Услышу тебя через тысячу миль (СИ) - Наперсток Янина - Страница 20

– Серж, – принцесса и раньше хотела спросить, но не представлялось подходящего случая, – как вы вообще оказались на той войне? Школьников же не призывали.

– Добровольцем, ваше высочество. Родители погибли, я… наверное, жаждал мести. А может, просто искал способ смириться с их потерей.

– Вы были очень с ними близки?

– Скорее нет, чем да. Это долгий разговор, а вам пора ложиться. Завтра мы достигнем границы, и начнется последний переход – по территории Штильмана.

Принцесса кивнула и уже собралась идти в сторону экипажа, как Дебре снова заговорил:

– Китти… Если вы откроете щит, я и вам исправлю воспоминания. Клянусь, больше ничего не буду читать в вашей памяти. Трупы на тракте, ведьмы, ночной лес… подумайте, оно вам надо?

– Нет! Мне они дороги! – выпалила принцесса раньше, чем успела понять, что сказала.

Краска залила ее лицо, хотя в ночном полумраке это и не было видно. Девушка развернулась и чуть ли не побежала к карете. Фраза прозвучала почти как признание, и Дебре с его проницательностью не мог этого не заметить.

Глава 25

– Ваше высочество, ваше высочество, – услышала принцесса голос Марго прямо над своим ухом, – вам бы пробудиться!

– А? Что случилось? – не поняла Китти, с трудом размыкая глаза.

Поспать ей ночью удалось часа три, не больше.

– Время к полудню, господин Дебре принял решение прямиком пересекать границу к заставе Штильмана, не задерживаясь на нашей. И жених ваш оповещен, встречать, наверное, прибудет. А мы с вами еще и красоту не наводили.

– Красоту? – по-прежнему пребывая в полусне, уточнила принцесса.

– Ну да, – удивилась служанка непонятливости хозяйки. – Вы же хотите о себе лучшее первое впечатление создать? Не во вчерашнем же дорожном платье. Да и прическу уложить время требуется. Даже если я магией локоны наведу…

– Все! Все хорошо, Марго, поднимаюсь! – пресекла Китти словопоток горничной и, опершись на ее руку, выбралась из кареты.

Вот даже ее служанка – бытовой маг третьего уровня. Она же… ладно, давно забытая печаль. Говорят, в Штильмане маги, даже бытовые, наперечет. На них там когда-то тоже были гонения, как и в Садаахе, вот и посбегали. Так что, может, и хорошо, что она не станет выделяться. А то неизвестно, как бы народ воспринял магичку-королеву. Ого? То есть она, еще не видя Анжея, уже в уме ему сказала «да»? С чего бы это?

При том что наряжаться, чтобы как-то впечатлить будущего суженого, не было ни малейшего желания. Китти привела себя в порядок, но перед тем, как одеваться, уточнила:

– А маршал уже завтракал?

– Думаю нет, ваше высочество. Он же знает, что вы терпеть не можете есть в одиночестве.

Настроение у принцессы неожиданно улучшилось. А что если…

– Сейчас, Марго, обожди пару минут, я решу, какое доставать платье.

Китти юркнула в карету и извлекла отцовский подарок. Впечатлить принца, значит? Ну вот сейчас мы и проверим. Ведь то, что не оставит равнодушным одного мужчину, тем более в кого-то влюбленного, наверняка и свободного поразит. А… с чего она взяла, что Анжей свободен? Почему-то эта мысль впервые посетила ее голову. Холост – не значит, что не влюблен. А вдруг у нее и там есть конкурентка? Что еще за «и»? А где еще?! Китти разозлилась сама на себя, но все же вообразила два наиболее подходящих своих наряда и, подняв крышку, спросила:

– Красное или зеленое?

–Ты в зеленом хороша,

Чудо как поет душа.

Хм… зеленое, конечно, очень ей к лицу, даже глаза на его фоне словно превращаются из светло-карих в нежно-оливковые. Она в нем мила, это точно. Хотя сейчас… Сейчас ей, кажется, нужен был эффект урагана, что-то, способное сразить сразу и наповал.

– А красное разве не лучше? Оно стоило восемьдесят тысяч йон!

