Тайник. Тыкулкас - Карташева Мария - Страница 14

– Куда ехать? Ты просила.

– Только ты подожди меня в машине, пожалуйста, – попросила Софья, вспоминая своё постыдное истерическое поведение.

Вернувшись к тому месту, где она так сильно испугалась, Софья прошлась по дороге, собралась с духом, спустилась по крохотной насыпи к кустам, где увидела напугавшую её картину, и несколько секунд созерцала вырезанную из дерева фигуру, напоминающую очертания человека, возле условной головы которой запутался моток верёвки.

– По-моему, Софья, вам нужно нервишки подлечить, – сказала самой себе Соня и, выбравшись обратно на дорогу, лёгкой походкой пошла в сторону машины.

– И что мы здесь делали? – поинтересовался Малинин.

– Потом расскажу. Мы вроде опаздывали, – с улыбкой проговорила она.

– Интрига? Это даже интересно, – усмехнулся Егор.

– Ну ты же мне тоже со вчерашнего дня не рассказываешь ничего, – всплеснула руками Соня. – Мы в аэропорт?

– Мне так нравится это громкое слово. Я бы назвал это просто аэродром и какой-то сарай рядом.

– А в чём отличие?

– Аэродром – это место, где живут самолёты и работают лётчики, а аэропорт – это место, где пассажиры выматывают нервы персоналу. Пошли, – открывая свою дверь, Егор помог выйти Софье, и они вдвоём поспешили к входу, где уже объявили посадку.

– И кого мы встречаем? – спросила Софья, когда перед ними прошлая добрая половина пассажиров.

– Нет, мне, конечно, нужно было тащиться за тридевять земель, по первому зову Малинина, чтобы приехать и валандаться с багажом, – послышался вдруг сварливый голос Мамыкина. – Что ты ржёшь? – волоча за собой чемодан с оторвавшимся колёсиком, криминалист набросился на Медикамента.

– Да давай уже сюда, – поджав губы и отнимая у Мамыкина чемодан, спокойно проговорил появившийся из-за спин приезжих Береговой. – Куда идти?

– Мне, кажется, я даже скучал по этому сборищу, – весело проговорил Медикамент. – Унге, как всё-таки он уговорил тебя на совместное проживание?

– Ты лучше спроси, как она уговорила меня ехать в эту холодрыгу.

Софья стояла, смотрела на идущих к ним людей, сердце её наполнялось радостью от встречи и одновременно печалью от воспоминаний о пережитых вместе событий. Потом она почувствовала, как напрягся Малинин, лицо которого стало каменным. Он скрипнул зубами, и Соня, проследив его взгляд, увидела, что за спинами следственной группы идёт та женщина, с которой он уехал в путешествие.

– Не знаю, – глухо ответил он и шагнул на встречу к своим коллегам. – Рад видеть и спасибо, что приехали.– Что происходит, Егор?

– Не, как будто у нас выбор был, – фыркнул Мамыкин и расцвёл улыбкой при виде Сони. – Ну хоть одно приятное лицо, точнее, два. Твоё и Унге, остальные просто раздражают.

И пока друзья Малинина варились во всеобщем приветствии, полковник отошёл от них и, подойдя к стоящей неподалёку Никоновой, спросил:

– Что это значит?

– Тебе вернули должность и полномочия, нужные тебе эксперты приехали, и я взяла на себя смелость привезти сюда любимого тобой оперативника и следователя. У нас такое, так сказать, спецзадание.

– А ты здесь при чём? – холодно спросил Егор.

– При том, что без меня вообще бы ничего не произошло, – в тон ему ответила Елена. – Надеюсь, у тебя хватит ума не тратить время на месть, а заняться делом.

Хрупкая упаковка, хранившая его недолгое счастье, сломалась, надорванная многими перипетиями душа снова почернела, и Малинину стало невыносимо тяжело.

Глава 4

Закат холодно огрызнулся, дохнул льдистым ветром и занавесил пространство чёрными простынями тьмы практически посередине дня, потом прорисовал на снегу длинные синие тени и вывесил во всю ширь неба, разноцветные полотнища северного сияния.

