Ревизор: возвращение в СССР 37 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 29

— Павел, нам нужно быстро поесть, и мы сразу едем на концерт!

— Погодите, Эмма Эдуардовна… Так вы же говорили, что гала-концерт будет завтра вечером в Трептов-парке… А не сегодня.

— Так это же будет гала-концерт советской делегации. А мы с тобой пойдем сегодня на гала-концерт польской делегации.

Оглянувшись вокруг и увидев, что никто на нас не обращает никакого внимания, она сказала, понизив голос:

— Вообще-то пригласительные выдали не нам, а верхушке нашей делегации. Но они не могут, попросили нас сходить. Чтобы в зале на местах, выделенных советской делегации, не было пустых мест. Ну а с Василием Петровичем я идти не хочу, нудный он…

Как мне это знакомо еще с прежней жизни! Заполнить кем-то свободное место, хоть на стадионе, хоть на концерте… Придётся выручать Эмму Эдуардовну, куда же деваться…

— Вот, держи приглашение, изучишь в ресторане, — сунула она мне в руки что-то вроде тонкой брошюрки.

Я так-то привык к картонкам, на которых в нескольких строчках указано, кто и куда тебя приглашает. А тут целая брошюрка. Взял. На обложке пять кружков, тисненных золотом, прямо тебе как приглашение на Олимпиаду… Между ними лев, вставший на лапы. А, нет, это медведь, наверное, просто изобразили так. Ведь у Берлина на гербе как раз медведь и должен быть. Тощий, правда, попробуй еще медведя в нем опознать. Очень тощий, даже жалко его, накормить сразу хочется…

Так… Национальный подготовительный комитет XВсемирного фестиваля молодежи и студентов… Бла-бла-бла… Приглашает вас на торжественный концерт польской делегации фестиваля. Берлинская государственная опера, ваше место номер 7, ряд 20. Полистал ее. Ни одной знакомой фамилии артиста или названия ансамбля. Да уж, в польской музыке я точно не специалист. Придется проникаться…

Тремя часами позже мы выходили из Берлинской государственной оперы. Ну что сказать, не проникся… Слишком много официоза в музыке и песнях, наверное, по этому принципу певцов и ансамбли и подбирали. Я бы лучше что-то менее форматное посмотрел и послушал, наверняка же у поляков это есть, но кто же моим мнением в таком вопросе будет интересоваться. Ну ладно, хоть можно будет всем знакомым говорить, что был в Берлинской государственной опере. Главное, искусно уходить от вопросов, что же я там слушал и смотрел…

Эмма Эдуардовна тоже не шибко была впечатлена концертом. Наверное, уже оставшиеся дни считает до возвращения в Москву. Ей-то вообще невесело — она же отвечает за всю группу. Постоянно, наверное, боится, как бы кто из нас где-то не накосячил… Ей же отвечать, если что. Мне в этом плане намного легче здесь присутствовать…

Глава 13

Калининская область

Карина всю дорогу судорожно соображала, что же ей делать? Она прекрасно понимала, что везти родителей к друзьям нельзя, учитывая, что она наплела про тех и соседней компании, и своим родным. Ей было очевидно, что в итоге ей очень сильно влетит, если родители узнают правду. Надо сделать вид, что я заблудилась и забыла дорогу, — осенило Карину. — Я же там была только один раз, и до этого тоже ни разу ноги моей там не было… Вполне правдивая история получится.

Карина сидела и вспоминала, что же она там рассказывала отцу о том, где они остановились. С облегчением поняла, что не говорила ни про какие детали, просто сказала, что это недалеко от Торжка. Вот и отлично, покажу поворот в другую сторону, — решила Карина, — и лучше даже скажу, чтоб повернул перед Торжком, чтоб наверняка.

Когда проехали Калинин, отец стал расспрашивать дочку подробно, как надо ехать. Карина снова повторила, что стоянка их лагеря недалеко от Торжка, и что она покажет, когда увидит поворот.

Показав отцу ближайший поворот направо, Карина некоторое время изображала, что узнает дорогу, показывая на «знакомые развилки» и ориентиры. Но потом начала неуверенно озираться, вслух рассуждая о том, что «что-то она не узнает дорогу».

Родители многозначительно переглядывались, сдерживая ироничные улыбки, но не подавали виду, что давно раскусили игру дочери.

— Как ты могла забыть дорогу? — Наконец, не выдержав, удивленно повернулась к Карине мама. — Сегодня же только домой вернулась.

