"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей - Страница 1431

— Да пёс их знает, я не лекарь, — пожал могучими плечами чемпион Кузгара. — Но лупил не в полную силу. Мягко говоря.

— А вы зачем вообще на него прыгнули? — из-за спины своего вожака вылез ялминец Гулрим, один из ближайших соратников Хасвана, и, удивлённо рыгнув, уставился на медленно приходящих в себя товарищей, коих пару минут назад Ратибор раскидал одной левой.

— Мозгов потому что у них нет, — ехидно хмыкнула Анника, небрежно прислонившаяся плечом к стройной берёзке на окраине прогалины. — Захотелось славы и богатства. Под пивком да элем силушки с храбростью ох как прибавляется! По крайней мере, в затуманенных хмельными парами головёнках.

— Ты делаешь вид, что не ведаешь, аль взаправду не знаешь? Да затем, что нам приказали ненавязчиво проверить варвара в деле!.. — проигнорировав колкость белокурой валькирии, один из «загорающих» разбойников сел на пятую точку и, неловко потирая то ушибленную спину, то раскрасневшееся, опухшее левое ухо, зло вперился взором в Гулрима. — Подсказать, кто велел? — лиходей быстро покосился на Хасвана, но, встретившись с ним взглядом, спустя миг потупил очи и принялся неспешно вставать. За ним, держась за незначительные ссадины, кряхтя, охая и ахая, начали подниматься и остальные ватажники. Серьёзно никто из них измочален не был. Ратибор весьма щадяще обошёлся с шайкой Хасвана, на данный момент насчитывающей пятнадцать человек, включая самого главаря, Гулрима и Аннику.

— Даже так!.. — варяжка криво улыбнулась, а затем сладко потянулась, невольно (аль вольно) притягивая к своему фигуристому соблазнительному стану мужские взоры. — Ну-ну!

— Я должен был посмотреть, на что ты способен, уж не серчай, — Хасван прямо зыркнул на Ратибора, примирительно подняв руки ладонями вперёд. — Убедиться, так сказать, лично, что не врёт людская молва!..

— Лично, по-моему, в этом убедились мы, а не ты!.. — недовольно буркнул головорез с ушибленной спиной и багровым ухом. Тот самый, что первым из побитых подал голос.

— У тебя какие-то проблемы, Лаврютий? — показанно-безмятежно произнёс Хасван, при этом уперев пятерни в боки. Одна из его дланей ненароком потеребила рукоять торчащего за поясом кинжала. — Ежели чего, можешь мне поплакаться, я весь внимание!

— Можно завтра?.. — смурно пробубнил себе под нос швариец. — Да и какие проблемы? Ну дал мне в замордок рыжий громила, а довеском об землицу хребтом приложил, делов-то.

— А мне кажется, что у тебя от могучей затрещины по слуховой ракушке ушиб мозга случился, раз дерзить нашему вожаку начал! — с едким смешком фыркнул Гулрим. — Давай попросим этого рыжегривого тигра, чтоб он тебе и в правое ухо саданул, дабы съехавшие набекрень извилины на место встали!

— С меня хватит его оплеух! Вот пущай лучше он тебе, Гул, по заднице как следует вдарит, ведь твой крохотный мозг находится именно там, между булками! — не преминул огрызнуться швариец Лаврютий. — Глядишь, поумнеешь!

Разбойники заулыбались случившейся перебранке; обстановка разрядилась.

Стояло раннее утро, но солнечные лучики уж вовсю бегали игривыми переливами по верхушкам деревьев, когда полусонные и не до конца протрезвевшие после вчерашней попойки ловцы удачи скопом припелёхали на встречу с Ратибором. Организовала этот сход Анника, явно не ожидавшая, что её соратники по лихому ремеслу без разговоров ринутся на вышедшего из укрытия могучего русича и попытаются его толпой завалить да спеленать, то бишь взять живым. И то, что они бросились на «рыжего медведя» всего лишь с кулаками и верёвкой, несомненно, спасло им жизнь; Ратибор также не обнажил оружия и голыми лапами, как котят, раскидал не проспавшихся толком наёмников, безусловно переоценивших свои силы. И только чемпион Кузгара закончил укладывать лиходеев на боковую, как тут же к месту событий подошёл отставший главарь банды, на пару с Гулримом, по странному совпадению всего за минуту-другую до случившейся рубки остановившиеся справить малую нужду. Посему вожак шайки и его «правая рука» оказались единственными (не считая Анники), кто сейчас не отоварился от рыжебородого витязя. Что вызвало лёгкое недовольство у людей Хасвана; грушами для битья понравилось быть явно не всем. Впрочем, назревающий конфликт удалось быстро погасить, ибо обошлось без смертоубийства да серьёзных травм. И вот теперь, когда Ратибор и разбойники более-менее осознали способности друг друга, уже можно было и осуществить то, ради чего они тут все собрались; то есть просто мирно поговорить.

