Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов–2 - Лин Айлин - Страница 4

Сердце кольнула тоска: не только по родным, оставшимся на Земле, но и по Джульетте, ставшей мне матерью. Всё ли с ними благополучно? Как бы узнать? Наверное, это невозможно.

– Добро пожаловать домой, лорд Грей! – вперёд вышел высокий мужчина в синем сюртуке без единой складочки, под ним виднелась белая рубашка с накрахмаленным воротником. Узкий чёрный галстук завязан идеальным узлом. Белые перчатки добавляли важности всему его строгому образу. – Как прошло ваше путешествие, милорд? – лицо незнакомца оставалось бесстрастным, но глаза выдавали радость от встречи с господином.

– Друзья, позвольте представить вам моего преданного дворецкого, мистера Хартвелла. Питер, прошу любить и жаловать: леди Изабелла Элисон, леди Аоки Кайсэй, лорд Кэнсин Цурукава.

Приставки лорд и леди к акацукийцам звучали нелепо, но теперь мы в другой стране, и здесь приняты иные правила. Кэнсин по местным меркам, являясь племянником именитого Сигэаки Цурукавы, мог вполне сойти за мелкого дворянина, потому Максимилиан представил его как аристократа, а не просто мистера.

– Добро пожаловать в Грейвуд-Холл! – поклонился в ответ дворецкий.

Нас провели в просторный холл, стены которого были обиты шёлковой тканью приятного нежно-зелёного цвета. Мраморный пол в виде затейливой мозаики сверкал в лучах солнца, проникавших в окна. Зеркала в богато украшенных рамах отражали высокие потолки с лепниной, а в глубине зала виднелась широкая парадная лестница из тёмного дуба.

– Дорогие гости, – обратился к нам Макс, при этом он смотрел только на меня, – тут я вас оставлю. Дороти покажет вам ваши покои. Увидимся теперь уже только вечером.

– Вы в лечебницу? – вскинулась я, поскольку всей душой хотела посмотреть на место работы Грея.

– Завтра утром. Сегодня мне нужно успеть кое-что доделать до встречи с важной пациенткой, ждущей лекарство, привезённое мной из Акацуки. Я вам о ней говорил – она матушка моего хорошего друга, миссис Мэри Браун. И у меня к вам просьба, леди Белла, если вас не затруднит, не могли бы вы, пожалуйста, её осмотреть?

– Конечно! Я её осмотрю, – тут же ответила согласием я.

– Спасибо, – мужчина протянул ко мне раскрытую ладонь, я без колебаний вложила в неё свою. Грей галантно склонился к моей руке и поцеловал. Едва-едва коснувшись тёплыми губами моей кожи. Я с трудом сдержала судорожный вздох – до того взволновал меня этот простой поцелуй вежливости.

Максимилиан поднял на меня глаза и я увидела в них что-то такое, отчего в душе поднялась жаркая волна предвкушения.

– До вечера, леди Белла, – негромко сказал он, отпуская мою кисть.

– До встречи, – эхом откликнулась я.

Хозяин Грейвуд-Холла, попрощавшись с Аоки и Кэнсином, делавшим вид, что рассматривают картины, висевшие на стене, широкими шагами двинулся в левое крыло дома.

Симпатичная служанка в забавном белоснежном чепчике по имени Дороти, повела нас на второй этаж. Там мы свернули направо и пошли по коридору, устланному мягкой ковровой дорожкой.

– Это гостевое крыло, – заговорила Дороти. – Комнаты леди располагаются рядом друг с другом. Ваша же, лорд Цурукава, – правильно произнесла она фамилию Кэнсина, – несколько дальше, в самом конце коридора.

Мебель, в выделенном мне помещении, порадовала светлыми оттенками. Кровать с высоким изголовьем шокировала размерами – куда больше двуспалки! Резной шкаф для одежды, письменный стол у окна, мраморный камин с позолоченной решеткой, на его полке стояли изящные часы в бронзовом корпусе. Обивка стульев и кресел в тон обоям: нежно-персиковые, с едва заметными золотистыми узорами. В воздухе витал слабый аромат роз, доносившийся в приоткрытую балконную дверь.

