Герой (ЛП) - Кент Клэр - Страница 34

Я по-прежнему преподаю естественные науки всего три дня в неделю. Однако с каждым месяцем в городе рождается все больше детей, и люди из близлежащих районов начали отправлять своих детей в нашу школу, поскольку она является самой престижной в регионе. Через год или два я, вероятно, смогу преподавать полный рабочий день вместо того, чтобы делить свои рабочие смены между школой и садом.

Дети задают кучу вопросов о планетах, и я с энтузиазмом отвечаю на них. Возможно, я слишком увлекаюсь. Возможно, я слишком много болтаю, потому что многое из того, что мне нравилось изучать много лет назад, нахлынуло на меня.

Но, возможно, открытая страсть к астрономии — это не так уж плохо. Даже здесь. Даже сейчас.

Большинство детей увлечены уроком так же, как и я, и время летит быстро. Когда мы заканчиваем, тихий десятилетний мальчик по имени Чак поднимает руку и спрашивает:

— Откуда мы знаем все это о Марсе и Венере, если там никто никогда не был?

— Потому что люди изучали планеты в течение многих лет. Они смотрели в сверхмощные телескопы и отправляли зонды в космос, чтобы получить данные измерений со всех планет, которые только могли. До Падения некоторые люди посвятили всю свою жизнь тому, чтобы собрать как можно больше информации о нашей планете и всех остальных. Мы не хотим потерять то, ради чего они так упорно трудились, только потому, что наша жизнь теперь другая. Мы все еще можем научиться тому, чему научились они. Мы можем позволить этому расширить наши представления.

Возможно, дело в моем тоне, но это заключительное заявление явно задело некоторых детей. Они серьезно кивают, широко раскрыв глаза, и я неожиданно для себя растрогана.

Прежде чем я успеваю продолжить, снаружи раздается звон старого коровьего колокольчика, возвещающий об окончании учебного дня. Несколько ребят задерживаются, чтобы задать мне еще вопросы, поэтому я возвращаюсь домой позже обычного.

Люди приветствуют меня, когда я иду. Теперь нас знает каждый в городе. Странно, что все произошло так быстро.

Полгода назад мы втроем все еще жили в нашей маленькой хижине, совершенно одни в этом мире, и едва держались на грани выживания. Затем случайная встреча с четырьмя путешественниками изменила все.

Мне до сих пор трудно осознать нашу новую реальность. Я больше не просыпаюсь каждое утро, задаваясь вопросом, как мы переживем этот день. Конечно, у меня по-прежнему много забот. Я всю жизнь беспокоилась, и этот мир всегда будет более ненадежным, чем был до Падения.

Но сейчас в жизни есть гораздо больше, чем просто доживать каждый день до вечера.

Приближаясь к дому, я слышу смех Рины и радостный лай Дружка, прежде чем вижу наш маленький домик с тремя спальнями.

Этот звук вызывает у меня улыбку, и я все еще улыбаюсь, когда добираюсь до нашего двора.

Зед заканчивает ремонтировать переднее крыльцо, пока Рина и Дружок играют во дворе в мяч. Они оба подбегают поприветствовать меня, Рина бросается в объятия, а Дружок восторженно пыхтит, ожидая, когда я почешу его за ухом.

У Рины более короткий учебный день, чем у старших детей, поэтому в те дни, когда я преподаю, Зед забирает ее с рыбалки на реке после своей смены.

— Тебе весело было преподавать, Эсси? — выпаливает она, когда я ее обнимаю. — Дружок поймал мяч десять раз подряд! А я в школе прочитала целую книгу!

— Ух ты, похоже, вы оба проделали впечатляющую работу. Позже тебе придется показать мне, насколько хорошо ты читаешь.

— Покажу, — она кивает, пытаясь сохранить серьезный вид, но на ее лице продолжает сиять солнечная улыбка. — У меня это очень хорошо получается.

— Я знаю, что у тебя получается. Ты отлично справляешься для своих пяти лет, — я бросаю взгляд на Зеда, который все еще приколачивает доску на крыльце. Однако его взгляд прикован к нам, и я вижу нежную улыбку на его лице.

В последнее время он был таким счастливым. Он явно, открыто радовался тому, как складывается наша семья и наша жизнь.

— У меня отлично получается читать, — Рина берет меня за руку и тянет к крыльцу. — Дженни сказала, что у меня нет мамы, а я сказала ей, что у меня есть Эсси, и она сказала, что это не то же самое, но я сказала, что это то же самое. Она не захотела слушать! Разве ты не похожа на мою маму, Эсси?

Она меняет тему так быстро, без всякого перехода, что слова врезаются в меня без предупреждения. Я резко останавливаюсь и смотрю на девочку сверху вниз, чувствуя, как комок в горле нарастает.

Рина озабоченно хмурится, глядя на меня снизу вверх.

— Что не так? Я плохо поступила, сказав это? Папа сказал, что все в порядке, потому что ты любишь меня, как родная мама.

— Конечно, все в порядке, — выдыхаю я, опускаясь на колени, чтобы быть ближе к ней. — Я люблю тебя, как родная мама. Всегда любила и всегда буду любить.

Рина снова расплывается в улыбке.

— Я тоже тебя люблю! — она бросается ко мне, чтобы обнять еще раз.

Я обхватываю девочку руками и крепко прижимаю к себе, усилием воли возвращая себе самообладание.

Когда я смотрю поверх плеча Рины на Зеда, он совершенно перестает стучать молотком. Он смотрит на нас с таким искренним выражением в глазах, и это чуть не заставляет меня снова расплакаться.

Рина отстраняется.

— Значит, я скажу Дженни, что она ошибается, и ты то же самое, как мама. Сегодня папа сказал, что женится на тебе, если ты скажешь «да», но сначала он должен сделать тебе предложение. И у него красивое кольцо! Ты ведь согласишься, когда он попросит, правда, Эсси?

Я моргаю, все еще стоя на коленях. Мой взгляд медленно поднимается к Зеду.

Он прикрывает глаза рукой. Его плечи трясутся от беззвучного смеха.

— Это должно было остаться секретом, Рина.

Глаза и рот Рины округляются.

— Ой! Прости, папочка.

Я издаю странный звук. Наполовину смеясь, наполовину всхлипывая.

Зед подходит к тому месту, где остановились мы с Риной, и опускается на колени рядом с нами. В его глазах живет нежность. Они полны чувств. Он лезет в карман своих поношенных джинсов и достает маленькое красивое колечко, протягивая его мне с немым вопросом на лице.

— Ты согласна, Эсси? — спрашивает Рина, улыбаясь и переводя взгляд с меня на своего отца.

Я подавляю очередной всхлип.

— Да, я говорю «да».

— Ура! — Рина хлопает в ладоши и бегает по кругу вокруг нас. Дружок присоединяется к ней, лая от восторга.

Зед нежно берет меня за руку и надевает кольцо мне на палец.

— Я собирался сделать все романтично.

Я целую кольцо. Затем наклоняюсь, чтобы поцеловать и его тоже.

— Для меня это романтично. Я бы не хотела ничего другого.

Конец