— Позволь уточнить, что ты предлагаешь, — Хасван, расположившийся на когда-то поваленном ветром трухлявом бревне, задумчиво почесал свою макушку, а затем в очередной раз пристально вперился взглядом в сидящего напротив молодого богатыря, облюбовавшего в качестве табуретки похожее упавшее деревце, разве что чуть менее хлипкое. — Значит, ты разрешишь нам тебя связать, посадить в клетку и отвезти в Лагурин, чтоб сдать за кучу злата местному городничему? Без шуток и изворотов, в самом деле, дабы на нас не легла хоть малейшая тень подозрений? Ну а полученный барыш опосля разделим по-честному: то бишь одна треть тебе, как затейщику и больше всех рискующему тыковкой, одна треть мне, как главарю своры и организатору, остальное же — моим громилам? Но дозволь поинтересоваться, как же я тебе отстегну твою долю, коли ты в темнице томиться будешь?

— Кто тебе сказал, что я там собираюсь рассиживать? — Ратибор в ответ буравил главаря лиходеев уверенным взором. — Главное, лапищи мне свяжите верёвкой, а не в кандалы обуйте.

— А толк? Ну допустим, сможешь ты перегрызть пеньку, — Хасван быстро сообразил, как могучий варвар собирается избавиться от пут, — так ведь меж тобой и свободой мощные вифирийские прутья клети маячить будут! И вот их уже надкусить ты никак не сдюжишь!.. Я, конечно, промямлю Васланику, мол, подвижные застенки нам вернуть надобно; тогда есть ничтожная вероятность, что тебя пешим далее поведут. Но я бы на это всё же не рассчитывал. Ибо ушлый посадник, скорее всего, не позволит; осторожен рыхлый прощелыга до невозможности. Ну а ключ от дверного замка клетушки я тебе дать не могу ни при каких обстоятельствах; коли ты сиганёшь в побег с его помощью, даже последний остолоп в таком случае просечёт, что мы в сговоре! Дакийские стражники отнюдь не такие дураки, какими выглядят.

— Не нужен мне никакой ключ! — резко бросил Ратибор. — А как я окажусь на свободе, уж мои проблемы! Но на тебя и твоих хмельных сорванцов никто не подумает, обещаю! Для правдоподобности стукнусь о ближайшее деревце мордой, чтоб кровушки натекло. Мол, ента вы меня саданули при пленении. Ну что ты елозишь так нервно на брёвнышке, как будто жучила какой кусачий на копчике примостился? У тебя вообще никаких рисков: привезти меня, сдать, получить награду и отвалить! Чего может быть проще⁈ Так что предлагаю, Хасван, обдумать всё ещё раз и согласиться на моё предложение. Ведь по-другому ты никак не получишь и одного медяка за мою башку. Надеюсь, ты уже понял, что вам меня не одолеть и скопом?

— Да понял, понял… — демонстративно-огорчённо вздохнул главарь лихой ватаги, отошедший с Ратибором чуть в сторонку, с глазу на глаз обсудить крайне дерзкий план русича по облапошиванию градоначальника Лагурина. — Я просто не люблю, когда чего-то не знаю. И мы всё-таки рискуем, хоть, конечно, и не так, как ты. А вдруг тебе не удастся бежать? Или удастся, но затем попадёшься? Под неминуемыми пытками опосля язычок развяжется, и сдашь нас с потрохами! Уж я-то ведаю; калёным железом сломать можно кого угодно! Зря, что ль, палачом два года оттрубил в своё время в Амараке. У меня молчунов не водилось. Все соловьём заливались как миленькие!..

— И чего ушёл со столь прелестной должности? — Ратибор громко сплюнул, не скрывая своего презрительного «фи» к бывшей профессии Хасвана. А может, уже и к нему самому. — Совесть замучила?

— У меня её нет. Бесполезная штукенция, очень мешает в жизни. А так, истязателям мало платят, как я считаю, — меланхолично пробубнил смуглолицый ослям, сделав вид, что не заметил, как враз переменилось к нему отношение собеседника. — Жалования, конечно, на подгорелые гренки с маслом и хмель дешёвый хватало, но не более. А душа, на пару с желудком, просит отборного мяса, красного вина, богатства да славы. И желательно, чтоб всё сразу на кочан с неба шлёпнулось.