Крик потревоженной тишины. Книга 2 - Дубравин Матвей - Страница 13

Настало время вспомнить всё, что Маркус знал по психологии. Сначала следовало примерно выяснить характер кассирши.

– Душный сегодня день, – притворно посочувствовал Маркус. – А у вас небось так совсем парилка?

– Ох, и не говорите! – отозвалась кассирша. – Я тут уже чуть не сварилась. Денёк так себе.

– Тяжёлая работа у вас, – кивнул Маркус. – Ну да ладно: заговорил вас, поэтому сразу отправлю письмо и не буду вас беспокоить. Бумага и конверты на том столе? – Он махнул рукой в сторону стола в маленьком холле.

– Если вы не хотите говорить или торопитесь, – ответила тронутая деликатностью клиента кассирша, – то, конечно, пишите письмо. Но знайте: меня вы не обременяете. У нас сегодня вообще нет народа.

«Отлично, – решил Маркус. – Она настроена на диалог».

– Странно, что у вас нет посетителей. Вроде обычный рабочий день. Отделение у вас, конечно, не крупное, но думаю, вы развозите почту в самые разнообразные места, разве нет?

– Нет, что вы! – вздохнула кассирша. – Было бы так – мы бы уже сделали тут ремонт. Или поставили бы систему охлаждения. Знаете, продаются такие: они выпускают холодный пар и делают воздух влажным и прохладным. Это полезно и для глаз, и для носа. Но стоят они дорого.

– Откуда же вы вообще берёте деньги? – искренне полюбопытствовал Маркус.

– К нам частенько обращаются иногородние клиенты, которые не хотят переплачивать. Мы копим письма до месяца, а потом пачками их развозим. Иногда к нам забегают и случайные клиенты. Дела идут лучше перед праздниками. Тогда у нас много народа и все отправляют открытки. Обидно, когда их на всех не хватает. Ну, порой у нас покупают марки заядлые коллекционеры. Заходят и за лотерейными билетами. Некоторые последние деньги на них спускают.

– А вы поощряете? – оскалился Маркус, но тут же взял себя в руки. – Ладно, не будем об этом.

– Спасибо, – кивнула кассирша. – Так что только этими средствами мы и перебиваемся. Если бы не лотерея и открытки, мы бы совсем разорились.

– Но ведь письма бывают разные. За иные можно получить много денег, если они на качественной бумаге и требуют дорогих марок.

– У нас таких не отправляют, – пожаловалась кассирша.

– Да ладно? Совсем? – удивился Маркус. – А я как раз хотел отправить письмо королю. Для этого нужна дворцовая марка, чтобы письмо пропустили, а также королевская марка, чтобы письмо положили лично его величеству в ящик для писем. Ну и бумага нужна плотная и мелованная, сами понимаете.

– Королю? – вздохнула от волнения женщина. – Да что ж это такое-то происходит? Неужто я чего-то не знаю? До вас был человек, который тоже во дворец письмо отправлял.

– Наверно, он отправлял его вице-королю. Ахель, должно быть. Я его знаю.

– А, так вы знакомые, – проговорила кассирша. – А почему вы ходите в наше отделение?

– Так надо в силу ряда причин, – уклончиво ответил Маркус. – Знаете, в крупных отделениях почты есть шпионы, которые могут вскрыть письмо, которое должно быть скрыто от посторонних глаз. А ещё некоторые выдают себя за других. Приходится создавать особые приметы на конверте, чтобы понимать, кто свой, а кто лишь маскируется.

– Ужас! Это же измена Родине! – вздохнула женщина.

– Нет, всё не до такой степени запущено. Мы работаем над тем, чтобы дело не вышло из-под королевского контроля, – успокоил её Маркус. – А могу я взглянуть на конверт и убедиться, что его отправил именно Ахель, а не подставное лицо?

Кассирша напряжённо сглотнула.

– Видите ли, – сказала она, – я его уже отправила.

– Давно? – испуганно спросил Маркус.

– Около часа назад. Почтальон повёз его во дворец. А это очень важно для вас?

– Довольно важно. Ну, раз вы уже его отправили, то едва ли мне тоже необходимо посылать письмо.

Кассирша расстроилась.

– А чтобы вы сохранили это в тайне и не расстраивались, вот вам немного денег. И вам не придётся делить их с начальством. Они – лично ваши. – Маркус положил на стол две золотые монетки.

– Правда, не стоит. Это так неудобно! – запротестовала кассирша.