–Отдает так много йон

Тот, кто в глупости влюблен.

Ничего себе заявление! Это что же, шкатулка считает, что садаахский шелковый муслин с баснословной ценой за ярд, к тому же расшитый россыпью бриллиантов, глупость?!

– Ты снова несешь чушь! – вздохнула Китти.

–Чушь, чушок и чешуя

Чешут челки почем зря.

Принцесса уже привыкла, что все произнесенное артефактом можно делить даже не на два, а на пять. Случалось, что в его советах вообще не проглядывало рационального зерна. Однако с того момента, как отец ей вручил эту вещицу, спрашивать ее мнения было чем-то вроде традиции. Но спрашивать не равно слушать.

Китти спрятала шкатулку и, выглянув из экипажа, скомандовала:

– Марго! Красное!

– То самое, красное? – уточнила служанка, выпучив глаза.

– Ну ты же сказала – важно впечатление. Так не будем мелочиться.

У красного помимо цвета и роскоши имелось еще одно скрытое достоинство. Точнее, не так. Принцессу, несмотря на хрупкость фигуры, природа не обделила женскими формами. А у красного платья был к тому же очень хитрый декольтированный лиф, который их слегка сжимал и приподнимал, отчего скрытые достоинства переходили в разряд явных.

Служанка вернулась очень быстро (Китти всегда поражало, как Марго помнит, какая вещь, где хранится!) и принялась раздевать хозяйку.

– Хм-м… как-то непривычно корсет зашнурован, будто и не мной, – неожиданно задумчиво произнесла она.

Внутри принцессы разом все похолодело.

– Ну а кем же, Марго? – постаравшись, чтобы ее голос звучал как можно тверже, произнесла Китти. – Ты у меня здесь единственная служанка.

– Действительно… После этого нападения я как головой приложилась, так сама не своя. Не обращайте внимания, ваше высочество. Сейчас еще пару штрихов с прической…

– И серьги! Те, что из белого золота с бриллиантами и рубинами!

– Готово, высочество, – благоговейно проговорила горничная, протягивая Китти зеркало. – Вы… слов просто нет, как хороши…

И неожиданно заплакала.

– Ты что, Марго?! – растерялась Китти.

– Да вот как подумаю, что такая красота какому-то иноземцу достанется…

– Марго, брат меня заверил, что Анжей – очень достойный кандидат. Да и потом мы лишь на смотрины. Пока ничего не решено.

– Ну, не этот иноземец, так другой супостат, – всхлипнула еще раз служанка, однако взяла себя в руки и вытерла слезы. – Простите меня, ваше высочество, говорю же, головой приложилась, несу околесицу. Пройдемте к завтраку.

– Нет, ты иди вперед и передай графу Дебре, что я его к столу ожидаю. А я сейчас… Носик припудрю.

Марго выскользнула из кареты, а Китти, подождав некоторое время, вышла следом. Она намеревалась зайти в шатер именно в тот момент, когда маршал будет ее уже ожидать. Ведь только стоя можно явить платье во весь рост. Иначе эксперимент не удастся.

Глава 26

Полог шатра поднялся и… у Сержа в первую секунду пропало все: мысли, магия, ощущение собственного тела. Это было как прямой удар молнии в мозг – полный шок и потеря всяческой ориентации во времени и пространстве. Перед ним стояла Китти. Точно она, но в тысячи раз прекраснее, соблазнительнее и милее, чем маршал привык видеть ее за завтраком. А если учесть, что и тогда он ей тайно любовался, то сейчас, кажется, едва успел подхватить уже собравшуюся отвалиться нижнюю челюсть.

Лишь во второе или даже третье мгновение, когда Сержу наконец удалось взять себя в руки и придать лицу привычное отстраненное выражение, он понял, чем вызвана такая разительная перемена. Китти была не просто парадно одета, как на балу в день своего восемнадцатилетия. Она улыбалась, а струящийся из-за ее спины солнечный свет придавал изумительной фигуре девушки волшебный ореол. Лучи играли на рассыпанных по платью камнях, и складывалось впечатление, что перед ним не женщина из плоти и крови, а нимфа, одетая в бутон розы, с поблескивающими на нем каплями утренней росы.