Кузнец. Том 4 (СИ) - Пожидаев Евгений - Страница 39

— А ну, не смей! — выкрикнул Гена и ловко метнул нож.

Он попал точно в мужчину, который вот-вот и нажал бы на тревожную кнопку, а еще он уже выхватил рацию, чтобы вызвать подмогу. Но он ничего не успел, судорожно согнулся и упал лицом на бетон.

— Ловко ты, — похвалил я брата.

— Ага, твои недоглядели, — проворчал он.

— Жить будет, — сказал Ворон, когда поднял мужчину. И это оказался начальник службы безопасности.

Что до остальных вооруженных охранников, то едва ли они оказали сопротивление. Пытались, конечно, но разве могли эти слабаки, даже не вооруженные смертоносным оружием, что-то противопоставить тренированным гвардейцам с луками и холодным оружием? Ровным счетом ничего, а потому «захват» лаборатории обошелся без жертв, если не считать выстрела из стреляющего электрошокера по Наглому и ранение начальника СБ.

Гвардейцы вывели всю охрану и сотрудников лаборатории на улицу. Уже затем Наглый достал видеокамеры и мы вместе с ним и Геной отправились изучать это место.

Мы видели монстров из Подземелья, видели какие-то алхимические лаборатории, всякие формулы на досках, целые архивы документов, микроскопы и много чего еще. А затем наткнулись на особенно укрепленную дверь, выломали ее и обнаружили уже не простых монстров, а каких-то мутантов и вот тогда картина сложилась в единый пазл.

Нашему удивлению не было предела, когда мы поняли, что здесь пытались создать супермонстров, а может, химер… Словом, неких существ, противоестественных даже для Подземелий.

Работники лаборатории ведь в самом деле испытывали алхимию и различные магические сыворотки на тварях из Подземелья. Так вот, это вызвало у нас такое удивление, потому что это, разумеется, запрещено законами Империи. То есть, Альберт Альбертович встрял по-крупному, осталось только все это заснять, чем и занимался Наглый.

— Р-р-р! — взревел один из монстров, что сидел в клетке.

— Направь, покажи, — я осторожно прикоснулся к камере и направил объектив на монстра.

Наглый заснял, как тварь грызла толстую решетку из не самого простого сплава. Причем свои зубы и клыки монстры не щадил вовсе, они разлетались в стороны, вместе с искрами, а затем вдруг звенья решетки начали поддаваться.

Глеб, все еще снимая происходящее, сделал несколько шагов назад. Мы со старшим братом тем временем материализовали духовное оружие. И как раз в этот момент тварь, будто напитавшись силой, смогла вырваться на свободу.

На нас кинулось нечто, похожее на хищного дуокабана, только с шипами по всему телу и кислотными железами, которые покрывали всю спину. Благо, монстр не сумел никого ранить. Брат ловко пронзил его глотку духовной рапирой, а я раскрошил череп точным ударом молота.

После я добыл из трупа манакристалл и показал его в камеру. Мне не пришлось даже ничего говорить. Любой Искатель, что хоть раз убивал монстра, только при виде этого необычного кристалла поймет, что таких в Подземелье не бывает. А это и есть вмешательство, которое запрещено законом.

— Снял, — довольно сообщил Глеб.

Позже я увидел, как один из наших людей стащил из лаборатории монстрика, похожего на бронированного крота. Причем гвардеец сделал это ровно в тот момент, когда Гена ушел в другое помещение. Да, нам все еще удавалось держать приручателя втайне от него. Хотя, возможно, брат и не стал бы его забирать на благо рода, но я не был в этом уверен.

— Будьте с ним особенно осторожны, — сказал я.

— Господин, Юра же профессионал.

— Ага, профи из седьмого «Б», — улыбнулся я и хлопнул парня по спине. — Попадаешься моему брату на глаза — сам знаешь, какие будут последствия.

Закончив со сбором всех существенных улик, в том числе видеозаписей и фотоматериала, мы собрались и уехали. Конечно, почти сразу после нашего уезда Альберт Альбертович узнает о случившемся, но — плевать.

Это даже хорошо, пусть злится и допускает ошибки, он все равно не посмеет напасть на поместье. Ведь теперь мы все под надзором Имперского Сыска и спасибо за это глупости Щеглова.

