Тайник. Тыкулкас - Карташева Мария - Страница 17

– Разрешите, – Надежда натянула перчатки и, подойдя поближе, чуть коснулась давно остывшего тела, – Однако, – зло сказала она.

– А у них по-другому не бывает, – в тон ей добавил дрожащий от холода Мамыкин.

– А ты что ж в наши края куртку на рыбьем меху напялил? Голова, – Надежда кинула оценивающий взгляд на криминалиста. – Надо тебя завтра в магазин свести, а то враз воспаление схватишь.

– Куда мог Белов деться? – вслух сказал Малинин, оборачиваясь на свет фар подъехавшей машины из морга.

– Надо по пещере пошукать, – Надежда потыкала в боковой проход. – Там обычно он водку свою хранил. Там ещё две пещеры и тупик, а сюда далеко цепь уходит. Но сразу говорю, далеко не ходите, две-три развилки пропустите, потом обратно можно дорогу не найти.

– Юра, давай там посмотри, – Малинин кивнул в ту сторону, куда показала Надежда.

Береговой прошёл чуть дальше, увидел железный ящик, запертый на замок, где, вероятно, хранилась рыба, прошёлся ещё немного туда, где поблёскивали стоящие рядами бутылки, но так никого и не нашёл.

– Ну, если на вскидку, – Надежда прищурилась, – время смерти чуть больше пяти часов назад. Посмотри сюда, – она посветила в район грудной клетки, где в области сердца белая ткань была пропитана кровью. – Милый, – спросила она у Мамыкина, – ты всё запечатлел? Могу облачение снимать.

– Да, – покивал криминалист, шмыгая носом. – Стоп, я сейчас пакет достану для наряда этого.

– Юра, что там? – Малинин отвлёкся на вошедшего Берегового.

– Ничего. Ящик железный, да бутылки.

– Куда он деться-то мог? – Егор посмотрел на Надежду.

– Ну я откуда знаю? – женщина развела руками и, подумав немного, проговорила: – Метров пять вбок есть неглубокая пещерка, за ней узкий коридор. Туда особо никто не ходит из местных, так как если дальше пройти, там обрыв. Егеря по весне каждый год вход туда огораживают, а то потом задолбаешься туристов оттуда выковыривать. Как тараканы, во все щели лезут.

– Юра, пойдём посмотрим, – махнул рукой Малинин.

– Э, полковник, – остановила его Надежда. – Я тебе серьёзно говорю, дошли до входа, глянули внутрь и обратно. Там обрыв очень полого вниз идёт, даже не заметишь.

– Понял, – отрывисто сказал Егор. – Но Белов-то должен был знать об этом?

– Естественно.

Пригибая головы, мужчины вышли из-под укрытия скальной стены, свет от фонарей сразу же потерялся в буйстве вьюги, и они побрели, стараясь не отходить далеко друг от друга в направлении, указанном судмедэкспертом. Вход в пещеру Малинин нашёл практически на ощупь, он сделал движение вперёд и, споткнувшись обо что-то прикрытое снегом, упал внутрь каменного мешка.

– Егор Николаевич! – крикнул Юра.

– Нормально всё, – поднимаясь на ноги, отозвался Малинин. – Лучше глянь, что там, и посвети сюда, я фонарик обронил.

– Мужик здесь, – резко выдохнул Береговой. – Вам лучше самому посмотреть.

Малинин, чуть прихрамывая, встал, осмотрелся вокруг и пошёл на свет фонаря, туда, где Юра немного смёл снег с заиндевевшего тела таксиста, смотрящего вверх почерневшими глазницами и, словно выпускающим последний вскрик, разинутым ртом.

– Надежду веди сюда, – бесполезно тыкая в холодную шею пальцами, сказал Егор. – Пульса у него нет.

– Да какой там пульс, вы на лицо его посмотрите, – покривился Береговой, показывая на кожу вокруг глаз мужчины. – Что это такое?

– Я откуда знаю?! – стараясь перекричать ветер, гаркнул Егор. – Давай Надежду сюда.

Светлое пятно фонаря чуть колыхнулось, внутрь круга ступила тень, и грубый мужской бас произнёс:

– Э, это… Я с машины морга водитель, – мужчина покосился на Белова. – Ох, ты ж, – он хотел снять шапку, но передумал. – Короче, мне сейчас звонили, говорят, буран усиливается, сказали срочно возвращаться. Резкое понижение температуры и буря будет сильная, даже на наших машинах встрять можем.

