"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 232

— И насколько далеко эту метку можно почувствовать?

— Даже и не скажу, — задумалась она. — Мне никогда не требовалось чувствовать метку дальше версты или даже меньше. Мне доводилось слышать мнение, что расстояние вообще не ограничено — аурные метки ведь находятся на каком-то из духовных планов, а там расстояний не существует. Духовная проекция предмета или существа, на котором стоит метка, всегда рядом с твоей проекцией. Ладно, хватит болтать, передохнули достаточно. Давайте лагерь готовить, а то скоро темно будет. В горах долгих сумерек не бывает, здесь ночь наступает моментально.

Пока Гана с Ленкой собирали хворост и сооружали костёр, мы с Алиной устанавливали палатку — надо сказать, тот ещё труд, особенно для человека, не увлечённого турпоходами. Мы начали с убирания камней на единственной ровной площадке. Собственно, кроме камней, на ней практически ничего другого и не было, и пожелай мы и в самом деле убрать все камни, дело кончилось бы рытьём хода к центру Земли. Так что мы ограничились откидыванием в сторону слишком сильно выпирающих булыжников.

Когда я оттаскивал с площадки очередной камень, мой взгляд упал на маленькую гальку с красивым узором, хорошо обкатанную и отполированную горной речушкой. Я не особо силён в геологии, но скорее всего, это была яшма — не из дорогих, но достаточно красивая, чтобы вставить её в дешёвый серебряный кулончик. Я взял камешек в руку и попробовал присоединить его к себе. С моей точки зрения выглядело это довольно глупо. После нескольких попыток я с некоторым сожалением расстался с идеей присоединения — Гана явно делает это как-то иначе, но даже при всём желании вряд ли сможет свой способ объяснить. Я попытался окутать камешек своей аурой, что бы там под этим словом ни понималось. Ощутить его своим, оставить на нём след своей сущности, принять его как часть себя…

— Кен, надо бы ещё вот этот валун откатить, иначе у нас палатка на косогор залезет, — позвала меня Алина, критически осматривая результат наших усилий. — Давай-ка вместе.

Я последний раз взглянул на камешек, пожал плечами и небрежно откинул его в сторону. Возможно, я просто пока не дорос до подобных фокусов. Я упёрся в камень рядом с Алиной, мы дружно налегли, и с пыхтеньем откатили большой гранитный валун немного в сторону.

— А вот скажи мне, Лина, — решил задать я вопрос, который давно уже не давал мне покоя, — почему ты так мало пользуешься Силой? Для тебя ведь ничего не стоит закинуть этот валун хоть на ту гору. Но ты, тем не менее, пыхтишь вместе со мной и катишь его руками, как крестьянка. Ничего не имею против крестьянок, но от Высших я ожидал немного другого.

Алина неожиданно засмеялась, а я почувствовал себя немного уязвлённым.

— Не обижайся, пожалуйста, — сквозь смех проговорила она, — просто ты мне сейчас очень живо напомнил мою старшую внучку. Когда она была маленькая, она точно с такими же интонациями меня спрашивала: вот, мол, взрослые легко могут накупить себе целую гору игрушек и конфет — почему же они этого не делают?

— И в самом деле, почему? — пробурчал я. — Возможно, нам стоит над этим задуматься.

— Я могу дать тебе точно тот же ответ, что и ей — потому что у нас уже другие интересы. И вообще, использовать Силу для такой мелкой цели — это неуважение к ней. Мы находимся в очень тесной связи с Силой, для нас просто невозможно относиться к ней потребительски. Ну как бы тебе это объяснить… твоя жена тебя любит и очень многое тебе позволит, но если ты начнёшь постоянно на ней паразитировать, от любви в конце концов ничего не останется. Сила для нас и друг, и покровитель, и мы не можем относиться к ней, как к какому-то механическому приспособлению для исполнения мелких прихотей. Примерно как ваша Ясенева относится — помнишь же, как она воспринимает Силу?

— Щёлкни кобылу в нос — она махнёт хвостом[186], — кивнул я.

— Неплохо сформулировано, — засмеялась Алина. — Да, именно так она к Силе и относится. И именно поэтому при всём её несомненном таланте и трудолюбии она сумела добраться только до седьмого ранга. И знаешь, совсем не факт, что она на нём сможет удержаться.

