Чужая жена. Пари для графа (СИ) - Байм Елена - Страница 18

Почему? Почему, первый мужчина, который обратил на меня внимание, оказался отъявленным ловеласом и греховодником?!

Умом я понимала, что такая простая и непримечательная девушка вряд ли могла привлечь его взор, значит дело в очередной быстрой битве, трофеем которой являюсь я. Но сердце упрямо нашептывала, что это знак судьбы, что своими благодетельными поступками я заслужила красивого и богатого графа, и моя искренняя любовь изменит его, а я стану избранной, единственной и любимой женой.

Мои мысли метались, словно птичка, попавшая в сети. Тогда я не понимала, что моя ошибка заключалась лишь в том, что в силу своей неопытности и наивности я приняла красивые жесты первого встречного за любовь. И отсутствие рядом старшей сестры и умудренного жизнью отца сыграло против меня, полностью изменив жизнь…

Я еле дождалась окончания танца. Мои лицо стало пунцовым, сердце выпрыгивало из груди, и я постаралась быстрее выскочить из зала, чтобы никто не заметил моего смятения и растрепанных чувств. Никогда раньше меня не обнимали так горячо и страстно, не шептали нежных волнующих слов. А когда ЕГО горячее дыхание коснулось моей щеки, а губы случайно дотронулись мочки уха, я чуть не потеряла сознание. Лишь страх опозорить имя отца позволил удержаться на грани.

Я несколько раз прошлась по коридору вперед-назад, пытаясь успокоить сбившееся с ритма влюбленное сердце. Весь мир исчез, дворец потерял свою привлекательность. Я думала только о нем, об Алексе Бренноне. В каждом его слове мне слышался скрытый смысл и невысказанное признание в любви.

Услышав, что кто-то приближается к двери, ведущей в коридор, где находилась я, я попыталась поскорее скрыться. Сейчас я была не в состоянии улыбаться, отвешивать поклоны, да и вообще вести светские беседы. Я осмотрелась. Не придумав ничего лучше, я спряталась за портьеры, толстой драпировкой скрывающие витражные окна. Только бы не заметили!

Каково же было мое изумление, когда я стала невольной свидетельницей разговора незнакомой женщины и мужчины, чей голос теперь я узнала бы из тысячи. Дама признавалась ему в любви, а он отверг ее, сославшись на любовь к юной особе. Неужели? Вдруг это правда и моя любовь растопила холодное бесчувственное сердце графа?! Мои руки задрожали, и я чуть не выдала себя.

И тут до меня дошло. Алекс обращался к женщине – ваше величество. Не может быть!!! Императрица?! От ужаса, что я стала участницей запрещенной и щекотливой беседы, тело затряслось, а ноги налились, стали ватными и отказывались слушаться.

Императрица! Императрица! – кричало все внутри меня. Сама императрица была любимой женщиной моего Алекса. Мне однозначно не выиграть с ней битву, даже не стоит тягаться. Кто я – младшая дочь обедневшего барона, и самая властная женщина государства!

Но дальнейшие слова молодого графа заставили бабочкам вспорхнуть в моем животе, а уставшее сердце в блаженстве устремиться ввысь.

- Оххх, Эмма. Ты украла мое сердце, знала бы ты, что ради тебя я готов завязать с прошлым и попробовать создать счастливую любящую семью.

Если бы мой Алекс знал, как много значат для меня эти слова. На что я готова пойти, ради счастья рядом с ним. Я хотела было выскочить из-за портьеры и бросить с объятиями ему на шею, но ноги не слушались меня. Поэтому, когда я смогла преодолеть себя и выглянуть в коридор, там уже никого не было.

Расправив складки на платье, поправив прическу, с нескрываемой счастливой улыбкой я вернулась в бальный зал. Торжество продолжалось. Никто и не заметил мое отсутствие, кроме дяди.

- Плутовка, где ты была? – сходу грозно начал дядюшка, нависая надо мной и хмуря брови.

Сославшись на женские штучки, я было собралась удалиться, но он больно удержал меня за руки, заставив подчиниться и пройти вместе с ним к стоящему чуть поодаль мужчине.

- Ваша милость, барон Шервуд. Позвольте представить мою дражайшую племянницу – Эмму Престон. Ее добродетель и покорный характер главное богатство нашего баронетства.