Возле здания, где располагался кабинет Малинина, скрипя колёсами по напа́давшему снегу, затормозило два автомобиля, из которых спустя несколько секунд на улицу стали выходить люди. Мамыкин пререкался с таксистом и бурчал себе под нос проклятия, когда нерасторопный водитель неаккуратно вытащил его сумку с оборудованием, Унге несколько минут не отрываясь смотрела на небо и постоянно толкала в бок Берегового, показывая на переливчатый калейдоскоп небесных красок, Медикамент беседовал с Софьей, пытаясь отвлечь её от печальных мыслей, а Егор, чертыхаясь, возился с замком, который никак не хотел открываться.

– Проходите, – сухо треснул его голос, когда замёрзший механизм, наконец, поддался.

– На-ка, – водитель такси сунул Егору в руки баллончик с жидким ключом, – чё ты в машине-то такой не держишь?

– Закончился, – Малинин благодарно кивнул и покосился на мужчину, стоявшего рядом, – а ты чего такой добрый сегодня? Или опять что-то случилось, и ко мне твоя жена придёт?

– Не-не, – мужик шумно дыхнул. – Я ни-ни. Ты это, – он чуть понизил голос, – можешь, если этих шнырей надо куда везти, ну, чтобы я.

– Белов, – Малинин тяжело вздохнул, – ты сейчас в отношении следственной группы употребил не совсем верное выражение. Я тебя очень прошу, завязывай строить из себя закоренелого преступника. Всё, на что тебя хватает, это стырить дрова у соседей и то так, чтобы тебя точно запалили.

– Не, ну было-то раз, – стушевался мужик.

– Всё, считай, что на этом твоя преступная карьера закончилась, либо уже я пойду жаловаться твоей жене.

– Ну чё ты начинаешь-то? – Белов цыкнул и развёл руками. – Не по-мужицки ты сейчас делаешь. Ладно, если что я на связи, – удаляясь, проговорил Белов.

– Ну и холод, – заскакивая в просторное помещение, где возле одного из окон сиротливо стоял стол Малинина, сказала Унге. – Егор Николаевич, как вы здесь живёте?

– Не задумываясь, – коротко ответил Егор. – Проходите, располагайтесь.

– Где? – поджав губы, спросил Мамыкин. – На полу?

– Сумки оставьте здесь, поехали пообедаем, и как раз мебель привезут. Администрация города выделила в честь высоких гостей столы и стулья.

– Егор, а здесь можно машину купить? – спросила Елена, подходя к окну, рамы которого слегка потрескались и теперь по всему периметру свисали куски краски. – Как у вас здесь… – она помолчала, подбирая слова. – Всё по-старому. Про пластиковые окна не слышали?

– Слышали, только в бюджете для них не нашлось строчки. А машину можно купить, открыв объявления, – Егор помог Мамыкину перетащить весь его скарб и, вскинув глаза на стоявших в нерешительности людей, произнёс: – Всё, на выход. Пройдёмся пешком, недалеко хорошая столовая, потом в гостиницу вас отвезу.

– А я уж испугался, что мы прям здесь будем жить, – покривился Мамыкин.

– Уж лучше здесь, – подала голос Софья. – Гостиница здесь тоже не слышала о современных технологиях.

– А как вы здесь оказались? – спросила её Елена, разглядывая Соню.

– Купила билет на самолёт и приземлилась в аэропорту Тыкулкаса, – спокойно ответила Софья и, повернувшись к остальным, проговорила: – Действительно, ножно поесть, здесь отменно готовят, я даже не ожидала.

– Егор Николаевич, – выходя на улицу, спросил непривычно молчаливый Береговой, – а как вас в эту пятую точку мира занесло?

– Необразованный ты, Юра, человек, – усмехнулся Егор. – Этот край – географический центр нашей необъятной родины.

– Да-а-а? – протянул Юра, – Тогда поздравляю вас, Егор Николаевич. Вы в самом центре.

Нелепая беседа не клеилась, хотя каждый старался казаться непринуждённым, и не показывать вида, насколько эта поездка была не вовремя и вообще было бы здорово, если бы это путешествие оказалось всего лишь дурным сном. А Малинин, глядя на свою бывшую команду, чётко видел, что ничего нельзя вернуть назад: когда-то сплочённые люди сейчас крайне разобщены, в их жизни нет места для этого расследования, и Елена сделала большую глупость, притащив сюда Берегового и Унге. Он даже жалел, что позвал Медикамента, так как прежнего рвения к работе у Дениса не было. Но зато радовал одинаково ровный на все времена Мамыкин, который давал сварливые оценки местным северным красотам и, подпрыгивая во время прогулки до столовой, проклинал тех, кто придумал, что здесь могут жить люди.