К мечте через академию космофлота - Вейлер Лея - Страница 28

Рядом с ним стоял пожилой мужчина с белыми волосами и бородой. Его прозрачные голубые глаза смотрели холодно и подозрительно. Когда он повернулся к учёному и сказал ему несколько слов, Дария заметила у него в ухе каплю лингво-переводчика.

— Кхм… — начал криласец взволнованным голосом. — Я начальник научной станции Фан Ли Рой имею честь выступить посредником в переговорах. Прошу настроить проекцию, чтобы мы могли видеть вас. Так наше общение пройдёт более эффективно.

Когда командор набрал нужную комбинацию, Дария заметила, как вспыхнуло узнавание и облегчение на лице учёного, которого, без сомнения, держали в заложниках.

— Я — Райдер Кинго, представляю командующий состав космического флота. Также представляю интересы Межгалактического Альянса Разумных Существ. — уверенным спокойным голосом представился ториец. — Я вас узнал, мий Рой. И рад вас видеть живым и здоровым. Хотелось бы знать, что здесь у вас происходит? — фасеточный взгляд схлестнулся с морозным голубым.

Два главных гуманоида безмолвно разговаривали друг с другом. Прощупывали силу характера и настрой.

Учёный между тем ответил:

— Я тоже рад вас видеть, командор. Жаль, что при таких условиях. Даже не знаю, как объяснить…

— Мы уже поняли, что станцию захватили местные аборигены. И мне не нравится, как они настроены.

— Именно поэтому я прошу вас от имени всех присутствующих в посёлке граждан Альянса и… кхм… представителей земной расы отключить пушку, способную распылить нас на мельчайшие частицы.

— О, я с удовольствием это сделаю, — улыбнулся Райдер Кинго, продолжая мериться взглядами с главой новой расы. — Только после того, как вы освободите моих людей. Надеюсь, они живы и здоровы. Можем даже произвести обмен пленными, — развернулся в кресле таким образом, чтобы на экран попали связанные люди и вооружённые торийцы заодно. — Мы оба понимаем, что без переговоров не обойтись, но пушка послужит гарантом нашей безопасности. Мы пришли к вам с миром, а вы первые начали по нам стрелять. — в голосе командора явно послышалась ярость, а взгляд придавил оппонента.

Дария заметила момент, когда лицо захватчика станции изменилось. Судя по тому, что она увидела, учёным удалось начать работу над новым языком и частично внести его в лингво-переводчик. Так что общий смысл сказанного командором был понятен. Тем не менее мужчина отвернулся и что-то спросил у незнакомца, находящегося за пределом экрана. Тихий голос невозможно было распознать. Советчик?

— Хорошо. — наконец ответил главный на крайне плохом общегалактическом, обращаясь к Райдеру. — Встреча. Ты и я. Сейчас.

— Мои люди останутся за пультом управления, и я не советую вам хитрить. Один неверный шаг — и пушка достанет вас даже в норах, откуда вы появились. Ждите. — жёстко добавил командор, перед тем как оборвать связь.

Дария выдохнула. Оказывается, она практически не дышала всё время, пока шёл разговор. На кону так много стоит, а их так мало! Единственное преимущество и устрашение могло не сработать, захоти глава неизвестной расы пожертвовать своими людьми, чтобы успеть укрыться.

А ещё она жутко хотела спать! Держалась только на адреналине и любопытстве. Поймав взгляд Вильяма, ободряюще улыбнулась. Все в этом помещении понимали, что от последующих переговоров зависит их дальнейшая жизнь.

— Шторм, ты знаешь, что делать. — командор встал с кресла и обвёл присутствующих взглядом. Задержал его на девушке, от которой не укрылись тени под глазами торийца. Каким бы сильным он ни был, но усталость брала своё. Им бы отдохнуть, а потом договариваться. Но слишком шаткое перемирие не позволяло тратить драгоценное время.

— Я с вами, ком Кинго! — как можно бодрее заявила Дария, прежде чем он прикажет ей оставаться на месте. — Позвольте?

— Курсант Блиндвейл, куда же я без вас… — усмехнулся ториец, приглашающе махнув ей рукой на выход. — Помирать так только вместе… — добавил таким тихим голосом, что девушка едва услышала. Гулкие шаги отражались от пола и стен коридора, по которому они шли в грузовой отсек, где должен был находиться компактный мотофлаер.

— С вами хоть в чёрную дыру. — чуть обернувшись, также тихо ответила мальвийка, ощущая обжигающий затылок взгляд.

