"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 98

— Позиции сторон ясны. Суд удаляется на совещание, — объявил судья.

Совещание длилось довольно долго, и всё это время я развлекался тем, что пристально разглядывал Лесина, зловеще улыбаясь ему каждый раз, когда он смотрел на меня. Через какое-то время он начал нервничать, и к концу совещания сидел как на иголках. Наконец судьи вернулись и Голос Княжества объявил вердикт:

— Представленные истцом доказательства не позволяют вынести обвинительный приговор. Однако суд признаёт подозрения достаточно вескими и считает, что для оправдательного приговора основания отсутствуют. Учитывая отказ ответчика от сотрудничества, суд рекомендует истцу обратиться к княжеству с просьбой о княжеском расследовании этого дела и поддерживает такую просьбу. Данный вердикт поддержан всеми тремя сторонами суда и принят единогласно.

Физиономия Лесина сделалась совсем кислой. Разумеется, княжеское расследование также ни к чему не приведёт — прямые доказательства отсутствуют, а допросить аристократа с эмпатом без его согласия нельзя. Но для общества даже такой вердикт является приговором, у Лесиных есть весомый шанс стать изгоями общества. Может ли считаться дворянским семейство, которое прочие семейства дворянами не признают? Вопрос не имеет простого ответа, однако лет триста назад был случай, когда в похожей ситуации главе пришлось взять вину на себя и совершить самоубийство, чтобы очистить семейство и избежать бойкота.

Словом, Лесину в любом случае не позавидуешь. Вот если бы получилось нас убить, то дело обстояло бы совсем иначе — посредник и весь отряд убийц лежат в болоте, Лесин клянётся, что он непричастен, и в конце концов все решают, что какие-то бандиты отомстили мне за Мишу Тверского.

Дверь слегка приоткрылась и в кабинет заглянул секретарь:

— Княже, сиятельная Милослава Арди требует немедленного приёма…

Он не успел договорить до конца, как был бесцеремонно отодвинут в сторону, и в кабинет князя вступила Милослава, пылающая гневом.

— Я доверилась тебе, княже, и чем кончилось дело? — возмущённо проговорила она. — Я требую справедливости!

— Милослава, успокойся! Эмоции тут совершенно излишни, я готов внимательно тебя выслушать! — воскликнул князь, вставая из-за стола и делая знак секретарю. Секретарь мгновенно испарился. — Давай присядем, и ты всё мне расскажешь.

Князь бережно взял Милославу под руку и подвёл к уютному креслу возле низенького столика. Усадив Милославу, он сел в соседнее кресло. Рядом бесшумно возник секретарь с небольшим подносом и ловко, как фокусник, заставил столик чашками и вазочками.

— Княже, ты потребовал, чтобы я не вмешивалась в конфликты семьи и заверил меня, что всё под контролем, — начала совершенно не успокоившаяся Милослава. — Я согласилась, и к чему это привело? Моих детей, как зайцев, гоняют по лесам убийцы Лесиных, а я вынуждена на это смотреть! Я отказываюсь подчиняться твоему распоряжению!

Милослава опять разволновалась, и волосы у неё, казалось, начали жить собственной жизнью.

— Милослава, ты делаешь неправильные выводы, — успокаивающе сказал князь, — я вовсе не собираюсь мириться с этой вопиющей ситуацией. Я как раз сейчас изучаю доклад по этому делу, и обещаю тебе, что оно будет должным образом расследовано, и виновные будут примерно наказаны.

— Я требую казни Лесина! — заявила немного остывшая Милослава.

— Сначала нужно всё-таки расследовать дело и убедиться, что он действительно виновен. Лесин обвинение отвергает.

— Но при этом отказывается от допроса с эмпатом!

— Это и в самом деле очень подозрительно, — согласился князь, — но всё же для казни одного подозрения мало. Ты не учитываешь вероятность, что его могли просто подставить таким образом?

— Кому бы это понадобилось?

— Вот это я и хочу выяснить, прежде чем начинать карать и казнить.

Немного успокоившаяся Милослава отхлебнула из чашки и задумалась.

— И если ты выяснишь, что виновен действительно Лесин?