А на следующий день, если семь утра и две минуты можно считать таковым, мне позвонил Альберт Альбертович Черепанов. Он так орал, будто его монстры за задницу покусали. Я, конечно, убрал динамик подальше от уха, дождался, пока из него лавиной перестанут литься проклятия и только потом сказал:

— Я тоже очень рад нашему неожиданному знакомству.

Собственно говоря, и незачем мне с ним что-то обсуждать, спорить или доказывать. Мне жутко хотелось его уколоть, вот только я уже это сделал и не словом, а делом.

По прошлой жизни помню один охотничий принцип. Очень занимательный.

Натягиваешь лук, стрела срывается с тетивы и ты вроде бы целился в статного оленя или какого-нибудь хищника, но стрела скрывается в растительности и тишина — мимо.

А вот когда стрела улетает в кусты, а затем звучит пронзительный вой — попал. Так вот, этот самый утренний звонок Черепанова-старшего — это лишь его вой, после того, как я «попал». Еще бы, ведь теперь ему точно придется свернуть деятельность лаборатории.

В обед мне позвонили с незнакомого номера и в добровольно обязательной форме любезно попросили явиться на встречу, что организует Имперский Сыск. Как мне объяснил брат, это та самая очная ставка, где можно будет представить свои доказательства.

— Нет, даже слушать тебя не буду! Я точно еду с тобой, хочу посмотреть на рожу Черепанова, — Гена отмахнулся от меня, отложил планшет с фермой и начал собираться.

— Веский довод, — ухмыльнулся я, — тогда, не смею спорить.

Глава 15

Вместе с Геной и добрым десятком машин сопровождения мы приехали к местному отделению полиции. Здание не отличалось особыми изысками в облицовке или экстерьере, особенно, если сравнивать его с отделением Гильдии Искателей.

Однако оно выглядело не как полузаброшенное, а вполне себе ухоженное и даже выделяющееся своей серьезностью и угловатостью на фоне домов и магазинов, что расположились слева и справа. Особенно внимание привлекал к себе идеальный газон с местами для отдыха и для перекуров.

Парковка ничем таким не выделялась, если бы не расположившийся на ней автопарк люксовых немецких машин Черепановых. Большой белый угловатый внедорожник с высоким клиренсом и просторным кузовом. Казалось, что в нем непременно должны располагаться баллиста и управляющей ею отряд, вот настолько у этой машины агрессивный и милитаризированный облик.

Рядом с ней стояли тоже немецкие люксовые авто, но попроще. Все черные, как смоль, разве что некоторые хромированные детали блестели под солнцем. Окна — тонированные в ноль и хватило же наглости с такими заявиться. Готов спорить на свою наковальню, что Черепанов-старший из тех людей, которые думают — что позволено Юпитеру, то не дозволено быку.

Пока мы парковались и выходили из машин, возле здания то и дело мелькали служащие в форме и меньше людей в гражданском. Причем сотрудников Имперского Сыска было крайне просто отличить от остальных, по более серьезным и хмурым лицам — они будто вечно о чем-то напряженно думали.

Ворон с небольшим отрядом вызвался сопровождать меня и Гену до входа в здание полицейского участка. Так уж расположились машины на парковке, что нам пришлось пройти мимо сопровождения Черепановых. Их бойцы не проявляли к нам никакой агрессии и ничего не выкрикивали, однако смотрели с нескрываемым осуждением.

— Чего уставились⁈ — Ворона это возмутило и он не сдержался.

— Да пошел ты! — выкрикнул один из людей Черепанова, что был оснащен лучше остальных. Вероятно, капитан его личной гвардии.

— В лицо мне это скажи, а!

— Не вывезешь!

— Ворон, — я сурово на него посмотрел, — заканчивай этот детский сад.

Гена никак не отреагировал на едва не начавшуюся словесную перепалку. Он вообще не обращал внимания на недружественных гвардейцев и правильно делал.

Мы поднялись на крыльцо, где и оставили наше сопровождение. Уже в самом здании нас встретил служащий в форме и вежливо попросил следовать за ним. Он привел нас к двери и любезно ее открыл.