— А что, разве можно потерять ранг? — удивился я.

— Конечно, можно, и это не так уж редко происходит.

— То есть если используешь Силу для мелочей, то можешь потерять ранг, так?

— Нет, не так, — поморщилась Алина. — Ты слишком примитивно это сформулировал, как раз в стиле Ясеневой. Это немного не так работает, потому что для Силы любое наше использование — это мелочь. Мы просто не можем создать для неё каких-то значимых задач, наш масштаб для этого слишком ничтожен. Дело не в Силе, а в нас самих. Ты либо сотрудничаешь с Силой, либо на ней паразитируешь. И если ты паразитируешь, если для тебя Сила — это всего лишь бесплатная возможность получить какие-то блага, то это рано или поздно отразится обратно. Относись к Силе с уважением, как к другу и партнёру, тогда и она к тебе отнесётся так же.

Я начал вспоминать уроки Стефы. Если подумать, то её отношение к Силе тоже укладывается в сказанное. Она, правда, не особо задумывается насчёт разумности Силы, и уж точно не считает её другом, но относится к ней с несомненным уважением.

— И все Высшие так считают? — всё же спросил я.

— Не знаю, — пожала плечами Алина. — Наверное, все. Гана, как видишь, валежник собирает.

Как раз в этот момент у нас перед глазами из кустов задом вылезла порядком запыхавшаяся Гана, волоча за собой огромную охапку сухих веток.

— Давай палатку собирать, — сказал я Алине, глядя на Гану, чем-то напомнившую мне муравья, — а то нехорошо получается, стоим тут, болтаем, пока люди прямо горы ворочают.

Палатку собирали, постоянно заглядывая в инструкцию — Алина прихватила её, разумно не доверяя нашей технической интуиции. И правильно сделала — даже я, в прошлой жизни отнюдь не гуманитарий, без инструкции с картинками мог только беспомощно смотреть на все эти многочисленные верёвочки и распорки.

— Слушай, Лина, я что-то не понимаю, — раздражённо сказал я, ошибившись со сборкой в четвёртый раз. — Что за палатку ты выбрала?

— Новая модель, — виновато откликнулась Алина. — Патентованная. В рекламе написано, что устанавливается одним человеком с исключительной лёгкостью.

— Ах, в рекламе написано, — кивнул я. — Знаешь, мне этих, которые рекламу делают, частенько хочется выпороть. У меня, кстати, и палач свой есть.

— Если надумаешь, я тебя поддержу, — отозвалась Алина, с отвращением глядя на палатку.

Наконец палатка была благополучно, и вроде даже правильно установлена, в котелке над костром булькала похлёбка от Алины, распространяя умопомрачительный запах, а мы сидели в темноте вокруг костра, вытянув усталые ноги. Ради таких моментов люди и ходят в турпоходы. Просто надо весь день побегать с тяжёлым рюкзаком по горам, и тогда, присев вечером на кусок бревна у костра, ты поймёшь, что попал в рай, и сохранишь об этом моменте самые тёплые воспоминания. Наглядное подтверждение известной истины, что сделать человеку хорошо очень просто — нужно всего лишь сделать ему сначала очень плохо, а потом как раньше.

— А кстати, Гана, как мы будем возвращаться? — вспомнил я давно беспокоивший меня вопрос, когда мы поев, просто сидели, молча глядя на огонь. — В Апсны[187] нам идти не стоит — компания у нас заметная, нас могут и вспомнить. Обратно до Архыза и в Итиль? Как-то тоже не очень вариант.

— Пустяки, — махнула рукой Гана, — никуда идти не нужно. Отсюда в верстах пятнадцати на север есть небольшое озеро в укромной долине, там нас будет ждать курьерский дирижабль с надёжным экипажем. Полетим сразу домой.

Так значит, у нас есть курьерский дирижабль с надёжным экипажем, который может нас увезти домой? Это замечательно, но сразу возникает вопрос — а что, разве он не мог привезти нас сюда? Я не вижу ничего, что могло бы этому помешать, а значит естественным образом возникает вопрос — зачем всё это путешествие?