— Скажу честно, что даже в этом случае казнь мне кажется чрезмерным наказанием. Нет-нет, не вскидывайся, выслушай меня. Как бы то ни было, в конечном итоге твои дети не пострадали, и если Лесина казнить, то общество воспримет это очень отрицательно. И винить будут не меня, а твою семью, потому что всем будет ясно, что я приговорил его по вашему требованию. Ты понимаешь, что его казнь сделает Арди изгоями? Ты действительно этого хочешь?

Милослава глубоко задумалась.

— Посоветуйся с Кеннером, — продолжал князь, — я уверен, что он скажет тебе то же самое. Для своего возраста Кеннер очень умён, и на удивление хорошо справляется с ролью главы семьи. Он точно не захочет подставить семью таким образом.

Видно было, что Милославе очень польстил такой отзыв о Кеннере, и она действительно начала успокаиваться.

— Со своей стороны я обещаю, что если он виновен, то наказание будет суровым. Не в моих интересах прощать такое наглое нарушение закона. Если дворяне начнут посылать друг к другу убийц, это кончится анархией. Я не собираюсь допускать ничего подобного, так что дело будет безотлагательно и полностью расследовано.

— Хорошо, княже, — наконец согласилась Милослава, — я верю тебе. Я буду ждать результатов. А сейчас позволь мне тебя покинуть.

Князь проводил её до двери и глубоко выдохнув, сварливо спросил секретаря:

— И что, ко мне теперь все так и будут заходить, как к себе домой?

— Охрана пыталась её задержать, княже, — виновато сказал секретарь, — но она, по-моему, их даже не заметила.

— Я бы удивился, если бы они смогли её задержать. — хмыкнул князь. — Что она с ними сделала?

— Там вокруг них как будто воздух затвердел. Но они уже начинают шевелиться понемногу.

Князь покрутил головой.

— Начальнику охраны всё равно выговор выпиши, для бодрости. И вызывай Лесина.

Князь двинулся обратно в кабинет, вполголоса бормоча себе под нос: «Как же трудно с бабами…»

— Заходи, заходи, — приветствовал Добрана Лесина князь. — Вот скажи мне: как ты ухитрился столько лет прикидываться умным, так что никто даже и не догадывался, что ты идиот?

— За что ты меня так, княже? — помрачнел Лесин.

— Ты, похоже, решил, что законы не для тебя писаны, и ты можешь творить что хочешь. Или ты всерьёз считал, что можешь послать убийц к Арди, и никто ни о чём не догадается?

— Я тут ни при чём, — упрямо ответил Лесин.

— Ты из меня дурачка-то не делай, Лесин. — ласково отозвался князь. — Ты ещё от меня доказательства потребуй предъявить. Ты знаешь, и я знаю, этого достаточно.

— Дворянскому Совету доказательства потребуются.

— А с чего ты взял, что я тебе буду какие-то официальные обвинения предъявлять? — усмехнулся князь. — Я просто разрешу Милославе разобраться с вашим семейством, она очень этого хочет. И никто её не осудит, заметь. Ты, кстати, про поле Милославы слышал? Вижу, слышал. Между прочим, его только что официально признали двенадцатым чудом света. А ты, стало быть, будешь тринадцатым. Поставлю тебя на площади, будут на тебя голуби срать. Как тебе вариант?

Лесина раздирали противоположные чувства, но видно было, что предложенный вариант его не очень устраивает. Наконец, он неохотно выдавил из себя:

— Я недоглядел за своими людьми, признаю свою вину.

— Вот-вот, сразу надо было так, а то взялся из себя строить невинного ягнёнка. Ты глава, ты за всю семью и отвечаешь. Со своими людьми разбирайся сам, а я накажу тебя. Значит, так: все военные действия прекращаются. Арди заплатишь виру пятьсот тысяч, и ещё столько же заплатишь княжеству. Свои акции завода Багеровых продашь, чтобы у вас с Арди никаких точек пересечения не было. И не дружку своему Ивану Родину продашь, а кому-нибудь со стороны. А вообще, давай-ка так сделаем: самому Арди их и продай, чтобы полностью этот вопрос закрыть. А то я знаю я тебя, непременно что-то мутить станешь.

— Они же сейчас ничего не стоят, их нормально не продать, — вскинулся Лесин.