Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов–2 - Лин Айлин - Страница 14

В палате, обставленной чуть богаче, нежели у миссис Браун, на кровати лежал пожилой дородный мужчина.

Он, завидев Грея, мигом оживился. Поздоровавшись с ним и представив нас друг другу, Максимилиан открыл принесённый с собой ларь.

– Это то, что я думаю, лорд Грей? – голос больного был полон надежды.

– Да, – из недр шкатулки показалось изящное серебряное украшение в форме капли, внутри подвески пульсировал бриллиант размером с ноготок. – Особый артефакт. Он будет следить за вашим сердечным ритмом и при необходимости отправлять магический импульс, заставляющий сердечную мышцу сокращаться.

Я же внимательно наблюдала, как Максимилиан надевает цепочку на шею пациента. Кристалл мягко засветился, настраиваясь на своего нового владельца.

– Теперь вам не придётся каждую неделю приходить к нам на процедуры, – улыбнулся мой шеф больному. – Артефакт сам будет поддерживать работу сердца. Заряжать потребуется раз в полгода. Ваша же задача не потерять артефакт. Не снимать его ни днём, ни ночью, и даже когда принимаете ванну.

Пациент благоговейно коснулся бриллианта:

– Не верится… Столько времени я был привязан к лечебнице, уже думал, что и помру в этих стенах, а теперь… Могу куда-нибудь поехать?

– Можете. Отныне вы свободны, – торжественно кивнул Грей.

После чего артефактор попросил Томпсона пройтись и рассказать об ощущениях.

– Дышать стало намного легче! – мистер Томпсон сделал несколько шагов по палате. – Я уже забыл, каково это – ходить и не задыхаться.

Он прогулялся по помещению ещё раз.

– И голова больше не кружится! Можно мне на третий этаж подняться? Любопытно, осилю ли сейчас такую нагрузку?

Конечно, ему позволили.

Максимилиан остался полностью удовлетворён результатами работы своего артефакта и мы, попрощавшись со счастливым мистером Томпсоном, вышли из его палаты.

Очутившись в мастерской, я подошла к столу и, взяв чистый лист бумаги, начала быстро рисовать.

– Что это? – Максимилиан заинтересованно заглянул через моё плечо.

– Это устройство вживляется напрямую в тело, носит название кардиостимулятор. Смотрите, – я водила пальцем по схеме. – Небольшой прибор размещается под кожей в районе ключицы. От него идут тонкие провода-электроды, которые подводятся к сердцу. Когда сердечный ритм нарушается, устройство направляет электрический импульс, заставляя сердце сокращаться.

– Без магии? – сразу уловил основной посыл Грей.

– Совершенно точно! Только механика и электричество. Главное преимущество – не нужно постоянно носить внешний артефакт и беспокоиться о его подзарядке. Батарея внутри прибора функционирует около десяти лет.

Я продолжала рисовать, объясняя принцип работы:

– Вот тут генератор импульсов. Здесь – датчик, который отслеживает сердечный ритм. Если возникает пауза больше положенной, прибор автоматически подаёт стимулирующий разряд.

Максимилиан внимательно изучал схему:

– Интересная идея. Но у нас нет таких технологий.

Я, уже не удивляясь и не обращаясь внимания на сложные слова в его речи, пояснила:

– Нужны толковые, я бы сказала гениальные инженеры и не только они. Целая команда, которая будет работать над созданием электрической схемы. А ещё лаборатория для исследований и испытаний, – добавила я после секундного раздумывания. – Но главное – это понимание основ электричества. И в этом вопросе я ничем помочь не смогу. Увы. У меня не хватит знаний. А те, что есть – капля в море.