– Неудобно сидеть на жаре, – отмахнулся Маркус. – А в этом ничего такого нет. Что ж, прощайте!

И он вышел на улицу. Значит, за письмом придётся охотиться. Хорошо, что на нём простая одежда, а не плащ Ордена Отречения. Иначе он вызвал бы много лишних вопросов. Правда, у него при себе был значок Ордена с его символом. Он мог в случае необходимости показать его, но лучше этого избегать, ведь Ален приказал ему после приезда сразу же ехать во дворец, не мешкая. Значит, о его походе на почту знать никто не должен. Однако… ведь он же едет как раз во дворец! А это уже повод воспользоваться своим значком.

Повозка тут не подходит. Нужен автомобиль.

Вскоре машина появилась. Маркус быстро достал из кармана значок и прикрепил его к рубашке. Затем он рукой показал, что ему нужно сесть. Помочь члену Ордена Отречения всегда считалось большой честью.

– Пожалуйста, во дворец! – попросил Маркус. – Я очень тороплюсь!

Машина мчалась на всех парах до тех пор, пока не выехала на магистраль. Там образовалась пробка: чья-то лошадь подвернула ногу и её пытались убрать с дороги. Маркус поблагодарил водителя, вышел из автомобиля и побежал вдоль дороги. До дворца было около пяти километров. Когда он достиг начала затора, то попросил позволить ему вмешаться. Склонившись над лошадью, он воззвал к Закону и приложил к её ноге ладонь. Раздался сильный хруст, лошадь заржала от боли, рывком встала и пробежала несколько метров, таща за собой повозку. Ездок был вне себя от радости, ведь лошадь уже не хромала и резво неслась вперёд. Он бросил Маркусу монетку, которую тот поймал в воздухе и тут же бросил ездоку обратно, тут же помахав ему рукой с просьбой остановиться. Горожанин остановился.

– Будь добр, довези меня до дворца. Тут недалеко, – попросил Маркус.

Горожанин даже не стал спрашивать у Маркуса, кто он такой.

– Конечно, – отозвался он и погнал вперёд по дороге. – Торопитесь? – спросил он.

– Очень, – признался Маркус. – Дела неотложные.

– Вы служитель Зала Явлений? – поинтересовался горожанин.

– Нет, не буду присваивать их титулов. По мне, я и не достоин там служить.

– Позвольте, откуда же вы? Я бы тоже вступил в это общество.

– В Орден Отречения? – засмеялся Маркус. – Побойтесь Закона! Хотя, если чувствуете силы…

– Нет уж, не стоит, – засмеялся в ответ горожанин и подстегнул лошадь. – Вы ребята хорошие, но я бы к вам не присоединился. Лучше я просто вас подвезу. Приятно помочь таким людям. К тому же, хотя мне совсем в другую сторону, мне очень повезло вас встретить. Без лошади я как без рук. Эта бы погибла, мне пришлось бы брать кредит, чтобы купить новую.

– То есть лошадь вам совсем не жалко? – сощурившись, спросил Маркус.

– Ну, это тоже, – формально ответил ездок. – Думаю, минут через пять приедем. Успеваете? – поспешил он сменить тему.

– Не знаю, – признался Маркус. – Надеюсь, что да. Чем раньше – тем лучше.

– Я слышал, что члены Ордена Отречения редко ходят по городу.

– Я сам не очень-то доволен нынешним положением дел. Да и выходил в последний раз года четыре назад. А теперь, прошу, давайте помолчим. Мне нужно как следует отдышаться после бега и кое-что обдумать.

– Как вам угодно, – с облегчением отозвался горожанин.

За поворотом показался дворец. Через пару минут повозка уже подъехала к пышной ограде.

Маркус спрыгнул на брусчатку, отпустил повозку и, показав значок, быстро миновал охрану. Его путь лежал к заднему двору, где принимали почту. Иногда к ним, в пещеру Ордена, заходил почтальон, чтобы забрать письма. Глава Ордена часто писал во дворец, и в разговоре с ним почтальон как-то и проговорился, куда именно он доставляет письма. Маркус знал, что всякая информация может быть полезна, и хорошенько запомнил это.

Пройти непосредственно во внутренний двор Маркусу сразу не удалось. Охрана тут была уже не столь дружелюбна. Маркус, конечно, мог бы раскидать их по сторонам, но они не были его врагами, а просто честно выполняли свои обязанности. И Маркус честно выполнял свои. Только вице-королю о них лучше не знать.