"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 219

На «Красоте Фрейи» весь экипаж обедал вместе. Возможно, ситуация изменится, когда на судне будет полный штат офицеров, но пока что всё было мило и по-домашнему — все до последнего юнги, то есть Ленки, сидели за длинным столом в кают-компании. Во главе стола восседал сам капитан Олаф, которого мы, наконец, увидели своими глазами. Капитан был как две капли воды похож на маму-старпома — такой же здоровенный и белобрысый, только пошире и с бородой.

— Что у нас с двигателем, Гана? — вопросил он, шумно наворачивая грибную похлёбку с сыром и гренками.

— С двигателем всё хорошо, капитан, — невозмутимо отозвалась Гана.

— Прежний механик говорил, что там серьёзная неисправность.

— Все неисправности исправлены, капитан.

Капитан прекратил есть и уставился на Гану. Та ответила ему взглядом, в котором не было ничего, кроме абсолютного спокойствия. Они немного поиграли в гляделки, и капитан первым отвёл глаза.

— Что-то я никогда про вас не слышал, — заметил он, снова принявшись за похлёбку.

Да, а вот и ещё один прокол Драганы — воздушники часто мигрируют с судна на судно. Если даже никто в экипаже не знает нового человека, то обязательно знает того, кто знает. Мир воздушников довольно тесен, и общие знакомые есть всегда. Думаю, нас бы и не наняли без рекомендаций, если бы не критическая ситуация с экипажем. А главное — какой вообще смысл изображать из себя воздушников и привлекать лишнее внимание своей необычностью? Мы могли улететь обычными пассажирами, и на нас никто бы даже взгляда не задержал. Это мне наука, что нельзя в важных делах полагаться на дилетантов, а нужно обязательно контролировать всё самому.

— Мы в свободные наймы не ходим, — спокойно объяснила Гана. — Потому про нас и не слышно.

— Почему не ходите? — капитан удивился настолько, что даже забыл о похлёбке.

— Потому что нас никогда не увольняют. Мы сами решаем, с кем летать и на каких условиях.

Капитан изобразил на своей физиономии лёгкое недоверие.

— В Киеве сами будете просить нас остаться, — снисходительно улыбнулась Драгана.

— Ну, вашего кока я уже готов просить остаться, — признался Олаф, бросив взгляд на Лину, которая аккуратно ела, полностью игнорируя разговор.

Весь остальной экипаж недоверчиво нас рассматривал. Я так думаю, нас ещё не обвинили в наглом самозванстве лишь потому, что никто не был способен придумать, зачем нам это могло бы понадобиться.

— А почему со старого места ушли? — полюбопытствовала Фрида. — И с кем вы до нас летали, кстати?

Ну что, Драгана, не пора ли бить морду старпому? Заодно и капитану, тоже ведь лезет с разными вопросами. К счастью, Драгана предпочла рекомендациям Алины не следовать и драку затевать не стала.

— Со старого места ушли ненадолго по своим обстоятельствам, — пояснила она. — А работали мы раньше с аристократами. Фамилий назвать не могу, но вы все эти фамилии слышали. Вот как разберёмся со своими делами, так обратно и вернёмся.

Да, всё правильно, с аристократами мы раньше и работали. И не только с ними. И потом обратно на старое место вернёмся. А для меня это хорошее напоминание, что Высшие всегда говорят правду, вот только не всегда можно понять, какую именно правду они говорят.

Глава 10

С громким металлическим лязгом захваты открылись и оттолкнули дирижабль от причальной мачты. Я пошатнулся от мягкого толчка и ухватился за первую попавшуюся железку, чтобы устоять на ногах.

— Главное, за рычаги так не схватись, а то Фрида прибежит и крик подымет, — с иронией заметила Гана. — Первый раз на дирижабле? У вас же вроде свой есть.

— А ты-то, я гляжу, точно знаешь, что у нас есть, — с досадой парировал я.

— А ты думал, что тебя кто-то без присмотра оставит? — хмыкнула Гана. — Наивный. Всё я знаю, вплоть до того, какие счета приходят твоей жене из кондитерской. И чем я не образцовая тёща?

— Образцовая, образцовая, — пробурчал я, просто чтобы оставить за собой последнее слово.

Где-то наверху завыли баллонные насосы и дирижабль плавно пошёл вверх, а я почувствовал лёгкое головокружение от быстрого набора высоты. Резко зазвенел звонок машинного телеграфа, и стрелка, качнувшись, переползла на «Малый ход».

