Код идеальной магии 3 (СИ) - Котляров Лев - Страница 57

— Логично. Я и сама об этом думала. Погоди, ты хочешь сказать, что слияние происходит, потому что грани пробивают?

— Именно. Это не эволюция, не развитие, неприродное явление. Всплеск магии порождает дыры. Изнутри. Не снаружи. А магическая буря — это причина. И уже даже вполне себе обычное явление, как дождь или северный ветер.

— Слишком просто.

— В этом и дело. Вот смотри. Начинается магическая буря. В такой момент у многих магов скачут показатели силы. И, представь, случается локальный ад лично у одного человека. Вспышка эмоций, помноженная на большую силу, пробивает грань.

— Но тогда это не слияние. А как же новые силы?

— Давай простыми словами. Вот есть остров. Своя экосистема, не тронутая годами. И тут приплывают моряки.

— Они несут на себе или с собой что-то новое, к чему экосистема будет привыкать и адаптироваться.

— Именно.

— Значит, во всем виноваты, по сути, мы сами? И нет никаких богов, а только очень сильные маги, которые буквально растворились в своей силе.

— Да.

— И мое исследование бесполезно? — Ольга с грустью на меня взглянула.

— Нет! — я ударил кулаком по ладони. — Нужно укрепить грани. Твоя лаборатория мне в этом поможет.

Я улыбался, а сам думал о том, что очень и очень повезло, что у меня очень спокойный характер. Ведь могло выйти и так, что сила богини во мне, помноженная на эмоции… нет, даже думать не хочу.

«Да, вы вполне могли разрушить десять процентов защитного слоя мира», — вежливо «подумала» за меня Алекса.

Я молчал, а вот помощница — нет.

«По моим расчетам, с учетом новых данных, последствия этой вспышки могли отразиться на большей части магов этого мира. Анализ показывает, что смертность среди…»

«Замолчи.»

Получается, в одну из таких дыр мы с Вороновым и попали сюда. Нет, это нужно прекратить.

Я медленно вдохнул и выдохнул, а потом прикрыл глаза и начал действовать. Воронов не прошел бы за грань. Он бы разрушил ее. И убил нас всех. И чтобы такого больше никогда не произошло, нужно сделать грани прочнее.

Эта работа заняла у меня не один год. Успехи чередовались с провалами. Я вычерпывал мое море силы до дна, иногда падая без сил прямо на полкабинета.

Но результаты были. Уже за первые полгода магических бурь стало меньше. Как и пациентов с исковерканными магическими потоками. Я не раз видел отчеты Белотеловой, и они это подтверждали. Больше того, настало мирное время.

Магия стабилизировалась.

Не полностью, конечно, порой какие-то вспышки случались, но мы могли их отслеживать и успевали поставить блокировку.

Дети стали рождаться с более сильным даром. Наши с Тенью сыновья в будущем станут сильными магами. Уже сейчас можно было заметить, что у Виктора в пять лет отлично получаются заклинания иллюзий, а у Тимофея-младшего способность к огню. Меня сначала это удивляло, но потом я понял, он сам ее выбрал.

Да, действительно сам. Он родился с признаками всех четырех стихий, но отдал предпочтение пламени. Так и остальные дети, которые родились одновременно с ним. У Матильды с Ежом — Лида обладала как даром к проклятию, так и водной магией. Не приведи боги разозлить малышку.

У Аннабель и Максима — тут все было понятно и без магических измерителей, — Константин уже в семь лет создал первый артефакт. Сейчас он стоит у меня в кабинете, защищая его от огня.

Защитный слой мира дал всем магам пусть и не новые способности, но возможность выдохнуть после череды безумств магии.

— Тимофей Викторович, — я все записала.

— Спасибо, Вероника, — кивнул я своей помощнице.

К слову, это была не Алекса в своем старом виде. Я взял структуру ее кода и наложил его на остаточную силу богини. И теперь у меня появилась почти живая помощница, которая не была подвержена случайным вспышкам, и была на порядок мощнее Алексы.

Я отложил в сторону свои записи и выглянул в окно, с улыбкой смотря на стайку детишек.

От мыслей меня отвлекла Оксана.

— Тим, ты чего застрял, там уже торт выносят, а ты все работаешь!

Кивнув ей, я поднялся и вышел в гостиную. Там стояли все мои друзья. Они ждали только меня.

И едва я переступил порог, грянуло дружное:

«С днем рождения, Тимофей!»

Я улыбнулся, да, пятьдесят лет исполняется всего раз в жизни. И я рад, что нахожусь здесь и сейчас в этой гостиной с этими людьми.

Все же мне никогда не понять Воронова с его желанием вернуться. Зачем? Ведь можно создать свой собственный, который не страшно оставить будущему поколению.