К неприязни патриотов добавилось недоумение. Бестия вздохнула и покачала головой.

— Ты что, коммунист? — спросил Негатив.

Доппель поднял руки в отрицательном жесте.

— Вовсе нет! Наоборот, я, как истинный патриот, всеми руками за! Больше американского доминирования! Больше узаконенного насилия! — заверил Доппельгангер. — Вопрос касается нашего взаимодействия.

Заканчивая слова, он как раз дошёл до патриотов, а Валькирия успела дойти до Негатива.

— Держись от нас подальше, — сказала Стигма. — Этого взаимодействия вполне достаточно.

Доппель поднял указательный палец.

— Именно об этом я и хотел сказать! Вы все знаете, как работает моя сила. И ожидаемо шарахаетесь от меня, как от прокажённого. И это очень плохо, товарищи! Потому что, что б вы знали, спонтанно это не происходит. И если я брошусь к вам во время боя, это не значит, что я хочу злостно вас схавать. Это значит, что я хочу закрыть вас собой, либо выдернуть из-под удара.

Теперь на лицах патриотов с удивительной слаженностью отразился скепсис.

— Или всё же схавать, пока никто не видит, чтобы текущий облик выставить мертвецом и незаметно занять новое тело, — предположил Козырь.

Доппель поморщился.

— Не, определённо нет. Я, вообще-то, наиболее уязвим именно во время переноса. И делать этого в бою однозначно не буду, потому что банально подставлюсь.

— В бою с Тайфуном тебе это не мешало, — напомнила Стигма.

— Я могу парализовать прикосновением, — ответил Доппель, — и в тот момент я хотел сделать именно это.

Когда ему не поверили, что было написано на лицах, Доппель признал:

— Ну, может быть потом, в своей берлоге, я бы и захватил новое тело… Но не в бою! Да мне проще тогда врага захватить! Согласитесь! Если я захвачу Энтропию, всё станет совсем по-другому!

— Не думаю, что хочу, чтобы в твоих руках находилась такая сила, — честно признался Негатив.

Доппель кивнул.

— Могу понять почему. Не обижаюсь. И, эй! — он ткнул в Валькирию. — Ты же знаешь! Подтверди! Если я долго изображаю другого человека, то перестаю нормально осознавать себя и теку крышей.

Валькирия со вздохом подтвердила:

— Да, он рассказывал об этом, это правда.

— Вообще, у меня задача стоит: найти место, где мне не придётся изображать другого! Чтобы вы все воспринимали меня именно как меня! Джона! Всё дерьмо в моей жизни, то гнусное положение, в котором я нахожусь сейчас, всё это следствие того, что я изображал другого человека. Для меня единственный шанс вырваться из этого порочного круга — найти команду, которая меня примет.

Доппель заглянул каждому патриоту в лицо.

— Если вы просто не будете от меня шарахаться, я наизнанку вывернусь, чтобы вас защитить. Ну, около того, окей?

Патриоты перевели вопросительный взгляд на Валькирию. Девушка кивнула:

— Он не врёт.

И, подавая пример, сняла бронированную перчатку и протянула Джону руку. Парень благодарно кивнул и аккуратно пожал протянутую ладонь, оглядев остальных.

— Видите? Ничего не произошло!

Негатив, неодобрительно смотревший на рукопожатие, спроси:

— А в горячке боя, когда Энтропия начнёт раскладывать тебя на атомы, ты не начнёшь поглощать того, кого держишь за руку? Просто из желания выжить?

Джон отрицательно покачал головой.

— Не, я как раз лучше в этом теле останусь. Оно может обернуться воздухом. Куда больше шансов удрать. А при смене тела я уязвим. Так что нет.

Вектор поднялся и вторым пожал руку Доппельгангеру. Козырь поморщился, но тоже это сделал. Стигма демонстративно отвернулась.

— Ко мне не прикасайся.

— Ребекка, — обратился к девушке Вектор.

— Я своё слово сказала. Не хочу, чтобы это ходячее напоминание о том, каким был Сэм, ко мне прикасалось. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь.

Доппельгангер вздохнул и развёл руками.

— Ну… Может быть, позже. Когда я буду в другом теле, да? — он с улыбкой обвёл взглядом патриотов, но одобрения не увидел. — Я не это… В смысле, я ничего не говорил. Забудьте.

Джон поспешил отойти в сторону под взглядами остальных. Негатив посмотрел на Валькирию и «подумал» о ней, чтобы привлечь к себе внимание. Девушка обернулась и подошла ближе. Парень выполнил жест одной ладонью, обводя в воздухе небольшой круг.

— Он действительно не врёт? — спросил Чарльз.

— Нас не слышат? — уточнила девушка.

Негатив серьёзно кивнул. Тогда Валькирия ответила:

— Он настолько искренно хочет найти друзей, что ощущается, как ребёнок. Никакой лжи, даже намёка на сомнение.

— Предлагаю после операции допросить его с пристрастием. Моя сила вместе с твоей позволят докопаться до самых сокровенных его желаний.

Валькирия кивнула.

— Да, сделаем это.

— И ещё. Нельзя позволять ему захватить Энтропию. Если его способности наложатся на её силу, мы можем получить концептуально неуязвимого ублюдка, недосягаемого даже для твоей и моей силы. Не хочу проверять это на практике.

— Да, звучит, как худший ночной кошмар.

В ангар пришёл Хёрт. Директор выглядел спокойным и невозмутимым. Он спокойно пошёл к Валькирии.

— Транспорт готов, — огласил директор.

Металюди поднялись со своих мест и подошли к Хёрту, обступив его полукругом.

— За подготовку половины из вас я ответственен сам, — Джек посмотрел поочерёдно на Валькирию, Вектора, Стигму и Козыря. — Одного из вас очень сложно убить, — взгляд на Доппельгангера. — Один очень хитрозадый, — взгляд на Негатива. — Одной придётся положиться на остальных, — взгляд на Бестию. — Вы готовы настолько, насколько возможно. Цель ясна и достижима. Вы не герои бульварного романа, а по сути, солдаты. Солдаты, перед которыми стоит прямая и понятная цель. Вы не превозмогать финального босса летите. Вы летите выполнять свою работу. Пришли, отработали по инструкции и ушли. Никто не геройствует. Вы отправляетесь за Крысоловом, потому что он вам по силам. Всё поняли?

— Сэр, да, сэр, — ответили патриоты хором.

— Отлично! Вперёд!

Металюди двинулись к выходу, а от него к ожидающему MC-130J Commando II. Хёрт подошёл к выходу из ангара и остановился. День клонился к вечеру, но из-за тёмного неба этого не было заметно. Вдали сверкнула молния. Хёрт достал сигарету и закурил.

Глава 42

5 апреля 2016 года

Военно-Морская База Его Величества Портсмут, Портсмут, Гэмпшир, Англия

— Все три группы развернулись и уходят на запад, — сообщил молодой офицер. — Оперативная эскадра остаётся на месте.

Капитан военно-морской базы повернулся к молодому мужчине, что стоял у окна.

— Даже если они производили сброс в самом близком к берегу месте, это тысяча километров, — прикинул капитан.

— Валькирия на одном из выступлений почти достигла скорости звука, — напомнила Аркада. — Пусть с такой скоростью она может двигаться только по прямой, но это значит, что они будут здесь максимум через четыре часа.

— Раньше, Аркада, — тихо ответил Крысолов. — Отслеживайте все три группы. Я хочу знать, когда три транспортных самолёта превратятся в четыре.

— Думаешь, у Негатива хватит сил спрятать целый самолёт? — засомневалась девушка.