— Доводи до двухсот оборотов, — сказала Гана. — Только двигай ручку постепенно и понемногу. Двигатель большой, реагирует очень медленно.

— Есть двести оборотов, старший, — откликнулся я, потихоньку прибавляя газ.

Дирижабль заложил глубокий вираж, и через некоторое время машинный телеграф зазвенел снова, а стрелка переместилась на «Экономический».

— Поднимай до четырёхсот оборотов и отдыхай, мы дальше так этим ходом и пойдём, — распорядилась Гана. — А вот ещё, кстати: зайди к Лине за чаем и какими-нибудь булочками. Попьём хоть чаю, а то замоталась я что-то.

Да-да, замоталась ты, старший механик, полировать ногти в мягком кресле. Впрочем, меня она тоже никак не напрягала, так что не мне тут жаловаться.

Я двинулся по коридору в сторону камбуза, но проходя мимо иллюминатора, машинально отметил какое-то несоответствие. Что-то было не так. Я вернулся чуть назад на то же место и снова посмотрел в иллюминатор. Вроде всё нормально — небо, облака, солнце… солнце! Утреннее солнце стояло по левому борту ближе к носу, а должно было стоять ближе к корме. То есть мы летели не на юго-запад, к Киеву, а примерно на юго-восток, почти перпендикулярно нужному курсу. Я направился на мостик, где обнаружил Фриду, которая сама стояла у штурвала.

— Фрида, а почему мы на юго-восток летим? — задал я вопрос в лоб.

— Потому что Рязань на юго-востоке, вот почему, — спокойно объяснила Фрида.

— Мы же должны в Киев лететь!

— И в Киев полетим, — меланхолично согласилась Фрида. — Но сначала в Рязань. Ну что ты смотришь так? Хороший фрахт до Рязани подвернулся в последнюю минуту. Будто сам не знаешь, как оно у нас бывает.

Откуда мне-то знать, как оно у вас бывает? Я же ненастоящий воздушник, я ещё вчера даже и не подозревал, что вот-вот стану покорителем небес и всё такое.

— Не куксись, — ободрила меня Фрида, — долетишь куда там тебе надо. Днём раньше, днём позже — какая разница?

Ну да, если чувствуешь потребность куда-то спешить — иди понаблюдай как растут деревья. Я вздохнул и двинулся на камбуз, где Алина с Ленкой о чём-то секретничали, поедая тёплые плюшки. Алина без вопросов вручила мне поднос с чайником и горкой плюшек.

— Вы, кстати, знаете, что мы прямо сейчас летим в Рязань? — спросил я. — Только оттуда полетим в Киев, если, конечно, не подвернётся хороший фрахт в какое-нибудь другое место.

— Долетим, не волнуйся, — махнула рукой Алина.

Да, я волнуюсь, а вот почему ты не волнуешься? Я хмыкнул и забрал поднос. У нас в двигательном, разливая чай, заметил Драгане:

— Фрида говорит, мы сначала в Рязань летим, только оттуда в Киев. Наверное.

— Днём раньше, днём позже, — равнодушно отозвалась Драгана, слово в слово цитируя Фриду, и потянулась за плюшкой.

И в этот момент я, наконец, нашёл объяснение всем странностям, которые не давали мне покоя. Похоже, что Алина с Драганой рассматривают нашу поездку чем-то вроде каникул. Разумеется, им действительно нужно в пещеру, никто меня не обманывал. Но попутно они собрались как следует повеселиться вдали от подчинённых и деловых партнёров. Скорее всего, эти псевдошпионские затеи тоже из разряда развлечений — мне кажется, в случае реальной необходимости Драгана с Алиной организовали бы всё как минимум не хуже меня.

Правда, мне пока что непонятно, почему Драгана так легко перешла с нами на совершенно неформальный стиль общения, больше подходящий для старых друзей. Возможно, здесь сыграли свою роль наши дружеские отношения с Алиной — друзьям друзей перейти просто в друзья гораздо проще, чем посторонним. Но вообще-то, мне такое объяснение кажется неполным… возможно, позже всё прояснится, путешествие ведь только началось. В любом случае, немало аристократов многое бы отдали за возможность завязать дружеские отношения с Драганой Ивлич, так что можно считать, что мне крупно повезло.