Тень Империи: Забытая Академия (СИ) - Лим Дмитрий - Страница 24

В её глазах была красная искра, гласящая об опасности. Моё настроение при виде этого «цвета» тут же ухудшилось. Опыт вчерашнего вечера въелся в мою память надолго. И ещё раз махаться с ней я не хотел.

Кровососы — слишком уж непредсказуемые персонажи. Кто знает, что будет, если она начнет драться на всю катушку?

— Пошли, — неожиданно велела она, оборачиваясь ко мне спиной. — Поговорим, Бурдин.

Не дожидаясь ответа, она вышла в коридор. Я проводил взглядом её удаляющуюся спину, на мгновение задержался взглядом на оцепеневшем придурке и последовал за Татьяной.

В коридоре было на удивление тихо. Татьяна шла быстро, почти не оглядываясь, будто боялась, что я передумаю. Я старался не отставать, гадая, что ей нужно. Неужели она решила продолжить вчерашнее представление? Или, что ещё хуже, придумала что-то новое, более изощрённое? Мысли роились в голове, как потревоженные осы.

Она остановилась у окна в конце коридора, обернулась и посмотрела на меня изучающим взглядом. В её глазах больше не было красной искры, только холодная отстранённость. Это немного успокоило, но напряжение всё равно не спадало.

— Свидерский обманул тебя. С Орианой у меня был договор: попытаться тебя достать. Я его выполнила.

— И что с того? — огрызнулся я. — Мне до этого какое дело?

— Она — одна из нас, Бурдин. Первая категория нежити, способная пользоваться как нашими силами, так и стихийной магией. Ты понимаешь, что она всё равно тебя не оставит в покое?

Такое я уже слышал. И, если честно, не боялся. Ну и вправду, а чего бояться-то?

Будет проблема — я решу её. Будет подстава — выпутаюсь. Понятное дело, что мне всё это непривычно. Магия там, хреномантия и всё в том же духе. Но, как показала практика, Таньку же я отделал.

— Ты думаешь, что справишься с Орианой? — в голосе Татьяны прозвучало сомнение, и это задело меня.

Я же не мальчик, чтобы меня недооценивали.

— Справлюсь, — твёрдо ответил я. — С тобой же справился. Чем она лучше тебя?

— Ориана намного сильнее меня, — призналась она. — И она не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего. Она будет играть грязно, использовать твои слабости.

Я усмехнулся. Слабости? У меня? Это ещё надо посмотреть. Но признавать этого вслух не стал. Вместо этого спросил:

— И зачем ты мне всё это рассказываешь? Решила вдруг стать моей союзницей?

— Я хочу, чтобы ты был готов, — ответила Татьяна, избегая моего взгляда. — Островские… они никого не щадят. А ты теперь любимая игрушка их наследницы.

Я нахмурился. Любимая игрушка? Звучит отвратительно. Не то чтобы я мечтал о каком-то особом статусе, но такое определение явно било по самолюбию.

— Что значит «любимая игрушка»? — процедил я сквозь зубы. — Объясни нормально.

Татьяна вздохнула, всё ещё избегая моего взгляда.

— Ориана… она очень властная. Привыкла получать то, что хочет. Ты ей понадобился. Почему? Я думаю, ты и сам можешь ответить на этот вопрос.

Ну да, в целом мог. Я наследник рода, чьими активами владеет её семья, а также владелец очень редкого дара.

— В общем, ты с ней что-то не поделила, проиграла мне и пытаешься сгладить вину. Понял.

После моих слов на её лице появилась маска удивления. Она подняла брови, округлила глаза и приоткрыла рот. У меня появилось впечатление, что она обрушит на меня целую тираду на мой счёт, но она быстро успокоилась.

Еле заметно улыбнувшись, она просто растворилась прямо передо мной.

Я бежал по ступенькам в каком-то административном корпусе реального университета. Мне навстречу попадались ребята из вполне вменяемого вуза. Не такие, как я!

Меня терзало смутное сомнение, что планшет привёл меня не в ту арку, но вскоре я убедился в обратном. Когда стрелочка на экране этой волшебно-магической хрени указала мне на двери кафедры по юриспруденции, всё изменилось. Стоило мне столкнуться с каким-то мужчиной в нелепом костюме и ворваться в двери аудитории, как я оказался совершенно в другом месте.

