Код идеальной магии 3 (СИ) - Котляров Лев - Страница 49

Я задумчиво смотрел на него, вспоминая все, что нас когда-то объединило и в то же время разогнало по разные стороны баррикад. И последняя фраза недвусмысленно намекнула, что какая-то часть старой личности все же в нем осталась.

Глава 24

— Леш, а зачем тебе это? Весь мир? Сидеть на троне и пьянствовать? — спросил я, не отвечая на его вопрос.

— Говорю же тебе, мы сможем сделать дырку между двумя мирами, — ответил он, размахивая руками. — Ходить туда, как к себе домой. Брать отсюда магию, а оттуда — технологии. Мы будем королями! Получим все, что захотим! Вот, о чем ты мечтаешь?

— О спокойствии, — устало ответил я.

— Ты? Чушь какая! — отмахнулся он. — Зачем оно тебе? Ты владеешь магией! Это сила! Мощь! Власть! Некогда сидеть в плетеном кресле и попивать кофеек. Надо жить! Пользоваться тем, что нам дано!

Чем дальше он говорил, тем сильнее я видел того самого Воронова, с которым мне было не по пути. Даже без моей помощи, на что он был способен на самом деле? Возможно, он и не изменился совсем, а лишь глубже ушел в безумие своих старых привычек.

— И ответственность, — добавил я, прощупывая его моральные рамки.

— Узнаю старого доброго Тимофея, — громко рассмеялся он. — Куда нос не сунет, всегда переживает за все подряд. Оставь ответственность слабым.

— Ты опять возвращаешься к тому, на чем мы закончили, — я растер лицо и вздохнул.

Пора с этим заканчивать.

— В том мире ты пришел в мою лабораторию, — проговорил я медленно и спокойно, — разгромил ее и требовал отдать тебе мои разработки.

— Ну перегнул палку, бывает, — пожал он плечами. — Построишь новую на золото из этого мира.

— А потом убил Веру.

Воронов помолчал несколько секунд, задумчиво морща лоб, вспоминая, о ком я говорю, а потом… улыбнулся.

— На кой черт тебе была вообще нужна та девчонка? Она же тощая, скучная. Вечно со своими принципами, — он сделал тонкий голос, пытаясь повторить Верину манеру разговаривать, — Тим, нельзя вот так сделать, это может вызвать сбой в работе станции и повлечет за собой множество…

Во мне тут же вспыхнула ледяная ярость. Кулак врезался в лицо Воронова, с хрустом ломая нос.

— Какого черта, Зарницкий⁈ — взревел Алексей. — Ты с ума сошел⁈

— Послушай меня внимательно, червь, — глухо проговорил я. — Не тебе решать, кого мне выбирать, любить и чью смерть оплакивать. Ни одна женщина в мире не заменит мне Веру. Мою Веру!

Последнее я выкрикнул, вложив в голос силу. Воронов присел от удивления, забыв про льющуюся из носа кровь.

— Ты натуральный псих! Я тебе мир предлагаю, а ты мне припоминаешь какую-то рыжую бабу! Она не стоит того, чего мы можем достичь вместе! Не стоит!

Ох, зря он это сказал. Одним прыжком я оказался рядом с ним и начал яростно наносить удар за ударом. Мне даже не нужна была магия, чтобы ломать ему ребра и отбивать печень. Я очень и очень был зол.

— Погоди, погоди, Тим, — Воронов еще пытался мне что-то сказать. — Мы можем вернуться в то время, где твоя девка была жива!

Кулак на мгновение замер. Перед глазами пронеслись картинки разгромленной лаборатории, бейджик с бантиком, нож в руке Воронова. В сердце заныла старой занозой острая боль, от которой не было лекарства.

И снова ударил Воронова. Я через многое прошел, изменился. И даже если вернуть Веру, я не смогу просто сделать вид, что ничего не было. Да и потом, Воронов же не изменится. Он и половины не помнил, что сделал тогда, как пришел к тому, что имеет право громить мою лабораторию и с легкостью убивать дорогих мне людей.

Нет, он не изменился. Ни капельки. Еще год и он начнет свой новый путь тяжелой поступью разрушений и смертей. Я такого допустить не могу, и знал, что нужно делать.

— Алекса, протокол «Божественное очищение», — четко проговорил я, продолжая нависать над Вороновым.