Дядя толчком в бок заставил меня поклониться незнакомому старику. На вид он был старше моего отца. Камзол чуть ли не с треском расползался на его большом омерзительном животе. Толстые крючковатые пальцы, сложенные на животе руки, мерзкая сальная улыбка все в его облике вызывало отторжение и брезгливость.

- Барон недавно овдовел. – продолжал скучную беседу дядя Брик. – и настолько щедр, что готов взять в свой дом добродетельную и послушную супругу, не требуя за нее приданого, наоборот, предлагая откуп в 50 золотых. – на этих словах дядя многозначительно посмотрел на барона. Тот кивнул. Вежливо попрощавшись, дядя вновь схватил меня за руку и поволок к колонне, видимо желая что-то обсудить вдали от всех.

Остановившись, немного отдышавшись, дядя начал неожиданный разговор, облокотясь спиной на холодную мраморную колонну. И чем больше он говорил, тем больший страх сковывал мое тело.

- Дорогая племянница, ты же знаешь, насколько я был добр к тебе с самого детства. Я на днях говорил со своим братом, твоим отцом, и мы решили, что идея обвенчать тебя с наследником маркиза Моранийского была глупой затеей. Ты же понимаешь, кто он, и кто ты - безродная девка, без гроша за пазухой, и самый богатый человек в стране.

На моих глазах непроизвольно выступили слезы. И плохое предчувствие сковало душу. Дядя тем временем продолжил:

- Его светлость никогда не будет добр с тобой и мил. Посмотри на себя – молодой маркиз не будет посещать спальню такой дурнушки, а ты всю жизнь тайком станешь наблюдать за его женщинами, мечтая оказаться на их месте. В итоге, твоя семейная жизнь превратится в сплошную муку. Ни мужа, ни любовника, ни детей. Всю жизнь одна. Но всего этого можно избежать. Барон Шервуд очень выгодная партия. Да, он стар и не красив. Но он готов свою молодую жену носить на руках, баловать подарками, а если она подарит ему детей, то щедро осыпит дарами. Поэтому, не кобенясь, откажись сегодня при всех от помолвки с Максимиллианом Моранийском и подтверди свое согласие на брак с бароном.

Барон замолчал. Я тоже была не в силах вымолвить слов в потрясении от услышанного.

- Ты меня поняла? – зашипел дядя, наклоняясь и вглядываясь мне в глаза.

- Но дядя… - попыталась я возразить.

- Твой отец простил долг жизни маркизу. Его сын никогда не женится на тебе. После проведенной ночи в его доме ты навсегда останешься опозоренной распутной девкой, и тогда большой честью окажется для тебя, если кто-нибудь согласится взять содержанкой. Без прав и свободы. Подумай! У тебя осталось мало времени перед заключительной речью Императора.

Я хотела было развернуться и убежать подальше от дяди и его страшных слов, как он дернул меня на себя и злобно прошептал:

- От имени твоего отца я дал согласие барону Шервуду на твою свадьбу с ним и получил откуп в 50 золотых. Если ты передумаешь – возвращать будешь сама. И не забывай про сестру. Если ее младшая сестренка станет распутницей, никто никогда не позовет ее замуж, а из поместья я ее выгоню, как паршивую овцу, – как только вернется!

- Не смейте так ее называть! – закричала я, вырываясь из захвата. – Вы не посмеете! Мой отец не позволит!

Дядя Брик зловеще рассмеялся. Твой отец болен, он попросил меня проследить за твоей судьбой, полностью вручив заботу о тебе на меня. А я все решил. Не дури! И давай улыбнись, барон Шервуд не любит грустных баб.

- НИ ЗА ЧТО! – прошипела дяде в лицо. Мой мир перевернулся. Я достаточно долго была покорной и считала ее главной женской добродетелью. Но моя интуиция кричала - если сейчас не решусь дать отпор, то моя дальнейшая жизнь станет невыносимой. Жизнь с омерзительным стариком, содержанка при богатом аристократе – лучше я сбегу и буду жить одна, чем соглашусь на такое.

21. Алекс Бреннон

После монолога в коридоре я все время старался находиться поближе к коридору, боковым зрением не спуская взгляда с двери. Поэтому я видел, как Эмма с природной грацией покинула свое убежище и вышла в зал.