Ревизор: возвращение в СССР 37 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 39

Ну а пока что, конечно, мужики меня вопросами засыпали про Берлин. Как он там, а то они его с 1945 года не видели…

Рассказал и про Берлин, и про фестиваль. Покивали головами, когда сказал, что на фасадах некоторых домов видны следы от пуль и осколков. Мол, понятное дело, сами старались… Понравилась им история про Дина Рида и храброго вьетнамского летчика. А когда рассказал, что с Маресьевым поговорил, хоть и немного, так они вообще впечатлились. Все же человек он сейчас очень известный.

А там и доски подвезли, на телеге, в которую была запряжена молодая кобыла. Родька тут же к ней рванул, и яблоко даже для нее нашел по рекомендации Егорыча.

Помог разгрузить доски, внимательно их рассмотрев. Годятся, даже очень. Ровные, не перекореженные, пять сантиметров толщиной, одна сантиметров пятьдесят шириной, другая сорок.

— Жалко, что обе не полуметровые, придется более широкую под узкую подрезать по ширине, — сказал огорченно Трофим. — Там было еще две полуметровых, но их повело сильно при хранении… Выпрямлять я не умею такие толстые доски.

— Да, пять сантиметров дуба — это тебе не тонкую дощечку попробовать выпрямить, — согласился с ним и Егорыч.

— Ладно, восемьдесят сантиметров вполне достаточно будет, не так у нас тут и много места свободного, — высказался и я.

Ну и тем более, ясно, что более широкую доску придется подгонять под более узкую, с этим ничего не поделать… Затащили обе доски в предбанник, там мужики и собрались стол мастерить.

— Времени у нас много, все необходимое есть, так что вернешься с Паланги, уже стоять будет готовый. — пообещал мне Егорыч.

Потрепал Тузика по голове, хорошо хоть, что ему тут совсем не скучно без хозяев, да поехал обратно в город. Уже пора и Ахмаду с работы возвращаться…

Москва

Ахмад в понедельник впервые поехал на свою новую работу в Министерство. Оделся в точности в то же, что ему Павел Ивлев посоветовал, когда он к министру ходил на собеседование. Первый день самый важный, ему нужно произвести правильное впечатление на всех.

И нужно уже как-то начать забывать про то, что с ним на заводе приключилось. Черт с ними, со всеми этими взяточниками! Злость у него осталась только на Вагановича, правда, очень крепкая злость. Это был безусловный враг, с которым нужно обязательно будет разобраться, хоть и не такими методами, как он с ним пытался покончить только из-за того, что он вступился за оговорённого директора завода. Нет, Ваганович пойдет в тюрьму за дело, а не просто так. Хорошо, что Павел пообещал подключить своего знакомого майора из милиции. Со знакомыми легче рассчитывать на добросовестное отношение, это касается любой сферы…

Прибыл в министерство, и был очень удовлетворен тем, что звонить никуда не пришлось, чтобы его внутрь запустили. Прямо у проходной его ждал начальник отдела кадров, да с готовым пропуском. Это было по-настоящему солидно, и он подумал, что правильно выбрал позицию в министерстве. Похоже, эта должность действительно очень серьезная, раз его так встречает сам Семен Васильевич… Иначе бы он какого-нибудь своего сотрудника бы послал.

Начальник отдела кадров сразу, пока шли к лифту, поднял вопрос и о том, что он хотел начать работу с отпуска.

— Жене кесарево сделали, так что еще неделю точно в больнице продержат. Если я какие-то ваши планы не нарушу этим, то эту неделю я бы лучше поработал, начал вживаться в свои обязанности, чтобы во время отпуска уже лучше понимать, как построить свою работу после выхода из него.

Никаких возражений у Семена Васильевича не оказалось, так что этот вопрос так и решили.

Начальник отдела кадров сначала завел его к себе, полез в ящик своего стола и выложил на стол какие-то бумажки:

— Это вам сразу от профсоюзной организации по случаю рождения ребенка. Талон в спецсекцию Детского мира, и продуктовый талон на базу, что снабжает наше руководство. Запишите адрес, пожалуйста.