– Понял! – крикнул в ответ Малинин. – Юра, пошли за носилками, а ты скажи Надежде.

– Уже. Носилки сам принесу, давайте быстрее собираться.

Кое-как справившись с погрузкой, Малинин, не чувствуя рук и лица, забрался в машину, глянул на мертвенно-бледного Мамыкина, задумчивую Надежду и, дождавшись, когда внутрь заберётся Береговой, сказал:

– Сейчас в морг, потом общее собрание, – прочистив горло, он добавил: – Юра, собери всех.

– Связи нет.

– Ближе к посёлку будет, – коротко бросил Егор.

Софья уже целый час сидела в номере первой жертвы Айнаны, куда её привёз участковый, и придумывала разные способы, как она хотела бы разделаться с Еленой, которая не упускала счастливого случая и вовсю раскатывала сладко-ядовитые речи, игнорируя Унге, пытавшуюся корректно её успокоить.

– И всё-таки, почему именно Тыкулкас? – уже в который раз спросила Елена.

– Вам реально нечем заняться? – поджав губы, спросила у неё Софья.

– Ну почему же, – Елена пожала плечами. – У меня как раз есть дела и вы одно из моих приоритетных. А то что-то слишком большая концентрация присутствия гражданского лица в звеньях связанных между собой событий.

– Если бы вы присоединились раньше, то вы, наверное, знали бы, что я принесла немало пользы, – спокойно парировала Софья.

– Каждый из нас приносит ту или иную пользу, – приклеив улыбку на лицо, сказала Елена и отвлеклась на входящее сообщение. – Береговой пишет. Просит приехать в наш нынешний шикарный кабинет.

– Я думаю, здесь мы закончили, – проговорила Унге. – Могу отсылать информацию в Питер, там местные должны помочь со сбором остальной информации.

– Да. Там ребята ждут, – покивала Елена. – Ну что, Софья, поехали на собрание. Вам ведь интересно, что там нашли наши благородные сыщики?

– Послушайте, если вы работаете из праздного интереса, то я действительно хочу разобраться в том, что происходит.

– Кто бы сомневался, – фыркнула Елена.

Добравшись на случайной попутке до рабочего пристанища Малинина, женщины вошли в молчаливое пространство и, обозрев посеревшие лица мужчин, Елена спросила:

– Что случилось?

– Труп девушки, – глухо сказал Малинин, – снимки у Мамыкина. И ещё труп Белова, который нас утром подвозил и на место происшествия вызвал. Нам пришлось бегло осмотреть там всё, – выдохнул он. – Спасатели позвонили и просили всех вернуться на места, так как метель усиливалась, потом могли бы не выбраться. Сейчас Надежда с Медикаментом всех осматривают, просили до утра их не трогать. Завтра ещё раз поедем, днём место осмотрим.

– Ну, что ж, я тоже за то, чтобы не болтаться под рукой у профессионалов, когда они работают, – покивала Елена. – Какие у кого есть мысли?

– Айнану пока не нашли. Что по первой жертве? Понятно, откуда она? – спросил Малинин, нажимая кнопку старенького чайника.

– Из Питера. Я послала запросы, так как у неё кроме документов в номере и странно обезличенных вещей, ничего нет.

– Что значит странно-обезличенных? – спросил Егор.

– У неё багаж выглядит, как дорожный набор, купленный по дороге. Куда бы мы ни ехали, всё равно находятся личные вещи, которые мы берём с собой. Книжка, духи, любимая косметичка, чуть потасканная, но такая удобная, – задумчиво произнесла Унге. – А здесь всё новое, абсолютно всё. Нет поношенных носочков, маек, трусов, в конце концов.

Вьюжный ветер с силой шарахнул по крыше, подцепил край старой кровли и стал мотать его за собой, пока она отчаянно визжала, не желая следовать за своим мучителем, но в следующую минуту, когда ветродуй всё-таки добился своего, вдруг погас свет.

– Отлично, – Малинин шарахнул ладонью по столу. – Это теперь точно до утра. Давайте отдыхать поедем, вы тем более все с дороги. Сейчас участковый приедет, – Малинин кивнул. – Я попросил вас до гостиницы довезти, а мы с Соней домой.

Скоро попрощавшись, уставшие за целый день люди быстро переместились в подкативший «уазик» и уехали в сторону гостиницы, а Малинин, посадив Софью в свою машину, грустно глянул на оторванный огрызок крыши и, махнув рукой, сел за руль.