Если пять минут назад я вышел из «портала-арки» в самое обычное учебное заведение, то сейчас оказался в каменном зале. В огромном.

На вскидку — средневековье, не моложе. Хех. В общем, кафедра по «Истории настоящего мира» встретила меня недовольно. Я опоздал ровно на минуту и сбил речь профессора, который пялился на меня как на кусок говна.

Старик, облачённый в мантию, больше напоминал откровенного бомжа, чем светило науки. Его сморщенное лицо выражало крайнюю степень раздражения, а глаза метали молнии. Аудитория, заставленная длинными деревянными столами и лавками, была полна студентов. Все взгляды были прикованы ко мне.

— Прошу прощения, но…

Я не договорил. Он прервал меня взмахом руки.

— Молчать! Кто вы такой и что себе позволяете?

Блин, да что я позволяю? Опоздал и опоздал. Я же не специально это сделал. В общем, разглядывая старика, молчал, ожидая, что он ещё сморозит. А профессор, в свою очередь, изучал меня.

Напряжение в аудитории росло. Слышно было лишь тиканье часов на дальней стене. Профессор наконец оторвал от меня взгляд и прошёлся вдоль кафедры, поправляя свою, казалось, вечно сползающую мантию:

— Что ж, раз вы не желаете представиться, я сам это сделаю, — проскрипел он, обращаясь уже ко всей аудитории. — Это, видимо, очередной «гений», решивший, что ему позволено плевать на расписание и правила. Молодой человек, вы хотя бы понимаете, что нарушили не просто ход лекции, а саму ткань академического процесса?

Твою мать. Ещё чуть-чуть, и заржу. Такого показательного «выступления» я ещё не видел. Оно было «лучшим» из всех телесериалов, просмотренных мною. Это звучало настолько нелепо и пафосно, что… мои щёки залились краской. Я насильно сдерживал вырывающийся смех.

— Ладно, — вздохнул он, словно устав от моего молчания. — Не буду тратить драгоценное время на выяснение вашей личности. Студент, покиньте аудиторию и подумайте над своим поведением. И больше я не желаю вас здесь видеть.

Молча кивнув, я развернулся и только было отправился на выход, как появился «особый» гений. Одна из сестёр Марковых:

— Это Максим Бурдин. Такой же стихийник, как и мы с сестрой!

Этот выкрик стал первым гвоздём в крышку моего гроба. Профессор тут же рявкнул мне: «Стоять!», а затем почему-то решил, что я умник.

Когда он велел пройти в аудиторию, занять свободное место, я уже предвкушал какую-то подковырку. И дождался:

— Раз вы такой же будущий великий маг, — начал профессор, — то, наверное, знаете ваш Класс? Подскажите нам, представитель какого Класса предпочитает опаздывать на лекции?

— Понятия не имею.

Мой ответ вызвал на его лице улыбку:

— То есть владелец четырёх стихий не знает, останется ли он магом или приобретёт какой-то Класс? Будет неловко, правда, если, например, курсе на третьем вы станете Перевёртышем? Тогда придётся поглощаться в стихию земли. А ещё хуже — нежить! Тогда ваша магия уйдёт дракону под хвост!

Перефразировка крылатых выражений современного мира была отвратительной. Я ничего ему не ответил.

Блин, сама суть «Классов» в целом была мне понятна. Маг, получая определённую силу, далее получает физические способности. Кто-то будет способен обращаться в сильную тварь, кто-то просто останется таким, какой он есть, но с более высокими магическими показателями.

Эти Классы, как по мне, не физическо-магические свойства «человека», а именно физические. То есть качаем интеллект — магию, и урон — Класс. Хех, игровые термины.

Но вот разницу Классов по стихиям я, разумеется, не знал. И чтобы не выглядеть глупцом, просто молчал. Быстро потеряв интерес к игнорирующему вопросы студенту, этот «бомж» всё же продолжил лекцию.

Меня смутила его реакция на моё появление. Не мог же он за одну минуту рассказать всю базу.

Может, просто характер у него такой, вспыльчивый?

Больше не думая про случившееся, повертел головой в разные стороны. Слева от меня сидел кровосос Виталик, которого я тут же узнал. А справа — Света Маркова, которая, как я и думал, выкрикнула мою фамилию.