Немного ошалевший от такого поворота Ахмад все старательно записал. Такие талоны он уже видел у Паши, но тот-то в Кремле работал… Да, смена работы явно была хорошей идеей… Интересно, это только по случаю рождения наследника, или, как и Паше, будут регулярно их выдавать? Спросить он постеснялся, как-то неудобно было.

Затем его завели к начальнику управления, при котором он будет работать.

— Яков Денисович, — представился тот.

Сразу же рассказал, что пока что выезжать никуда не надо. Настоящая работа у Ахмада начнется, когда тот выйдет в сентябре. Выяснилось также, что постоянных подчиненных у Ахмада не будет, должность у него специфическая…

— Каждый раз, когда приказ министр будет издавать на работу вашей группы инспекционного контроля, на конкретном объекте, будет и состав ее под конкретную задачу формироваться. По любой работе по оформлению, связанной с оформлением документации по итогам выезда, можете обращаться к моему секретарю. Либо она сама сделает, либо найдет тех, кто свободен. Ну а пока что давайте я отведу вас в ваш кабинет. Да, и дам сразу всю необходимую нормативную литературу, которую нужно изучить к моменту первого выезда.

Вскоре Ахмад оказался в новом кабинете. Он ему понравился. В нем недавно был сделан ремонт, и даже имелся диванчик у стены. Стол был тоже неплохой, новый и достаточно большой, чтобы за ним совещания проводить с членами своей группы. Он задумался — хорошо это или плохо, что члены группы каждый раз разные будут? Получается, что в момент, когда выезжать никуда не надо, он начальник без подчиненных…

Махнув рукой на эти мысли, время покажет, он погрузился в изучение нормативных документов. Ему их много притащили, килограмма на четыре распечаток. Прикинул, что как раз за эту неделю и будет нужно все изучить от корки до корки…

На обед сходил в столовую. Она ему понравилась. Цены неплохие, повара очень предупредительные, и выбор блюд получше, чем на заводе. Ну и еще что непривычно было после завода, что все мужчины исключительно в костюмах, никого не было в рабочей одежде, как на заводе.

После обеда он продолжил изучать документацию, а когда пришла пора ехать домой, пошел вместе со всеми на выход. Пока что работа ему более чем нравилась, никто его за весь день так и не потревожил с какой-нибудь ерундой. Что-то есть хорошее в том, что ты временно начальник без подчиненных…

Войдя в подъезд, вспомнил, что Паша уже должен был приехать. Позвонил в дверь.

Москва, квартира Ивлевых

Приехал домой, минут пять прошло всего, и звонок в дверь. Открываю — Ахмад!

Обнялись даже на радостях, что у нас теперь новый родственник появился. Сели за стол, бабушка мне, конечно, с собой и на ужин, и на дорогу, и на Ахмада еды подкинула, пока я там гостил.

Ахмад минут двадцать рассказывал возбужденно — и про сына, и про новую работу. Показал мне с гордостью выданные ему талоны. Я сделал вид, что впечатлился, чтобы его порадовать.

— Как сына-то назовете, решили уже? — улучив минутку, спросил его.

— Думаю еще. Два имени мне нравятся. Ринат и Рахмат. Деда моего Ринат звали, а прадеда — Рахмат. В честь одного из них хочу сына назвать. Вот между ними не могу определиться…

Я так понял по этому ответу, что мнение Поли Ахмада по этому вопросу не интересует особо. Видимо, особенности культуры. Хотя и у русских многих ситуация схожая. Не каждый мужчина жену спросит, как сына назвать. А услышав ответ, его проигнорирует. Мой собственный случай в прежней жизни. Лет двадцать мне было, когда узнал, что отец с матерью договорились было об одном имени для меня, на котором она настаивала, а он, когда в ЗАГС пошел, все равно назвал меня так, как сам хотел. Ну а в этой жизни не знаю, как Пашке его имя досталось. Надо бы Аполлинарию спросить, когда из Паланги вернемся…

Произнес вслух оба имени. Решил дать совет.

— Если мое мнение интересно, называй Ринатом. А то сразу два момента делают имя Рахмат неудобным. Очень уж на твое имя похоже. Представь — жена сына позовет, а ты решишь, что она тебя зовет. Или наоборот. Кому нужна эта путаница.