Фрирен – И даже умереть не успеть. Том 1 (СИ) - "Мимоход" - Страница 5

— Повезло, — тихо прошептал я, поднимаясь.

По местной традиции стоило бы поблагодарить лес за добычу, продублировав это и для Богини. Первый, мол должен знать, что ты берёшь его часть не ради прихоти, а чтобы жить. А вторая… ну, за всё? Всё же она значилась местным спасителем всех разумных, без которых и цивилизации никакой на континенте не было бы.

Но… как-то мелко такое. Бессмысленно.

Так что просто заметал кровь землёй, накрыв получившуюся горку вырванной с корнем рядом травой.

Завязав зайца за задние лапы к найденной тут же палке, я закинув её через плечо, чтобы не испачкаться в крови. В принципе, рану тушки я закрыл с двух сторон сухим мхом: не стоит оставлять такой вот, буквально, кровавый след к нашему лагерю. Но капли всё же будут.

И всё же заяц попался увесистый. Хорошая добыча. Сегодня мне точно повезло.

— Вернулся, пацан, — обернулся на меня спокойно сидящий у костра Кригер, — О, в этот раз даже с добычей! Трам, пойдёшь мелому помогать?

Он обратился к своему другу, что тоже удостоил меня довольной улыбкой и ленивым кивком. Костёр, очевидно, неплохо усыплял старичков.

— Дай посидеть спокойно, а? — проговорил без энтузиазма сидящий рядом же воин.

— А как долго Хейст в одиночку, по-твоему, мясо готовить будет?

Эти усыхающие пердуны как всегда, чтоб их…

Пока они там спорили, я уже приступил к работе. Нож скользнул по шкурке — ловко, но не особо, признаюсь, аккуратно. Шкура отходила легко, почти не сопротивляясь, но опыта мне немного не хватало.

Есть ещё куда расти. Всегда есть.

Руки, меж тем, активно разделывали заранее повешенную за удобную ветку рядом тушку. Нож отсёк мои любимые куски с бедра, и я отложил их на камень тут же. Чтобы не терять слишком много мяса, аккуратно разделил тушку на более мелкие части, перед тем как продолжить.

Заяц был хорош: довольно упитанный, не слишком старый, так что никаких беспокойств не было — мясо оказалось плотным и приятным на ощупь, значит выйдет вкусным.

Уже через десяток-другой минут сердце и печень пошли на жарку — настоящая деликатесная часть. А остальные органы, с ними же лёгкие и кишечник, я выкинул в небольшую ямку под тем местом, где висела тушка.

Приготовление жарёхи взял на себя всё же вставший Трам, поэтому я занялся заметанием ямки землёй. В два слоя, не забыв спрессовать почву — этому меня научил Кригер ещё в первый месяц. Хотя особо опасных животин в Центральных землях нет, но лучше не оставлять следы крови рядом с лагерем. По хорошему — и те капли, что пролиты на пути сюда, надо было закопать, но… ночью я их не найду точно.

Вообще, стоянка каравана располагалась на небольшой поляне, окруженной густыми лесами. Сейчас, в приятный контраст дневному жару, воздух был свеж и терпкий, с едва заметным запахом хвои. Осень выдалась приятно тёплой. Костры горели в нескольких местах, дым поднимался в воздух и рассеивался среди ветвей.

Запах мяса, жарящегося на углях, смешивался с ароматами диких трав и земли, создавая чувство некой уютной суеты.

Караван наш не сказать, что был велик: восемь грузовых повозок, двадцать человек, не считая меня. Но товар был ходовой, а сам Хандлер, хозяин всего этого добра, был из породы тех людей, что и белке в желудок без мыла пролезут, если узнают о наличии пары монеток там.

В центре лагеря стоял одинокий, небольшой шатёр, натянутых на деревянный каркас, что везли в единственной «жилой» карете. Вокруг него расставлены полные телеги, рядом с которыми копошились люди: кто активно и самозабвенно отдыхал, кто кончал последние приготовления перед сном, кто занимался ремонтом снаряжения, кто ел — в общем, бездельников не было, агась.

Лошадки без сёдел, привязанные верёвкам к дереву, спокойно лежали на мягком матрасе дёрна, давая отдых телам. Их шкуры были покрыты пылью, а поводья со всей периферией лежали рядом.

Мы со стариками, под завистливыми взглядами проходящих рядом людей, сидели у своего костра, спокойно насыщаясь мясом с овощами. Сзади, у другого костра, слышались тихие разговоры, отголоски шума кулинарных хлопот, которые создавали ощущение комфорта… привычной жизни каравана.

Здесь не было какой-то особой суеты, здесь не было волнений, потому что каждый знал, что и как делать, чтобы не заслужить подзатыльник от старших. Кригер с Трамом своё дело, в принципе, знали.

Уже после еды, под разговор последних, я достал из рюкзака всё необходимое, уже на расстеленной прямо рядом с костром, на земле ткани, взявшись за нитки. Совсем недавно, недели две назад, обменял у жадного засранца Хандлера тушку целого оленя на много чего полезного, включая пару неплохих таких куска кожи, которыми и занимался последнее время.

Куртка с капюшоном из кабаньей кожи должна выйти очень даже неплохой: прочной, устойчивой к порезам. Штаны тоже почти готовы — осталось просто подогнать под меня.

Разговоры не сложились — всё же устали мы за время пути довольно сильно. Зато после короткого «оздоровительного» сна Кригер приступил к своим обязанностям.

Я, конечно же, был при нём.

Каждый день и почти всегда я был при нём.

И вот, в очередной раз старый пердун взялся за копьё, принявшись одного за другим звать к себе на спарринги охрану каравана. Что ни говори, а своё дело он знал отлично: личный состав по пути всегда был в напряжении. Причём тренировки проходили умеренные, через день, отчего энергия у мужиков всё же оставалась — было бы смешно, если какой монстр вышел на нас, а тут ни у кого сил поднять руки не хватает…

Смешно и грустно, да.

Тут в мою компетенцию входит помощь ему с организацией: очистка площади под арену, подготовка снаряжения, информирование людей о времени начала. А под конец первого месяца Кригер и вовсе оставил на меня составление списков спарринг-партнёров, сам, ленивец сволочной, на себя только непосредственно тренировки и взяв.

В принципе, на вторую неделю пути от своей деревни я и напросился на его уроки.

Смысл терять время, ожидая рядом с Кригером, когда можно заняться чем-то полезным? Я же буду магом, так ведь? А маг — это посох. А посох, так-то, вполне себе похож по форме и функционалу (пока что не вспоминая о магии) на копьё.

Забавное, конечно, зрелище было: шкет, машущий прямой палкой рядом с охраной каравана. Но рука всё же привыкала, а большего мне и не надо.

Тем более, что тренировки почти всегда проходили ближе к центру стоянки — прихоть большого начальника. А когда этот еврееглазый видел меня не при деле — дело то находилось даже тогда, когда, казалось, это и вовсе невозможно.

Таки ведь мне платят, да? Платят. Поэтому, будь добр, пацан, отрабатывать.

Да, кстати, Хандлер взял меня в служки каравана. То же принеси-подай, но хоть на зарплате. Это было ещё на третий-четвёртый день, когда торгаш, наконец, разглядел великий потенциал, скрывающийся в моей дурьей башке.

Почему дурьей? Да потому что отказал на предложение стать уважаемому торговцу помощником.