— Надеюсь, этого не понадобится, но буду иметь в виду.

Дария почувствовала, как её локоть обхватили и развернули, впечатывая в мощную грудь. Губы ужалил короткий, но жадный поцелуй.

— Наудачу. — пояснил свои действия ториец, лаская взглядом утончённые черты лица напротив.

— Наудачу. — повторила Дария, закидывая руки на широкие плечи и притягивая любимого ближе.

Глава 26. Наудачу

Райдер на мгновение замер от неожиданного ответа на свою инициативу, а затем кинулся в наступление, раздираемый ответственностью и желанием присвоить себе эту синеволосую куклу в тот же миг.

Они одновременно сорвались в пропасть головокружительных ощущений. И падение это было фееричным и стремительным. На грани окончательной потери контроля. Словно путники, измученные жаждой, они приникли к освежающему роднику — слились в поцелуе, с отчаянием вжимаясь в тела друг друга.

Ториец поднял свою пару, заставив обвить талию ногами, и нетерпеливо хлопнул ладонью по панели открытия отсека, чтобы затащить свою добычу в уголок подальше от посторонних глаз. Обуреваемый неведомой ранее жаждой, он способен был воспринимать только эту женщину, что плавилась в его руках. Чувствовал её каждой клеточкой кожи, вдыхал присущий лишь ей аромат, видел только её бездонные голубые глаза.

И не понимал, как жил без неё до этого. Без крышесносного тонкого запаха, без прикосновений к бархатной бледной коже, без сладости розовых губ и манящего язычка, что так неумело, но смело вступил в игру. Осознание возможной невинности вообще сводило торийца с ума.

Дария тонула в бесконечном и яростном голоде, что плескался на дне радужных глаз. Понимала, что их парой управляет жажда. Безудержная. Отчаянная. Нетерпеливая. Помноженная на адреналин и понимание, что это могут быть последние минуты в их жизни, если что-то пойдёт не так.

А потому хотелось сказать так много! Но не словами. Нет. Гораздо более выразительно разговаривали тела.

Одна мужская ладонь сорвала косынку и зарылась в синие волосы, безвозвратно портя причёску и удерживая голову в удобном для торийца положении. Другая — обняла за талию, стискивая так, что у Дарии перехватывало дыхание.

Краткий миг утраты контроля над разумом потерялся между страстными поцелуями и бессвязным шёпотом. Или это было ощущение полёта, переполняющее от эйфории и так долго сдерживаемых эмоций?

Единственным ориентиром в окружающем пространстве служили объятия любимого мужчины. Стук его сильного сердца, его прерывистое дыхание и манящий обещанием взгляд. Главное, чтобы он был рядом. Остальное — неважно. Ничего не важно!

Ториец вжался в тело девушки, прижимая её к стене, чтобы быть ещё ближе. Но не рассчитал и попал на панель, отчего загорелся яркий свет. Ослепляя и заставляя спуститься из космоса чувств, где они летали, в грузовой отсек чужого корабля.

Всего на миг они замерли, чтобы встретиться глазами. Увидеть там мольбу, страсть, муку нетерпения и досады, что наваждение так некстати прервалось.

И всё.

Райдер ещё раз нежно прикоснулся к припухшим от его поцелуев губам и опустил девушку на пол.

— Думаю, после этого удача нам задолжала, моя тойра.

У Дарии ноги подкосились от обращения. Мысли и так сливались в бессвязную кучу после поцелуя, а тут ещё и это. Так называли на Торе своих спутниц, с которыми связали судьбу.

— Тойра?!

— Не думаешь же ты, что я тебя после этого отпущу?

— Ну, поцелуй не обязывает жениться…

Дария мысленно хлопнула себя по лбу. Ну что за идиотка? Казалось бы, просто прими признание за факт, но нет… Нашла время разбираться. А как ей хотелось подтверждения! Удостовериться, что всё это не выдумки её воображения.

— А что обязывает? — насмешливо приподнял бровь Райдер, жадно прикасаясь ладонью к развилке между девичьих бёдер, где всё сжималось от неудовлетворённости. Дария аж застонала от остроты ощущений и дерзкого жеста. Грубая ткань комбинезона не смогла сгладить чувствительность. — Если бы не обязательства, ты бы уже стонала подо мной, а я наполнял тебя собой так долго, как только ты можешь выдержать. И всё это будет, моя тойра. Если мы переживём эту ночь.