В ванной комнате меня ждал приятный сюрприз. Вместо ожидаемых тазов, кувшинов и деревянной лохани, я обнаружила медную ванну с кранами, украшенными магическими кристаллами. Как мне позже объяснили, эти артефакты не только подавали воду, но и мгновенно нагревали её до нужной температуры. Рядом располагалась фарфоровая раковина. Самым удивительным оказался туалет, вполне мне привычный на вид.

Вся канализационная система, как я узнала позже, была гордостью столичных инженеров и магов, совместными усилиями создавших подземную сеть труб. Доступна она была пока только в богатых районах, но постепенно распространялась по всему городу.

Моё знакомство с комнатой прервал стук в дверь. На пороге стояла юная служанка с моим тощим заплечным мешком. Вещей в нём было немного. Но они были!

В бездонном саквояже Макса отыскалось несколько комплектов одежды, женской в том числе, которые мы нашли в тот же день, когда лечили Грея его же артефактами. В тот момент я восхитилась и одновременно напряглась от подобной его предусмотрительности: это же надо быть таким прозорливым и продумать всё буквально до мелочей!

Кто же вы такой, Максимилиан Грей?

Глава 4. Ваша семья наверняка весьма богата?

– Ваша семья наверняка весьма богата? – не выдержала я. Конечно, это совсем не моё дело, но Максимилиану Грею от силы было лет двадцать шесть – двадцать семь, слишком молодой, чтобы иметь в собственности подобной величины недвижимость. Штат слуг тоже впечатлял, как и внутреннее убранство помещений.

На губах мужчины заиграла многозначительная, едва заметная улыбка, больше отразившаяся в невозможно синих глазах:

– Конечно, семья моя богата, – ответил он.

– А вы граф или герцог? В обществе к вам отныне обращаться «Ваша Светлость»? – не унималась я, надо же, как меня пробрало! Всё, что касалось моего загадочного работодателя, бередило что-то в душе, и прежде чуждое мне любопытство так и рвалось наружу в виде вороха вопросов. Я едва удерживала их все при себе, понимая, что могу переступить личные границы и показаться невоспитанной.

– Ни то, ни другое. Я самый младший, поэтому обращение «лорд» вполне уместно, – уже открыто улыбнулся мужчина, сверкнув белыми ровными зубами.

– Но почему вы работаете? – продолжила я атаку.

– Потому что мне это нравится. Тратить бесценное время на ничегонеделанье – глупость несусветная! Артефакторика – это то, что мне откликается, и чему я хочу посвятить свою жизнь.

– А почему вы не целитель? С вашим объёмом средоточия из вас мог бы получиться прекрасный врач.

– Либо то, либо другое. Совмещать не выйдет. Я не умею разбрасываться, предпочитая что-то одно.

– Интересно, – ну, тут он был волен поступать так, как считал нужным.

– Да и душа не лежит находиться рядом с больными. Выслушивать их жалобы, принимать судьбоносные решения. Не потому, что боюсь ответственности, вовсе нет. Потому что сложно. Эмоционально. Опасаюсь, и вполне обосновано, сопереживание в таком объёме просто убьёт меня. Лучше уж я подсоблю лекарям своими поделками, тут от меня больше толку.

Я задумчиво покивала: было что-то в его словах правильное.

– Леди Белла, если честно, я даже представить не могу, как вы ещё не выгорели, с такой страстью отдаваясь своей работе, – на его лице проступило искреннее уважение. Но вопрос оставила без ответа. Потому что его у меня не было, чётко сформулированного уж точно.

Мы находились в просторной столовой с высокими потолками и хрустальной люстрой. Стены, отделанные дубовыми панелями, украшали картины с пейзажами в позолоченных рамах. Длинный полированный стол был накрыт белоснежной скатертью из тонкого льна. Серебряные приборы и хрустальные бокалы сверкали в лучах заходящего солнца.

Дворецкий – мистер Хартвелл лично проследил за сервировкой. По его указанию слуги зажгли свечи в серебряных канделябрах, создавая тёплую, уютную атмосферу.

Шеф-повар превзошёл самого себя, желая произвести впечатление на гостей из далёкой страны. Ужин начался с лёгкого супа из спаржи со сливками. На горячее подали нежного фазана под ягодным соусом с гарниром из молодых овощей и грибов. Для акацукийских гостей повар искусно приготовил маринованную в соевом соусе макрель, приправленную имбирём и васаби. Аоки и Кэнсин ели с удовольствием, значит, повару удалось им угодить.