– Зато у нас есть магия! – глаза Максимилиана загорелись. – Что, если создать гибрид? Использовать наши кристаллы как источник энергии, но сделать устройство именно имплантируемым? Вживлённый магический кардиостимулятор станет продолжением самого тела: он всегда на месте, что избавит пациента от страха его потерять или сломать. За счёт тесного контакта с сердцем устройство будет улавливать малейшие сбои в ритме и вовремя давать точный импульс. Под кожей незаметен для окружающих, а при желании его можно усовершенствовать дополнительными кристаллами, которые обеспечат новые защитные функции… А что касается кардиостимуляторов, работающих без магии… Я подумаю, с чего начать…

Глава 13. Помощница артефактора

Максимилиан Грей – загадочный и вместе с тем бесконечно очаровательный. Для меня несколько противоречивый. Он сочетал в себе внешнюю красоту и аристократические манеры, восхищал широтой взглядов, нестандартностью мышления, остротой ума и подкупающей простотой в общении. Наверное, именно это и поражало меня сильнее всего: живя среди знати и обладая влиянием, он оставался удивительно чутким.

Он нравился мне. Очень сильно.

Я чувствовала к нему неизъяснимое притяжение. Не потому, что он красив и прекрасно воспитан, хотя и это тоже, но и за необыкновенный характер. Шикарный мужчина.

Сногсшибательный.

И я ему нравилась тоже. Я ощущала его взгляды, когда он думал, что я на чём-то сосредоточена. Нас тянуло друг к другу магнитом. Рядом с ним я чувствовала себя защищённой…

Месяц, прошло целых тридцать дней моей работы в качестве помощницы артефактора, но пациентов я пока не лечила – без диплома это было запрещено. Аоки тоже увлеклась – она выполняла простые задачи: соединяла детали, шлифовала их, открепляла что-то, фиксировала, плавила в специальной жаровне, отливала по формам и так далее. Всему этому её научил работавший с Греем молодой человек. Второй артефактор лечебницы. Молчаливый и серьёзный, Леон Ровер. Парень в основном был на подхвате. Он же следил за зарядом артефактов, устранял мелкие поломки. Он импонировал мне своей немногословностью и серьёзным подходом к делу.

Я же работала с Максом над новым видом кардиостимулятора. А вместе с нами и Кэнсин-сан. Молодой акацукиец имел диплом лекаря, но работать в КЛ без моего наставничества не желал, потому присоединился к нашей команде. Идея поместить артефакт в тело больного отчего-то сильно его воодушевила.

Полученная зарплата позволила нам не только расплатиться за билеты на корабль, но и снять тот самый уютный домик на улице Целителей, который приглянулся мне с первого взгляда. Когда Максимилиан прислал уборщиков, я удивилась такой его заботе. И, чего уж скрывать, сильно взволновалась: внимание всегда приятно, особенно когда оно идёт от мужчины, как Максимилиан Грей.

Я, тряхнув головой, отогнала мысли о шефе и вернулась к лежавшему передо мной учебнику.

Каждый вечер вот уже больше недели я сидела, обложившись учебниками и справочниками, которые выдал мастер Кристофер Донован для подготовки к экзамену на получение диплома целителя.

"Анатомия человека" профессора Эдмунда Грейвса оказалась на удивление знакомой: те же системы органов, те же кости и мышцы. Единственное отличие – несколько глав, посвящённых магическому сердцу, или средоточию, как его здесь называли, и магическим каналам, идущим от него и к нему по всему телу. Этот особый орган, размером с грецкий орех, располагался рядом с сердцем и отвечал за накопление и обработку маны.

"Средоточие маны: строение и функции. Основные узлы и каналы" мастера Ричарда Блэквуда я изучала с особым вниманием. Как нейрохирург, понимала, любое вмешательство рядом с этой областью требует исключительной осторожности.

Стопка книг казалась бесконечной: "Взаимодействие маны и тела" лорда Э.Фроста, "Артефакты в целительстве" лорда Г.Стерлинга, "Травы и зелья Альбириона" леди Л.Винтер, увесистый "Компендиум болезней"… А вот "Основы оперативного врачевания" магистра Донована я пролистала быстро, описанные там процедуры были для меня элементарными.

Экзамен на диплом целителя уже был назначен на первый день осени. И до него оставалось всего ничего – четырнадцать дней.

Законспектировав пару важных моментов в тетрадь, закрыла учебник Блэквуда, устало потянулась и встала. Бросила взгляд на часы, висевшие над каминной полкой.

– Белла, – в комнату, ставшую моим кабинетом, заглянула Аоки, – уже поздно, пойдём спать?