— Ну, здесь всё такое одинаковое, — начала оправдываться Карина, — и это мы с вами быстро едем. А на машине Марата мы ехали медленно, много раз останавливались, заезжали в некоторые городки и деревни по дороге. Вот я и запуталась уже, где и куда поворачивать.

— А! Ну-ну, — скептически произнес отец.

— А еще у нас колесо два раза пробивало, мы в сторону от дороги сворачивали, и Марат камеру чинил, — добавила Карина.

— Ну, в принципе, да, на машине когда путешествуешь, это обычное дело, — кивнул головой отец.

Покружив еще немного по округе и поняв, что дочка «не сможет вспомнить дорогу», родители решили, что на сегодня хватит поисков. Найдя симпатичную полянку у реки, отец остановил машину и сказал:

— Остановимся здесь, я думаю. Раз дорогу забыла, не будем кружить без толку по окрестностям. Стемнеет скоро. А с товарищами твоими я позже разберусь, раз сейчас ничего не вышло.

Обрадованная таким поворотом Карина энергично закивала в ответ.

— Как красиво здесь, — восхитилась мама, выйдя из машины и потягиваясь. — Отличное место. Вид прямо на закат из лагеря.

Отец Карины тут же открыл багажник и начал выгружать вещи.

— Вот дочка, пригодятся твои навыки, которым ты научилась в походе, — довольно сказал он, доставая длинный брезентовый сверток с палаткой и кладя на землю возле Карины. — Давай, ставь пока палатку, а мы с мамой дровами займемся и ужином.

— Я? — опешила Карина, во все глаза глядя на родителей.

— Ну конечно, а в чем затруднение? — подтвердила мама. — Ты же сказала, что тебя так эксплуатировали, что одной левой уже палатку ставишь. Нас с папой это только радует. Сами-то мы давно последний раз в поход ходили, подзабыли малость навыки.

Оставив растерянную дочь с палаткой, лежащей на земле, родители, улыбаясь и весело переговариваясь, подхватили топорик и направились в лес за дровами. Карина смотрела на здоровенный брезентовый сверток перед собой и пыталась понять, как ей выкрутиться из этой ситуации.

Москва, Лубянка

Генерал Комлин смотрел на записку, полученную от агента «Скворец» и ее перевод. Интересная информация, и чем особенно хороша, так это тем, что нет больших сомнений в достоверности намерений колумбийских революционеров. Подстроить такое нападение, чтобы подвести через Диану к КГБ своего человека… Слишком сложная цепочка, основанная на многих допущениях. ЦРУ или тот, кто это мог бы затеять, должны точно знать, что Диана работает на КГБ. А откуда, если, как указано в досье, девушка чрезвычайно осторожна и отказывается от любых контактов с КГБ за рубежом? В КГБ есть предатель из тех, кто знает о ней? Ну так знает очень немного человек, и если один из них предатель, то он бы явно не такой ерундой занимался… Доступ к информации о Диане у очень ограниченного круга людей, и каждый из них владеет намного более ценной информацией… Ну и также важен факт, что Диана сама, отправляясь из Москвы, не знала, что окажется в Венесуэле. Даже если за ней следили, то такого уровня операцию за пару дней не организовать сразу после ее приезда туда. Чепуха, короче, это реальный контакт реальных колумбийских революционеров… Отделение Революционных вооруженных сил Колумбии — Армия Народа…

Конечно, у первого управления были выходы на верхушку данной организации колумбийских революционеров, Политбюро охотно поддерживало любых борцов против реакционных капиталистических правительств по всему миру. Но, как знают в любой спецслужбе мира, контактов много не бывает.

Он еще раз внимательно перечитал доклад агента, записанный куратором. Значит, эта группа колумбийских революционеров хочет отколоться от материнской организации и захватить целиком всю провинцию. Очень наивно, конечно, ожидать такого успеха там, где не справляется вся организация целиком… Но в революционеры часто идут не самые умные люди, главное, что у них много энтузиазма, и их можно использовать против врагов СССР. ЦРУ в Колумбии чувствует себя как дома, и дело чести для КГБ создавать своему самому серьёзному врагу как можно больше проблем в этой стране. Так что, по мнению Комлина, связь с этой группировкой однозначно надо устанавливать. Другое дело, что нельзя ничего им давать, ни денег, ни оружия, до тех пор, пока не удастся вложить в них определённые установки. Во-первых, отказ от выхода из материнской организации, они должны понять, что вместе революционерам Колумбии под силу сделать гораздо больше, чем по отдельности. Во-вторых, они должны приносить реальную пользу КГБ, если хотят получать регулярные транши, в том числе поставлять востребованную разведывательную информацию.