Фрирен – И даже умереть не успеть. Том 1 (СИ) - "Мимоход" - Страница 36

В дополнение к лечебному визиту, мною было передано часть отправленных Вами подношений человеку, чьё имя было указано отдельно. Он принял его с удивлением, но отказа не последовало.

С уважением,

Священник Армелион'.

Ну… можно считать, совесть малость очистилась. Всего два золотых за работу провинциального священника достаточно высокой квалификации — и, такое ощущение, будто закрыл висящий на душе кредит.

В принципе, что-то подобное и произошло: священник не только проверил здоровье моих биологических родителей и просто односельчан, но и… подлечил старого добряка Куха. Меня просто жалость давила, когда я вспоминал как его подкосили годы — был ведь крепкий, рукастый и головастый мужик в годах. Чуть ли не правая рука старосты, уважаемый человек, а теперь… стал сухоньким старичком, не узнающим даже ближайших друзей.

Ч-чёрт… Я обещал Крафту не материться при возможности (он вообще не любил ставить абсолютные границы), но… Сука, если я в старости так же начну терять разум, лучше оставлю ученикам или друзьям последнюю волю, попросив убить меня без мучений!

Бр-р-р! Блять, эльфы, как же вы благословлены природой! Миром, чтоб его…!

Правильно говорил тот старый маг Первого Класса, Лернен, — один из сильнейших боевиков того времени:

Мы всего лишь люди. Наше время ограничено. В нашей жизни нет такого понятия, как «когда-нибудь».

Именно поэтому я сейчас и залился привычным набором зелий, чтобы облегчить ночную деятельность разума. Выгрызал у своей природы ещё пару часов активного бодрствования, которую ночью посвящу книгам.

А токсикоз… мы с Готфридом компенсировали вред здоровью оплаченными походами в церковь. Магия Богини достаточно сильна, чтобы ослаблять вред здоровью. Не нивелировать, но и то, что доступно — благо.

Всё же ещё из прошлого мира я помню слова своего профессора:

«Я знаю, что курение постепенно убивает меня. Ослабляет сердце и отравляет лёгкие. Но оно стимулирует мой мозг, а для меня — он важнее. Я торгую здоровьем за ясность мысли. Компромисс, на который я сам иду, но тебе не советую».

Он, конечно, просто оправдывал этим свою зависимость. Приводил логическое обоснование под недостаток воли, чтобы бросить это дело, но… что-то всё же в его словах было.

А пока жидкости медленно проникают в кровоток — забрал с нашего склада пару особых зелий, залитых в тары с другими подписями.

Не то, чтобы они были нелегальными… но лучше бы кураторам не знать, что я не только знаю их рецептуру, но и варю. В Готфиде я был более-менее уверен, так что… оставалось не палиться, да.

Это было не слишком сложно, учитывая, что контроля конкретно над нами было не особо много — репутация-с, знаете ли! — а такие рецепты нам было взять просто неоткуда.

Закинув зелья в рюкзак, вышел на улицу.

Вечером Академия выглядела… немного мистически, что ли?

Огромная территория, залитая мягким золотистым светом магических фонарей, казалась чем-то из другого мира. Мощёные дорожки, петлявшие между корпусов, отдавали тепло, накопленное за день.

Воздух был тёплым, наполненным тонким ароматом цветущих кустарников, что росли вдоль дорожек, и лёгкой свежестью от небольших фонтанов, разбросанных по территории.

Студентики выходили на прогулки, а я шёл на встречу с одной дамой.

Главное здание, что возвышалось над всей территорией, потерялся в высоких кронах деревьев, когда я свернул на «парковую дорожку». Академия на западе проходила ровно под вторым валом крепостнымх стен (они же внутренние), на которые я и поднялся. Изначально, на самом деле думал, что это… как бы немного нелегально, но оказалось, что тут вообще никто, кроме ищущих тихого места парочек не проходит.

Отсюда открывался неплохой вид на сады учебного заведения. Можно было разглядеть магические светлячки — искусственно выведенные создания, которые очень любят ребята с факультета призывателей, что мерцали в воздухе. Сейчас как раз было идеальное время для такого рода «тренировки».

Несмотря на оживлённость днём, вечером Академия наполнялась особой атмосферой — неспешной и вдумчивой. Я любил пользоваться ей, заседая в медитации прямо на стене, в приятном одиночестве.

Разве что в этот раз медитацию ожидаемо прервала подходящая ко мне аура. Знакомая — это была Изабелла Бауэр, что пришла забирать свой заказ.

Она заказала у меня Временные Чернила и Зелье Оголённого Сердца. Чернила, что испаряются без следа при контакте с воздухом и зелье, что стимулирует эмоции выпившего.

Зачем? А мне какое дело? Я вопросов не задаю.

Почему у меня? Причин может быть много, но скорее всего ради проверки и «привязки» к себе.

Говорю же, та ещё опасная магесса вырастет.

Но платит, как следует, откровенную нелегальщину не заказывает — потому что знает, что я вежливо пошлю… А информация в ненужную сторону не уходит.

Это чисто между мной и ей. Я уверен, что даже её родные об этом не знают — по крайней мере её дед такие методы очень не любит. А если она раскроет то, что знает — я раскрою то, что она заказывает. У меня даже есть небольшая папка с «подозрениями» на тему где и зачем были использованы мои «не нелегальные» зелья.

А ещё — её самые первые письма с заказами, пока она ещё не поднаторела в интригах (там были самые обычные письма, как понятно). Она писала их лично, пока ещё не используя Временные Чернила от меня же. А сейчас она не знает, что есть состав, который при применении в правильный срок позволяет отменить испарение чернил.

В общем, если что, чем её… так сказать остановить — у меня есть. Потому что то, что делала она — уже нелегально. Не на уровне судебного преследования (не с наследницей Бауэр), но исключение из Академии вполне возможно. А ещё — порицание в обществе магов, да.

Хотя в этот раз довольно странно, что она заявилась сама. Обычно я просто отдаю ей товары в открытую, с остальными изделиями — никто такое не проверяет. Собственно, причина выяснилась довольно быстро: забрав свои флаконы, она заговорила.

Разговор с ней оказался коротким. Она передала, что её отец хочет получить мой ответ до начала второго курса — то есть к коротким зимне-весенним каникулам.

Ультиматумы мне, очевидно, не нравятся. Но вида, разумеется, не подал.

Изабелла ушла, оставив меня медитировать. Раздумья можно оставить на потом, а сейчас — время магии.

Маги посвящают годы обучению концентрации, контролю и развитию маны, чтобы владеть магией и творить заклинания.

Сейчас я сосредотачивался на чувствительности и сокрытии. И, если честно, у меня ощущение, что тренировки этой пары умений развивают мою магическую силу сильнее, чем те методы, что предлагают учебники и преподаватели.