— Чего? Алекса? Твоя новая девка? — хрипло засмеялся он, сплевывая кровь, но тут же замер, увидев сиреневые росчерки магии вокруг. — Тим, какого хрена⁈ Что ты делаешь⁈

Сила богини потянулась к нему, оплетая своими щупальцами. Сначала руки, потом ноги. Воронов всеми силами пытался их с себя сбросить, но пальцы проходили сквозь магию и не могли ее подцепить.

— Прекрати! — заорал он. — Немедленно!

— Иначе что? — устало спросил я. — Снова все разрушишь? Мы с тобой там мертвы. Убили друг друга. Ты повредил чип, а я вогнал тебе в брюхо твой собственный нож.

— Я убил тебя? — Воронов приподнял одну бровь.

Я подумал, что он сейчас начнет раскаиваться и просить прощения, но ошибся. В глазах моего бывшего лучшего друга вдруг мелькнуло понимание. Мое заклинание постепенно возвращало ему память, одновременно с этим лишая магии.

С невероятным усилием он отлепил руку от тела и полез зачем-то в карман, а потом хрипло рассмеялся.

— А я-то думал, что за кусок пластика у меня был в ладони. Твой чип. Ха-ха-ха, — каркающий смех слетел с его губ вместе со сгустками крови. — И как ты без него жил-то? Я, наверное, тебе мозги задел, раз ты не понимаешь, что именно я тебе предлагаю.

Я не ответил ему, а он достал крошечный огрызок, и я сразу же его узнал. Да, обломок моего чипа. Я сам его паял и делал, а потом добровольно ложился на стол к хирургам, чтобы его вживить в тело. Это был серьезный риск, но я все рассчитал верно. Так и появилась Алекса.

— Значит, мы оба дохляки там сейчас, — Воронов все продолжал смеяться. — Я не в обиде, что ты меня сейчас поколотил, за дело, не спорю. Но вот мое предложение: вернемся туда вместе, вернем твою рыжую и заживем богачами.

— Ты так ничего и не понял.

Я все смотрел на сиреневые вспышки, которые облепляли моего пленника. Голова была пуста, сердце и душа тоже. То, что он предлагал, сейчас казалось какой-то нелепой чушью. Даже обещание вернуть все как было, не тронуло меня. И я просто смотрел, как магия богини вытягивает из Воронова его силу. Капля за каплей.

Этому миру не нужны такие психи с бредовыми идеями сделать дырку между мирами. И без того грани сейчас хрупкие, на носу слияние. Эксперимент Воронова может все разрушить к чертям.

Алекса была со мной согласна. Лешка, как обычно, не думал о последствиях, а только о своей выгоде.

И сейчас барахтался, опутанный сиреневой пленкой.

— Тим! — с трудом дыша, крикнул Воронов. — Одумайся! Весь мир! Два мира! Хочешь, я отдам тебе этот⁈

— Заткнись уже, — я поднялся и отошел от него.

Еще пара минут и он будет лишь человеком, лишенным магии навсегда. Вот только, что делать дальше? Оставить в живых? Тут было над чем подумать.

— Идиот, — долетел до меня шепот. — Всегда был честолюбивым идиотом. Таким и помрешь. Думаешь, что ты меня остановишь? Нет!

Я глянул на него и вдруг увидел, как сиреневые блики меркнут. Он нашел способ справиться с заклинанием!

В рот ему код!

«Фиксирую сбой протокола,» — бесцветно сказала Алекса.

Что-то начало оттягивать силу на себя. Коридор! Дверь все еще была открыта, и теперь защитный барьер перекинулся сюда, высасывая магию.

«Разберись», — коротко бросил я помощнице, а сам подошел к Воронову.

— У тебя есть полминуты, чтобы раскаяться. И, может, я оставлю тебе жизнь.

— Ты забираешь у меня силу, — его глаза сверкали ненавистью. — Но я найду способ достать тебя и без нее. Я вспомнил все. Вспомнил твое предательство. Зажал новую разработку, отказался мне ее дать. А я ведь просил тебя по-хорошему. Даже слова вежливые писал. Вся наша дружба была чушью.

— Спасибо. Теперь мне даже не жаль тебя.

Клинок появился в моих руках серебряной вспышкой, чтобы через секунду оборвать жизнь Воронова. На этот раз навсегда.

Неожиданно сиреневые щупальца замерли, ощутив вкус крови, и жадно набросились на нее. Рядом со мной замерцал воздух, и из ниоткуда проступили очертания женской фигуры.

— Вкусно, — раздался ее голос. — Жизненная сила!

— И тебе доброго времени суток, — кивнул я ей, как старой знакомой.